Вердикт
Шрифт:
Он не предпринимал ни малейших попыток избежать присяжной службы, будучи не меньшим патриотом, чем любой другой, даже полковник.
Николас, разумеется, мгновенно с ним подружился. Он решил для себя, что Хенри By должен сидеть вместе с остальными двенадцатью присяжными и присутствовать при обсуждении вердикта.
Теперь, когда жюри томилось в изоляции, Дурвуд Кейбл меньше всего хотел, чтобы процесс затянулся. Он сократил свой список свидетелей до пяти человек и планировал закончить слушание их показаний не более
Трудно найти худшее время для прямого допроса свидетеля, чем первый час после обеденного перерыва. Дженкл занял место в свидетельской ложе и продолжил свои показания.
— Что предпринимает ваша компания, чтобы препятствовать курению малолетних детей? — спросил его Кейбл, и Дженкл бессвязно пытался отвечать на этот вопрос в течение целого часа. Миллион сюда, на одно доброе дело, миллион — туда, на просветительскую кампанию. Только за прошлый год — одиннадцать миллионов.
Порой Дженкл говорил так, словно он почти ненавидел табак.
После очень долгого перерыва на кофе, объявленного в три, Уэндел Pop получил первую возможность нанести удар Дженклу. Он начал со злополучного вопроса, и дела пошли как нельзя хуже.
— Не правда ли, мистер Дженкл, что ваша компания тратит сотни миллионов долларов, чтобы приучить людей к курению, а когда они заболевают от ваших сигарет, вы ни гроша не даете на то, чтобы помочь им?
— Это вопрос?
— Разумеется. Отвечайте же!
— Нет. Это неправда.
— Отлично. Когда в последний раз “Пинекс” оплатил хотя бы грошовый счет за лечение кому-нибудь из своих курильщиков?
Дженкл пожал плечами и что-то пробормотал.
— Извините, мистер Дженкл, я не разобрал. Повторяю вопрос: когда...
— Я слышал ваш вопрос.
— Тогда ответьте на него. Приведите хотя бы один пример того, как “Пинекс” материально помог в лечении одного из тех людей, которые потребляли его продукцию.
— Я не могу припомнить.
— Значит, ваша компания отказывается нести ответственность за свою продукцию?
— Конечно, нет.
— Хорошо. Приведите присяжным один пример того, как “Пинекс” отвечает за собственную продукцию.
— Но наша продукция не причиняет вреда.
— Разве она не является причиной многих болезней и даже смертей? — недоверчиво спросил Pop, широко разводя в воздухе руками.
— Нет. Не является.
— Позвольте мне уточнить. Вы хотите убедить присяжных в том, что ваши сигареты не вызывают болезней и не приводят к смерти?
— Только в том случае, если ими злоупотребляют.
При слове “злоупотребляют” Pop презрительно расхохотался.
— Предполагается, что курильщики ваших сигарет пользуются зажигалками?
— Конечно.
— И что дым от табака и бумаги, возникающий при закуривании вдыхается курильщиком через кончик сигареты, противоположный тому, к которому подносят огонь?
— Да.
— И этот дым попадает
— Да.
— А потом вдыхается через дыхательные пути?
— Это зависит от желания курильщика.
— А вы вдыхаете дым, мистер Дженкл?
— Да.
— Вам знакомы статистические данные, согласно которым девяносто пять процентов курильщиков вдыхают дым?
— Да.
— А не ошибусь ли я, если скажу, что дым от вашей сигареты вдыхает и кто-то еще, находящийся поблизости от вас?
— Наверное.
— И вы считаете, что люди, вдыхающие дым от вашей сигареты, делают это по собственному выбору?
— Нет.
— А теперь скажите нам, пожалуйста, мистер Дженкл, каким образом люди могут злоупотреблять сигаретами?
— Если они курят слишком много.
— А сколько это — “слишком много”?
— Полагаю, здесь нет общей нормы.
— Но я ведь разговариваю не с отдельным курильщиком, мистер Дженкл. Я разговариваю с исполнительным директором компании “Пинекс”, одного из крупнейших производителей сигарет в мире. И я спрашиваю у вас: по вашему мнению, “слишком много” — это сколько?
— Ну, я бы сказал, две пачки в день.
— То есть более сорока сигарет?
— Да.
— Понимаю. А на каких исследованиях вы основываетесь?
— Ни на каких, это просто мое мнение.
— Значит, выкуривать менее сорока сигарет в день невредно. Более сорока — это уже злоупотребление. Вы это хотели сказать?
— Это мое мнение. — Дженкл начал поеживаться и посматривать на Кейбла, но тот демонстративно отвернулся от него. Теория о злоупотреблении была изобретением самого Дженкла. Это он настаивал, чтобы использовать ее.
Pop замолчал и принялся изучать какие-то бумаги, он намеренно сделал паузу, чтобы не испортить впечатления от удачной атаки.
— Можете ли вы рассказать присяжным, какие меры вы как исполнительный директор предприняли, чтобы объяснить людям, что выкуривание более сорока сигарет в день вредно?
Дженкл открыл было рот, чтобы возразить, но спохватился, да так и застыл с полуоткрытым ртом. Пауза была долгой и болезненной, он допустил ошибку. Тем не менее, собравшись, Дженкл сказал:
— Полагаю, вы меня неверно поняли.
Pop не собирался давать ему возможность объясниться.
— Уверен, что я правильно вас понял. Не припомню, чтобы когда-либо видел предупреждение о том, что ваша продукция вредна для здоровья при условии, если употреблять ее в количестве более сорока штук в день. Так почему же такого предостережения нет?
— От нас этого не требуют.
— Кто не требует?
— Правительство.
— Значит, если правительство не требует, чтобы вы информировали потребителя о том, что курение более двух пачек ваших сигарет в день является злоупотреблением и оказывает вредное воздействие на здоровье, вы сами не собираетесь этого делать?