Вершины держат небо
Шрифт:
– Короче, Улита едет – когда-то будет.
– Увы, – вздохнул штабист.
Они встретились, как и договорились, через два дня, когда информация важного штабиста, ответственного за Чечню, пополнилась.
Отправились в тот же буфет, подальше от лишних глаз и ушей. На этот раз их ждала небольшая радость в виде горячих сосисок.
– Нашел я ответы на твои вопросы, Иван Иванович, – сказал штабист, всаживая вилку в сосиску.
– На все?
– Я не господь бог. Но некоторые все-таки
– Давай по порядку.
– Ну, прежде всего, во сколько может обойтись армейский санитарный кордон, о котором мы говорили.
– Легко выяснил?
– Ну, что ты! Клещами пришлось вытягивать. Тот запретил, этот не рекомендовал сообщать до окончательного согласования, ну и так далее.
Как-то незаметно штабист и Матейченков перешли на «ты», хотя ничего крепче кефира да еще разве что чая не распивали.
– Так я и предполагал.
– У тебя дар пророчества. А мне и в голову такое не могло прийти – в своей родной конторе, для своих же сотрудников выстраивать никому не понятно зачем тайны мадридского двора.
– Тогда, может, и мне объяснишь, почему наша финчасть жмется? – спросил штабист. – Неужто и впрямь высшее начальство не рекомендовало до времени разглашать?
– Безусловно.
– Даже своим?
– Да.
– Но почему своим?
– Видимо, цифра получилась сногсшибательная, – высказал предположение генерал Матейченков.
– И тут ты прав!
– Вот штабное начальство и опасается преждевременной утечки информации. Представляешь, какой это лакомый кусок для газетчиков и телевизионщиков, особенно оппозиционного толка. Ведь их хлебом не корми, а дай лишний раз поизмываться над нашими министерствами.
– Ежели так, Иваныч, то я тебя особо прошу – пусть наш разговор до поры до времени остается в тайне.
– Ну да, я сейчас побегу в «Новые Известия» или на «Эхо Москвы» выляпывать все, что услышу от тебя.
– Я не о том. Просто, подумал, можешь не придать этому значения и упомянуть в каком-нибудь разговоре…
– Исключено, – заверил Матейченков. – Могила. Хотя уже через несколько дней данные будут опубликованы, и это станет секретом полишинеля…
– Тогда – другое дело.
– Итак…
– Стоимость проекта оценивается в 25 миллиардов рублей, – медленно, с торжественной ноткой в голосе произнес штабист и обернулся на буфетчицу, которая, приняв этот жест за знак внимания к своей особе, достала маленькое зеркальце и принялась прихорашиваться.
– 25 миллиардов? – Матейченков не поверил своим ушам. – Ты случаем ничего не перепутал?
– Никак нет, товарищ генерал-полковник, – покачал головой штабист – назовем его, допустим, Николай Иванович – имя ничем не хуже других. – Больше – это возможно, но ни на копейку не меньше, начфин ручается головой.
– Своей, надеюсь?
– Ну да.
– Безумство какое-то! – Матейченков снова стал серьезным. – Ведь это четверть
– Фирма веников не вяжет.
– Притом эффект от вашей задумки весьма сомнительный, – продолжал задумчиво генерал.
– Ну, это бабушка надвое сказала.
– Поверь моему нюху.
– Неужели такую сумму – псу под хвост? – Никак не мог прийти в себя и успокоиться штабист.
– Посмотрим. Ты лучше скажи, что еще интересного задумала армия произвести по Чечне?
– Да вот еще, уточнил предполагаемый срок создания армейского санитарного кордона вокруг Чечни.
– Каков он?
– Полгода.
– Тоже нереально. Я ведь прикидывал общий объем работ – он умопомрачителен, – произнес Матейченков. – Да еще прибавь сюда невообразимо сложный профиль пограничной полосы.
– Позволь и мне кое о чем тебя спросить, Иван Иванович.
– Спрашивай.
– Я не о цифрах и фактах – их я более или менее знаю.
– А о чем?
– Меня интересует твое личное мнение, как полпреда, по многим вопросам, связанным с Чечней.
– Слушаю…
– Вот мы накопили там огромную военную силу. Из разных силовых ведомств, включая даже МЧС. По всей стране собирали самое лучшее, сам знаешь.
Матейченков кивнул.
– Что со всей этой силищей делать дальше?
– Применять, – лаконично ответствовал генерал.
– Сам понимаю, что надо применять! – воскликнул генштабист. – Но как именно? Я и мои коллеги до сих пор восхищаемся тем, как ты действовал в Карачаево-Черкесии. Там ведь тоже были сосредоточены наши огромные силы. И провокаций, я думаю, хватало: слыхал я о знаменитых круглосуточных митингах в Черкесске. И люди, небось, были, жаждавшие раздуть костер из искры. А ты… Ты, по сути, уберег республику от гражданской войны!..
– Не преувеличивай роль личности в истории.
– А ты не скромничай. Мы ведь, профессионалы-военные, понимаем, чем пахнут такие ситуации.
– Ладно, ближе к делу.
– Знаешь французскую поговорку: когда оружия собрано слишком много, оно само начинает стрелять. Что же все это означает? Войну с Чечней?
– Не обязательно.
– Ты уверен?
– Да.
– Фу, от сердца отлегло. Знаешь, Иван Иванович, у нас ведь полно генералов, но я верю почему-то только теперь только тебе, твоему опыту и интуиции.
– Опыт – дело наживное.
– Если можешь – все-таки объясни, на чем основано твое убеждение, – попросил генштабист.
– Изволь. Видишь ли, я много занимался выкладками, связанными с Чечней, прикидывал варианты так и этак, учитывая специфику ситуации.
– Ты что имеешь в виду?
– Не буду перечислять подробно, только кое-что назову, остальное сам поймешь. Тут и поддержка местным населением боевиков, и помощь заграницы оружием и добровольцами, и постоянная финансовая подпитка из мусульманских стран, и прочее в том же духе.