Вервольф
Шрифт:
Старик обессилено откинулся, прислонившись спиной к ножке стола. По его лицу струился пот. Он стал растирать ладонью грудь в том месте, где нестерпимо ныло сердце.
«Права Кэрри, стар я уже для всего этого, — грустно подумал он. — Промедли я чуть дольше, и лежал бы сейчас рядом с Гинзом. В прошлый раз „последний вздох“ я брал лет десять назад? Тогда, помнится, голова немного поболела и всё, а сейчас даже встать нет сил. — Он поморщился от этой мысли. — Стрела, всё-таки, белая, как я и предполагал. Цвет смерти. Значит, этот суом удостоился чести спеть последнюю песню. За что, интересно, ему выпала такая честь? Осталось только выяснить, кто жертва. Явно кто-то из благородных. Суом —
Лис вздрогнул от внезапной догадки. Не может быть! Хотя — почему? Только потому, что раньше суомы никогда не слагали песен о венценосных? Но ведь не бывает столько совпадений! Казнь. Последняя песня. Ягд-камень. Всё сходится! Слишком много почестей для простого смертного. Неужели все-таки король?
Лис тяжело поднялся. Он должен был идти дальше по следу. Он уже знал, где закончится его след, оставалось только дойти.
Как назло, по пути на площадь Герр не встретил ни одного лиса. Оставлять метки было уже поздно. Пока какой-нибудь лис найдет, пока сообщит — суом уже споёт. Ноющая боль в груди так и не улеглась, и Герр с трудом переставлял ноги. Он двигался только потому, что всё ещё стоял на следе, в обычном состоянии он бы уже давно потерял сознание от боли. Лис уже понял, что это его последний след. Старик грустно усмехнулся: он вплотную приблизился к заветной мечте каждого из лисов — умереть на следе.
Площадь бурлила. Казалось, что здесь собрался весь город. По окружности площади было выставлено оцепление. Ещё более плотным было оцепление вокруг эшафота и королевской трибуны.
Герр не стал соваться в толпу: у него не было ни единого шанса отыскать в этом море людей убийцу. Он чувствовал, что тот где-то рядом, и понимал, что времени остаётся всё меньше и меньше.
Он по-особому свистнул, и почти сразу услышал ответный свист. Через некоторое время из толпы вынырнул молодой лис. Он быстро огляделся и, увидев Герра, подбежал к нему. Старик с гордостью посмотрел на одного из своих учеников. «Всего десять лет, как я отпустил его на самостоятельную охоту, а Юр уже успел заматереть» — подумал он.
— Слушай внимательно, сынок, — быстро сказал Герр. — В толпе суом. Не спрашивай меня, как я об этом узнал. Срочно объявляй «камнепад»!
Молодой лис округлил глаза, но тут же справился с собой и кивнул.
— И вот что, Юр, дай мне свой жетон, я попробую прорваться на трибуну, — торопливо добавил Герр.
Ученик, не раздумывая, сунул ему в руку свой жетон.
— Спасибо, Юр, что доверяешь и ни о чём не спрашиваешь, — с теплотой сказал старик, понимая, чем рискует молодой лис, передавая жетон в чужие руки. — Беги, времени совсем нет!
Юр молча кивнул и растворился в толпе.
Первые две шеренги оцепления старый лис преодолел без труда, только показывая жетон. Перед самой трибуной его вновь остановили. Здесь несли службу дроки — личная гвардия короля. Герр потребовал позвать тёмного лиса, и один из дроков отправился его искать. Вдруг лис услышал едва различимый в гуле толпы тонкий протяжный звук. «Суом начал петь!» — пронзила его мысль. Дальше он уже не раздумывал. Двумя точными ударами старик разметал по сторонам не ожидавших этого дроков и метнулся на трибуну. Герр нёсся огромными прыжками, прекрасно понимая, что он не успеет. Сзади поднялась суматоха, и кто-то уже преследовал его по пятам в надежде остановить. Король сидел в самом центре трибуны, вокруг него стояли высокопоставленные эрры из числа придворных и несколько телохранителей. Герр успел заметить, как посыльный
— Камнепад!!! — Со всей силы закричал ему Герр. — Камнепад!!!
В толпе раздался женский крик.
«Всё!» — только и успел подумать Герр. Понимая, что до короля ещё остается несколько ярдов, а из телохранителей никто не успеет среагировать, он мощно оттолкнулся и прыгнул.
Дроки не зря славились как опытные охранники: тело лиса ещё только оторвалось от настила, а в него уже было выпущено десять арбалетных болтов, и все они попали в цель. На короля, закрывая его собой, обрушился уже труп. И сразу вслед за этим в мертвое тело со спины вонзилась белая стрела.
Тонкий протяжный звук, на который до этого никто не обращал внимания, замер на самой высокой ноте и резко оборвался…
Глава 2
День первый
шесть часов после Полуденной службы
Его Величество король Грайвора и Аурии Даниель Грав XIII, печатая шаг, стремительно шёл по коридору. Позади него, словно тени, скользили два дрока из королевской гвардии. Ещё двое следовали впереди. Под каменными сводами подземной галереи гулким эхом отзывалась тяжелая королевская поступь. Коридор причудливо извивался, пряча повороты в отблесках чадящих факелов. После очередного поворота следовавшие впереди гвардейцы рассредоточились: двое остались у двери, а двое других вошли внутрь. Через несколько секунд, проверив помещение, они вышли и тоже застыли у входа. Король небрежным жестом приказал всем охранникам оставаться снаружи и распахнул дверь.
— Сир! — Ожидавший его человек склонился в поклоне и застыл, ожидая разрешения выпрямиться. Король раздражённо отмахнулся:
— Без церемоний, Вейдж! — Грав XIII подошёл к широкому столу, на котором лежали два трупа. — Покажи! — потребовал он.
Старший — или тёмный, как официально называлась его должность при дворе — лис откинул одно из покрывал. Король внимательно осмотрел тело.
— Твой? — спросил он.
Вейдж отрицательно мотнул головой.
— Нет, сир. Но он тоже лис… бывший лис, — добавил он.
— Помнится, ты говорил мне, что бывших лисов не бывает?
— При жизни не бывает, сир… А мёртвые… они все бывшие, — тихо сказал Вейдж.
— Значит, не из дворцовых? Отлично, отлично…, — голосом, не предвещавшим ничего хорошего, протянул король. — Затем, словно вспомнив нечто важное, приказал: — Распорядись выдать его вдове три тысячи золотых корнов.
— Вряд ли это сумеет утешить Кэрри, — с горечью пробормотал Вейдж и добавил: — Это Герр — он был моим наставником.
Король побледнел от злости и быстро обернулся, но, посмотрев в глаза лиса, взял себя в руки, и вместо гневной тирады желчно произнес:
— Можешь на досуге воскресить своего воспитателя, чтобы его вдова утешилась.
Вейдж промолчал, понимая, что позволил себе лишнего. Грав XIII тем временем слегка отклонился назад и, скрестив на груди руки, стал с интересом рассматривать своего подданного:
— Скажи-ка мне, почтенный лис, как случилось, что первым на трибуне оказался этот старик, а не ты, например, или кто-то из твоих подчинённых? А, лис? Что скажешь? По дворцу прятаться — это вы мастера. Ваша скрытность порой переходит все границы. За те семь лет, что ты служишь при дворе, мне так ни разу и не удалось выяснить, в какой части дворца ты ночуешь. И ведь никто из придворных этого тоже не знает. Хотя по первому зову ты являешься так, словно и не спал вовсе, — задумчиво произнес король.