Вершина
Шрифт:
— Адрес! Быстро! — крикнула Марита, целясь в грудь Сильверу.
Марита махнула рукой ему в ответ и пошла к берегу. Ее серебряный купальник переливался, отражая яркие лучи солнца. Бенни спокойно наблюдал за ней, как бы оценивая Мариту с высоты своих лет. В таком возрасте смешно строить из себя пылкого любовника. Ему доставляло удовольствие смотреть на ее стройное тело, хотя, наверное, он получил бы не меньше наслаждения, будь она сейчас не с ним, а с кем-нибудь другим, например, со своим любовником или мужем. Вода золотым
— Почему ты не купаешься, Бенни?
— Мне кажется, за мной следят, — тихо проговорил он.
Марита переплела пальцы рук и вытянула их ладонями вперед, как бы отгораживаясь от всего мира.
— Они нас никогда не найдут, — пропела она.
— Мне кажется, наоборот, — спокойно заметил Бенни, — они обязательно нас найдут, если ты останешься со мной, Марита. Если ты действительно хочешь помочь мне, то уезжай немедленно.
— Нет. Ни за что.
Бенни тяжело вздохнул. Он чувствовал приближение беды, и нужно было что-то немедленно предпринять. “Ты же всегда мог так легко расставаться с женщинами, Бенни”, — подумал он.
— Марита, — начал он нежным, проникновенным голосом. — Ты же знаешь, что я тебя не люблю.
— Нет, этого не может быть. Ты единственный в мире человек, о котором я мечтала и которого я люблю, поэтому ты просто врешь, ты не можешь меня не любить.
— Ты слишком молода, чтобы говорить такие вещи. Я старше тебя в четыре раза и повидал больше, чем ты.
— Бенни, почему ты молчишь все время? Может, я могу тебе чем-то помочь? Что мне сделать для тебя?
— Я тебе уже говорил. Отправляйся домой. Тогда, может, у меня и появится шанс.
— Зачем ты так говоришь? Что я тебе сделала?
— Этот детектив, которого ты наняла, знает, что я был в Майами. Если они начнут искать меня, то обязательно найдут. Вскоре они обнаружат, что ты тоже направилась в Майами. Они начнут искать тебя, а найдут меня.
— Но мы же уехали из Майами!
— Да, но если они будут искать нас серьезно, то обязательно найдут и здесь. А если мы попытаемся воспользоваться самолетом, автобусом или поездом, то это произойдет еще раньше.
— Бенни, какое преступление ты мог совершить? Что тебя ждет, если ты попадешь в руки полиции?
— Смерть, — совершенно спокойно ответил Бенни.
От этих слов у Мариты перехватило дыхание. Ей хотелось заплакать, но она так давно этого не делала, что просто разучилась.
— Я еще люблю жизнь, — вздохнул Бенни. — Я стар, но здоров. Если бы они оставили меня в покое, я смог бы прожить еще лет двадцать, а может, и все тридцать. Я, наверное, смогу пережить и тебя, Марита, если меня не будут преследовать. Либо я буду стареть душой и телом, либо буду сражаться. Я дам тебе уйти, а сам найду другое убежище.
— Но ты ведь этого не сделаешь? Обещай мне!
Он только отрицательно покачал головой.
— Я не могу этого тебе обещать,
Вдруг чья-то рука легла ему на плечо. Марита вскрикнула, и вместе с ее криком раздался голос:
— Бенджамин Райс, я обвиняю вас в убийстве Ральфа Чарльза Колмена.
Бенни оглянулся, Улыбка застыла на его лице.
— Позвольте вам заметить, мистер Райс, — холодно сказал незнакомец, — что подобное поведение не улучшит вашего положения. Меня зовут Кенсел. Я приглашен быть вашим адвокатом, и я сделаю все, что от меня зависит, как бы вы меня не оскорбляли.
— Да, вы все стерпите, — сказал Бенни. — Вы даже готовы принять в качестве гонорара деньги, заработанные проституткой.
Кенсел тяжело задышал.
— Принимая во внимание отношение к вам мисс Герберт, могу заметить, что последняя реплика не делает вам чести. Она еще раз показывает, как далеко вы зашли в своей моральной деградации.
— Я сказал правду.
Кенсел перенес и эту оплеуху.
— Райс, неужели вы не видите, что эта девушка любит вас, — сказал адвокат, с усилием выдавливая слова и заливаясь краской показного смущения.
— Мне не дадут забыть это, — ответил Бенни.
Он продолжал бороться. Бежать было поздно, и у него ничего не оставалось в резерве, кроме собственного ума и сообразительности. Сначала нужно побыстрее избавиться от этого адвоката.
— Марита Герберт — самая прекрасная женщина, которую я когда-либо знал, — продолжал Кенсел. — Я до сих пор не понимаю, как она может оставаться преданной такому человеку, как вы. И если она еще с вами, я попытаюсь поверить в то, что в вашей душе осталась хоть капля доброты.
— Великодушно с вашей стороны, — заметил Бенни. — А вообще, Кенсел, я не нуждаюсь в ваших услугах. Я собираюсь полностью признать свою вину и даже явиться с повинной.
— Это вам уже не удастся.
— Тогда я буду защищаться сам.
— Это ваше право.
— Почему бы тогда вам не убраться прочь?
— Повторяю, что ради мисс Герберт я сделаю для вас все, что в моих силах. Думаю, вы отправитесь в газовую камеру, но я все же попытаюсь принять меры, чтобы до этого не дошло.
Бенни молчал, обдумывая свои действия. Ему явно не везло, Марита неплохо повлияла на Кенсела. Если она и не склонила его на сторону Бенни, то, по крайней мере, заполучила на свою.
— Уж если говорить без обиняков, — сказал адвокат, раздувая свои ярко-розовые щеки, — то я бы хотел добавить кое-что к вышесказанному. Двадцать лет назад вы убили человека по имени Ральф Чарльз Колмен невероятно жестоким способом, и мне очень жаль, что я не могу выступить в роли прокурора. Вы прекрасно осознавали, что делаете. За какие-то три тысячи долларов вы убили величайшего человека современности.