Вертиго
Шрифт:
Брови Жака удивленно приподнялись, и он невольно выпрямился, выпятив грудь, словно легионер перед начальством.
– Это не большой секрет уже, - продолжил говорить алв.
– Но лучше, не рассказывать об этом лишним разумным, хорошо?
– Конечно, - кивнул мужчина.
– Мог даже мне не напоминать о таком.
Радмир моргнул с довольной улыбкой, преобразовывая глаза обратно. Выдержка у дяди Кристиана была поистине великолепной. И он практически не изменил своего стиля общения с ним, даже 'Электусом' не стал звать. Небольшое увеличение почтительности в тоне, не в счет. Жак Марель всегда говорил
– Тогда береги себя, мой друг, - сказал Радмир и, бросив взгляд на молчаливо слушающую их женщину.
– Надеюсь, удача не обойдет нас стороной в это смутное время.
Последнее предложение он произнес на том же наречии, что и женщина, после чего развернулся и быстрым шагом ушел.
***
Жак еще некоторое время удивленно смотрел вслед Радмиру, и лишь после того, как боковым зрением заметил движение Мары, простоявшей все это время в одной позе, повернулся к ней.
– И что это было?
– Спросил он, внимательно глядя на нее.
– Мара, что ты такое сказала моему другу?
– Жак, - взгляд у нее был растерянный.
– Я... ошиблась, приняв его за одного из твоих этих... Ну и нагрубила ему на своем родном наречии.
– Что ты?..
– Жак устало вздохнул и, закрыв глаза, начал тереть виски.
– Милая, все мои подчиненные и партнеры привыкли к твоему... непростому нраву, - он замялся на несколько мгновений, подбирая нужное слово.
– Привыкли к тому, что ты смотришь на них с высоты своего происхождения и грубишь. Они спускали это тебе, потому что ты моя женщина. Но всему должен быть предел, - он тяжелым взглядом посмотрел прямо ей в глаза.
– Он, не прося ничего взамен, помог Кристиану, привел свою мать, целительницу шестой ступени, чтобы вылечить его слепоту. Его никто об этом не просил, он просто взял и помог. Не мне тебе объяснять, что таких людей в мире все меньше и меньше.
– Жак, но я же не знала, - возразила Мара.
– Он мне не представился, когда я его спросила.
– Я даже представляю, как ты это сделала, - хмыкнул Марель-старший.
– Наверное, что-то вроде 'ты сам кто' или же еще что-нибудь таким тоном, что у любого начнут чесаться руки. Даже не спорь с этим, - покачал он головой, видя, что она хочет ему что-то возразить.
– Я тебя слишком хорошо знаю. Скажи спасибо, что он не злопамятный.
– Настолько незлопамятный, что, когда ты предложил меня в качестве адвоката, сразу же отказался, - вздернула голову женщина и отвернулась.
– Ох, милая, - тяжело вздохнул Жак.
– Он просто решил не подвергать тебя опасности. Ты же слышала его. Неужели даже такое мне нужно тебе объяснять?
– Да, знаю я, - недовольно дернула плечом Мара.
– Сам же знаешь, мне тяжело признавать свою неправоту. Это, кстати, мне не раз помогало в суде.
– Ты умница, раз сумела свою слабость использовать себе во благо, - Жак улыбнулся.
– Но, все же, в этот раз, тебе стоит принести ему свои извинения.
– В следующую нашу встречу, - тихим и крайне недовольным голосом ответила Мара.
– Вот и замечательно, - Жак приобнял ее за плечи.
– А теперь пойдем в спальню.
Жак не стал добавлять, что ему, скорее всего, сегодня уже не представится возможность уснуть. Незачем лишний раз давать повод женщине быть недовольной.
Новости, что сегодня обрушились на него, были крайне необычными и важными. Он это знал. Он это чуял нутром, которое никогда не подводило его.
Хаос. Здесь главное было не только не подставиться, но и суметь извлечь выгоду для себя. Это для Мираселя, он, Жак, был значимой фигурой, а вот в масштабе всего мира, он был не так уж и значим. Конечно, он не был совсем уж на задворках, но и в первых рядах сильных мира сего, точно не присутствовал. И это можно было исправить, раз уж судьба в лице Радмира, решила его предупредить об этом.
Это было важно и стояло в приоритете. А вот то, что он уже, оказывается, долгое время знаком с архонтом, нужно было еще переварить. Просто потом сесть одному в своем кабинете и собраться с мыслями, которые начинали разбегаться в разные стороны от открывшихся перспектив, связанных с грядущим переделом власти. Мужчина не хотел как-либо использовать то, что он имел в друзьях архонта. Он умел быть благодарным. Но вот осознать этот факт было нужно в более спокойной обстановке.
***
У Франки было на удивление пусто в заведении. Даже охранники куда-то делись.
– Привет, - поздоровался Радмир, входя в общий зал.
– Радмир, - радостно улыбнулась Франка, как всегда стоя за стойкой и протирая стакан белым полотенцем.
– Будешь что-нибудь?
Радмиру однажды стало интересно, и он поинтересовался у нее, почему она не использует полотенце других цветов, видя, как часто приходилось стирать несколько десятков таких же, совершенно одинаковых полотенец. На это, женщина с доброй улыбкой пояснила, что так она показывает клиентам, что стаканы, в которые она им наливает, чистые, когда она предварительно протирает их перед тем, как налить что-либо туда.
– Нет, спасибо, Франка, - отказался Радмир, подходя к ней.
– Я спешу.
– Как дела?
– Женщина поставила стакан на стойку, закинула полотенце на плечо и, опираясь обеими руками о стойку, посмотрела на него.
Радмир улыбнулся. Опыт этой женщины сразу же подсказал ей, что что-то случилось.
– Нормально, - ответил алв.
– А почему это тут пусто? В такое время тут еще несколько посетителей всегда было, на моей памяти.
– Так убили двоих в городе, - охотно ответила Франка.
– Вот жандармы всех и разогнали по домам. Неужели не слушал, пока шел сюда, вой сирен?
– Слышал, - кивнул Радмир.
– Теперь все ясно. Франка, - он серьезно посмотрел ей в глаза.
– Мне нужно, чтобы ты и Ольми пошли со мной.
– Хорошо, - ответила она, спустя несколько мгновений его рассматривания.
– Так просто?
– Не удержался Радмир от вопроса.
– Ты так легко согласилась?
– А чего?
– Удивленно пожала плечами женщина.
– Будь это кто-либо еще, я бы, конечно, не стала его слушать, но раз просишь ты, значит, так нужно.
– Спасибо, - только и смог произнести алв, ожидавший как минимум пары уточняющих вопросов.