Верить в чудо
Шрифт:
— Не так давно она гостила у сына. Они с Беном все дни напролет проводили вместе и много разговаривали. Думаю, мать открыла ему глаза на некоторые нюансы общения с женщинами. А может быть, решающую роль сыграл тот факт, что Бен сильно тосковал по вам… Не знаю… Я знаю одно — он совершенно изменился, в этом можете не сомневаться! На вашем месте я дала бы ему шанс доказать это.
Рассказ Деллы произвел на Трейси сильное впечатление. Если уж Бен добился расположения собственной секретарши!.. Трейси помнила, какой презрительный взгляд бросила однажды Делла в спину шефа. А сейчас она
— Знаете, однажды Бен даже рыдал у меня на плече, — смущенно добавила та.
Глаза Трейси округлились от изумления. Бен… рыдал? Невероятно!
— Разумеется, он не придет в восторг, узнав, что я рассказала вам об этом. Но мужчина, плачущий от тоски по любимой женщине, заслуживает того, чтобы эта женщина вернулась к нему. Тут вы меня не переубедите! Впрочем, нелишне будет слегка помучить его, чтобы победа не казалась ему слишком легкой. С людьми, подобными Бену Кросби, всегда нужно держать ухо востро. Но мне кажется, что воссоединение с ним пойдет на пользу вам обоим.
Трейси бросила на Деллу быстрый взгляд, и ее лицо отразило сильное смятение, которое она переживала в эту минуту. Тогда секретарша ободряюще улыбнулась ей.
— Ступайте! — тихонько сказала она. — Идите к нему.
14
Бен находился не в кабинете, а в смежной комнате, предназначенной для отдыха. Он сидел на диване со стаканом бренди в руке и смотрел прямо перед собой.
— Бен! — позвала Трейси, помедлив на пороге.
Он не повернулся в ее сторону, а только одним глотком выпил половину золотистой жидкости из стакана.
— Уйди, Трейси. Я дам тебе развод. А также хорошие алименты. Но сейчас лучше уйди.
— Нет. Ты хотел, чтобы я выслушала тебя. Хотел, чтобы я дала тебе шанс все объяснить… Вот, я здесь. Готова слушать. Говори же!
Тогда Бен поднял голову и посмотрел на Трейси. В его измученном взгляде отразилась смесь удивления и надежды.
— Ты это серьезно? Она решительно пересекла комнату, подошла к бару и налила себе даже больше бренди, чем было у Бена.
— Серьезнее не бывает. Начинай, я слушаю.
Бен нахмурился, когда Трейси поднесла стакан к губам.
— Ты ведь не любишь бренди.
— Откуда ты знаешь? За прошедшие одиннадцать месяцев я сильно изменилась. Мне довелось общаться с разными людьми и испытать много нового. И пила я не только шампанское. — И в доказательство своих слов Трейси отхлебнула порядочный глоток бренди и даже не поморщилась. На самом деле она не относилась к почитателям этого напитка, но разговор с Деллой натолкнул ее на мысль, что раз Бен переменился за последнее время, то и она должна показать, что больше не собирается играть роль милой и беспрекословной женушки. Равно как и роль симпатичной глупышки, чья голова набита всякой романтической чушью и которая очарована чрезвычайно внимательным и заботливым братом собственного супруга.
Несмотря за горячие заверения секретарши по поводу разительных перемен в характере шефа, Трейси видела, что в сидящем перед ней человеке осталось очень много от Бена, хотя, несомненно, часть Фрэнка тоже присутствовала. Но Фрэнк никогда не поступил бы так, как сделал
— Ну, я жду, когда ты начнешь объясняться, — заметила Трейси, медленно прохаживаясь по комнате и попивая бренди.
— Прежде сядь, — велел Бен.
— Не хочу, — холодно ответила она, но все же согласилась на некоторый компромисс, остановившись у окна и опершись о подоконник.
— Даже не знаю, с чего начать… — пробормотал Бен.
— Тогда начни сначала.
— Ты, я вижу, не собираешься облегчать мне задачу…
— А почему я должна помогать тебе?
— Не старайся выглядеть жесткой, Трейси. Это не в твоем стиле.
Трейси несколько долгих мгновений смотрела на него через все пространство комнаты, потом вздохнула.
— Если ты собираешься подсказывать мне, как я должна вести себя, то я ухожу!
Бен ничего не ответил, поэтому она аккуратно поставила стакан на подоконник и направилась к выходу. В то же мгновение Бен оказался перед ней, перегораживая путь, однако, несмотря на решительность действий, в его глазах читалась мольба.
— Не уходи, Трейси! Если ты снова покинешь меня, я сойду с ума.
— Я тоже едва не лишилась рассудка, когда услыхала тогда вечером в саду, какие ужасные вещи ты говоришь нашему гостю! Ты можешь представить себе, Бенни, каково мне было? Я почувствовала себя полностью уничтоженной. А потом… позже… когда ты поднялся в спальню и я не нашла в себе сил отказать тебе… — Голос Трейси дрогнул, и ее глаза вновь защипало от подступивших слез. — Больше я так никогда не поступлю! — добавила она более твердо. — Если ты действительно любишь меня, тебе придется добиваться моей взаимности, не говоря уже о моем уважении. Просто так ты больше ничего этого не получишь.
В ответном взгляде Бена было столько чувства и столько раскаяния, что решимость Трейси едва не пошатнулась. Ах, как ей хотелось обвить шею Бена руками и прижаться к его сильному телу!
Но она удержалась.
— Нет, сегодня мы ни о чем не договоримся, — добавила Трейси. — Я еще не созрела для того, чтобы спокойно и непредвзято выслушать твои объяснения. Поэтому я пока вернусь в Сент-Луис, и, если ты действительно хочешь, чтобы я осталась с тобой, приезжай туда, только на этот раз не под видом Фрэнка. В Сент-Луисе тебе заново придется добиться меня. А для этого ты должен будешь доказать, что в тебе действительно произошли перемены и что в жене ты ищешь равного партнера, а не послушную марионетку. А также то, что быть мужем и отцом для тебя важнее, чем делать деньги.
— Но это так и есть! — горячо подхватил Бен, сверкнув глазами. — С тех пор как ты покинула меня, я почти совершенно забросил дела. Большую часть времени я проводил дома, постоянно думая о тебе, о наших с тобой отношениях, о том, в чем состояли мои ошибки и что я должен буду делать впредь, если судьба смилостивится надо мной и ты снова вернешься ко мне. Ты и твоя любовь значат для меня больше, чем весь бизнес в мире!
— Мне трудно в это поверить, Бенни. Прежде ты очень гордился своей деловой хваткой и не представлял себе жизни без постоянных деловых операций.