Шрифт:
— Решили посмеяться надо мной? — выставил перед собой оружие. — Хотели свести с ума. После того как пересадили мозг это не составило большого труда. Ты всегда считала меня тряпкой, думала, сломаюсь? Но не тут-то было, — засмеялся, глядя, как моя жена истерично рыдает, сжимая грязную траву. — Ты ведь не знала, что у меня есть пистолет? Накладка, неожиданный поворот.
— Умоляю, Себастьян, — она посмотрела красными глазами. — Одумайся. Посмотри, до чего ты докатился. Хочешь убить меня?
— Да, —
— Господи, да очнись же ты! — внезапно выкрикнула Анжела, откинувшись на руки. — Хочешь стрелять, стреляй. Только запомни, что убил невиновную. Как бы тяжело нам ни было, я никогда тебе не изменяла!
Рука дрогнула. В голове снова поселились мысли о расшатанных нервах, о том, что я перегнул палку.
«Может, и правда вызвать Смита?»
— Себастьян! — Анжела вернула в реальность. — Опусти оружие, — теперь она говорила вполне уверенно. — Хочешь правды? Хорошо. Вчера ночью ты прокутил все свои деньги в баре, а когда приехал домой, то просто упал наземь и принялся бить себя по лицу. Сам! И никто не выключал свет, никого не было возле нашего дома, тем более внутри. У тебя серьёзные проблемы, Себастьян, и их надо срочно решать, — с мольбой посмотрела мне в глаза. — Прошу, опусти пистолет, мы ведь любим друг друга.
БАХ!
Острая боль пронзила грудь, и я задохнулся от удара. В последнюю секунду перед очередной смертью я увидел доктора, что стоял в стороне и держал в руке пистолет.
В голове стоял гул, словно в ней запускали ракету из прошлого века. Перед глазами тьма и лишь лёгкий свет пробивался сквозь сомкнутые веки. Хотел пошевелить рукой, но тело отказывалось слушаться.
«Что происходит?» — первое, пришедшее на ум.
От мысли голова загудела ещё сильнее, и я сжал от боли челюсти. Но теперь понял, что, хотя бы где-то мышцы ещё работают. Провёл языком по верхнему нёбу.
«Говорить буду. Если пройдёт гул».
— Себастьян? — голос прорезал тишину, к которой уже привык. — Себастьян, вы слышите меня?
Приоткрыл глаза, но резкий свет заставил вновь зажмуриться и отклониться в сторону.
«Отлично, теперь я могу ещё и вертеться».
Не знаю почему, но каждый раз, когда осознавал, что моё тело приобретает всё большую подвижность, на душе становилось теплее.
— Не делайте резких движений. Вы ещё слабы.
Голос принадлежал мужчине.
Снова приподняв веки, смог осмотреться. Я оказался в некой операционной. Надо мной висели лампы, которые и светили в лицо, но стоило посмотреть в сторону, как ужаснулся. В метре от меня лежал окровавленный труп. До такой степени обезображенный, что в первую секунду к горлу подошёл тошнотворный ком.
— Себастьян, успокойтесь, — крепкие ладони легли на плечи и помогли вернуться в изначальное положение. — Всё в порядке.
Незнакомец
Только тогда я заметил, что и моё тело заляпано кровью.
«Моя?»
Паника медленно поднималась.
— Что здесь происходит? — истерично дёргался из стороны в сторону, но, как оказалось, меня приковали. Крепкие жгуты перетягивали руки, ноги и живот. — Отпустите! — ещё один рывок.
— Успокойтесь! — мужчина схватил с хирургического столика шприц и вонзил иглу в мою шею. — Пожалуйста, не создавайте проблем… Себастья…
Голос постепенно пропадал, а тьма окружала со всех сторон, пока окончательно не поглотила.
— Я скучаю…
Тёплая ладонь легла на лоб. Именно это прикосновение привело меня в чувства. Открыв глаза, увидел перед собой красивую женщину с пышными рыжими волосами и чуть вздёрнутым носиком. Её зелёные, как изумруды, глаза с удивлением распахнулись, а потом на них навернулись слёзы.
— Себастьян! — воскликнула женщина и обняла.
От крепких объятий перехватило дыхание, и мне пришлось слегка отстранить её. Быстро окинув взглядом помещение, с удовольствием отметил, что нахожусь в палате. Лёгкое зелёное одеяло приятно согревало ноги, а мягкие тона комнаты успокаивали, помогая собраться с мыслями.
— Анжела, — тихо произнёс я. — Это ты?
— Да, Себастьян, — всхлипнула женщина. — Всё-таки меня узнал.
— Иначе не могло быть, — притянул её к себе и впился в алые губы.
Я возвращался с работы. Как всегда, вечером, как всегда под одну и ту же музыку. Мне нравилось ретро двадцатого века. Наверное, эти песни будут звучать до скончания человеческих дней.
За окном машины мелькали неоновые баннеры. Реклама пестрила своей красотой, зазывая в сети неумелых «путников». Высотки вздымались в ночное небо, теряясь во тьме, и лишь несколько огоньков прорезали опускающиеся облака, говоря, что теперь люди стали под стать богам и могут жить на небесах.
Внезапно мой релакс прервал звонок телефона.
Любимая.
Вывел на лобовое стекло.
— Да, дорогая, — улыбнулся я.
— У нас закончилось молоко, — коротко ответила голограмма. — А ещё скинула список покупок. Небольшой, но необходимый. Купи по пути.
— Конечно, — кивнул и нажал «отбой».
В последнее время у нас не всё так гладко, как казалось мне в первые дни восстановления. После той аварии прошло больше полутора месяцев, а у меня до сих пор кошмары по ночам.