Вершины держат небо
Шрифт:
– С кем вести переговоры?
– С Масхадовым.
– Он утратил у своих авторитет.
– Тогда с Басаевым.
– Только если он готов сложить оружие.
– Заставим! Силенок у нас, думаю, для этого хватит, – подвел черту командир полка.
Экзотический план терского казака был забыт.
И на новом месте дел генерал-полковнику Ивану Матейченкову хватало. Специфика военной кампании в Чечне состояла в том, что в ней были задействованы силы и – что не менее существенно – ресурсы различных ведомств.
Необходимо
Только при наличии некоего общего вектора, равнодействующей всех военных усилий, можно было рассчитывать на успех, и это четко представлял себе полномочный представитель Президента России.
Из самых различных уголков страны, из черноземной России, из западных областей, с Урала и из необъятной Сибири, из Заполярья прибывали эшелоны свежих боевых частей. Это были и армейские части, и отряды внутренних войск, и отряды милиции из разных городов и регионов, и ОМОН, и воины-контрактники…
Войска немыслимы без матчасти.
В Чечню и прилегающие зоны прибывали горы оружия, пусть не всегда новейшего. Но и это оружие вполне оправдало себя, если только умело и правильно его применять: Это было стрелковое оружие, артиллерия разных родов, вертолеты, самолеты, танки, БТРы, БМП…
Регулярно прибывали части специального назначения, десантники, мотострелки, артиллеристы, даже – по решению руководства – морская пехота, кстати сказать, отлично себя зарекомендовавшая.
Отдельно прибывала тяжелая и сложная боевая техника, которую также предстояло правильно распределить и тем самым «довести до ума», как любил говорить полпред Матейченков.
В круг забот полпреда также входили – выбор надежных мест для создания новых складов боеприпасов, учебных и боевых баз, охрана наиболее важных стратегических объектов…
Между прочим, идея офицера – терского казака о тотальном санитарном кордоне вокруг мятежной республики, правда, не в той полной мере и не в тех границах, которые он предлагал, каким-то образом оказалась не такой уж безумной, какой сочло ее большинство офицеров.
Еще с сентября 1999 года по решению высшего политического и военного руководства страны вокруг Чечни решено было возводить этот самый кордон. Сделать его предполагалось многослойным, что на практике означало несколько линий контроля и обороны.
Самый первый и – соответственно – самый важный рубеж поручался подразделениям внутренних войск и милиции. Их задача формулировалась просто: досматривать и контролировать все и вся, что намерено пересечь административную границу мятежной республики.
Производится это с помощью специально оборудованной системы блокпостов, каждый из которых должен в принципе представлять собой опорный пункт обороны с разветвленной системой огня. Действия же блокпостов – эта мысль снова и снова подчеркивалась – должны быть скоординированы.
Если первый рубеж должен был обеспечиваться милицией, то второй и третий – исключительно регулярными частями российской армии. По раскладке Генерального штаба, эти две линии, создающие некую
Что же должны были изначально представлять собой второй и третий рубеж? Они должны были составлять собой цепочку долговременных ротных и батальонных опорных пунктов мотострелковых войск.
…Сооружения планировалось выполнить из каменных и бетонных блоков, реальная связь между сооружениями должна была осуществляться с помощью сети разветвленных инженерных сооружений. Сюда входили – закрытые ходы сообщений, перекрытые от возможного артиллерийского и ракетного обстрела ниши, а также щели и блиндажи со всеми необходимыми для обороны средствами усиления. Сюда входили:
– Крупнокалиберные (не менее 12,7 мм) пулеметы, в том числе и спаренные (3 СУ-23).
– Автоматические гранатометы (АГС-17).
– Полковая артиллерия (пушки 85 и 100 мм).
– Вкопанные танки (Т-72).
– Минные поля, перекрытые многослойной системой огня.
– Крупнокалиберные минометы (120 мм).
– Гаубицы (122, 152 мм).
– Реактивные системы залпового огня («Град» и «Ураган» – соответственно 122 и 220 мм).
Ко всему, перечисленному выше, разумеется, необходимо добавить средства и системы разведки, связи и целеуказания.
Когда генерал Матейченков, будучи в Москве, ознакомился в Генштабе с этим грандиозным проектом, он, как военный специалист, сразу же понял многое, что авторами проекта не называлось вслух.
За чашкой чая он, спустя несколько дней, обсудил этот план с одним крупным штабистом.
– Ваша цель – охрана чеченской границы? – спросил генерал напрямую, когда они уселись вдвоем за столик в скромном буфете Министерства Обороны.
– Конечно.
– Но тогда средства не соответствуют цели.
– В каком смысле?
Генерал пожал плечами:
– Средства явно избыточны.
– Глаз – алмаз, – улыбнулся штабист. – От вашего орлиного ока, Иван Иванович, ничего не укроется.
– И не надо.
– Да никто от вас и не собирается укрывать, – пожал плечами штабист. Крупный, откормленный мужчина и, по всей вероятности, любимец и любитель женщин. – Основная цель этого проекта, помимо, разумеется, непосредственной охраны чеченской границы, это создание некоего санитарного кордона уже на подходе изнутри чеченской территории к границе, чтобы исключить всякого рода неприятные случайности. Что скажете, товарищ генерал-полковник?..
– Вас интересует мое мнение?
– Да.
– В принципе такой кордон – вещь нужная. Может быть, даже и необходимая.
– Рад, что вы одобряете.
– Но я хотел бы сделать два замечания.
Штабист насторожился:
– Слушаю.
– Во первых, меня интересует стоимость проекта.
– Наши финансисты подсчитывают…
– И долго они будут подсчитывать?
– Очень много параметров… И дислокация некоторых опорных пунктов не определена окончательно.
– Я хотел бы знать общую цифру, когда финансисты закончат свою работу.