Вервольф
Шрифт:
– Так вот, дети мои, – шутливо начал Мак. – Во-первых, новости, которые я вам обещал вчера. Я позвонил своим коллегам домой, в Англию, и вот что оказалось: один из тех, кто напал на нас с Данни – выпускник Саттона...
– Вот это сюрприз! – присвистнул от удивления Мэллори.
– Второй – из Хэмбрика. Насколько я понимаю, – повернулся он к Данни, – это тоже что-то типа местного технического колледжа.
– Да, – сказала она. – И расположен Хэмбрик в двух милях отсюда. Его студенты пользуются спортивными сооружениями Саттона.
– Понятно,
– А третий? – спросил Дэвид, поглаживая ружье, с которым он не расставался почти все время.
– Пока его личность не установлена, – ответил Мак, запивая пиццу пивом. – Результаты вскрытия ничего необычного не дали, но специалисты тщательно занимаются анализами крови и тканей... Все эти улики, связанные с Саттоном и Хэмбриком, косвенно указывают и на самого Штейна. Я не хочу сказать, что те, кто напал на мой дом – это те же эсэсовцы, которые атаковали наш отряд в Германии весной сорок пятого, но все же уверен, что разгадка кроется именно в этом.
– Неужели они и вправду живут вечно? – спросила Данни. – Более разумнее предположить, что Штейн – сын того эсэсовца, или внук...
– И что они здесь делают? – задал вопрос Дэвид, в свою очередь. – Если они такие могущественные....
– То что? – не понял его Мак.
– Если они такие могущественные, то почему занимаются таким мелочами, как месть и погоня за двумя случайными свидетелями того, что произошло почти что пятьдесят лет назад? Ведь они наделены сверхъестественными способностями!
– Да, боюсь, что ты прав, – вздохнул Мак. – И зачем охотиться за Данни, коль они уже убили ее отца? Что она такого знает, что может повредить Штейну и его тварям?
Данни затаила дыхание, стараясь справиться с нахлынувшим на нее приступом страха.
– Ладно, а теперь главная новость, – громко произнес генерал. – У двух из трех трупов на руке – вот здесь – были обнаружены небольшие шрамы от вытравленной татуировки. Точно в этом месте всем эсэсовцам наносились номера. Тут уж никакой ошибки быть не может. Боюсь, что придется мне нанести визит в Саттон и поговорить с Штейном в открытую. Одновременно нам нужно разгадать то, каким образом происходят эти таинственные превращения и что задумал этот недобитый фашист со своими дьявольскими подручными. Если не хватит собственных силенок – будем вынуждены обращаться за помощью, только не к представителям официальных властей, которые уж точно не поверят во всю эту чертовщину с оборотнями – а в спецслужбы, если те тоже не пошлют нас подальше.
В комнате воцарилась тишина.
– Можно мне задать вопрос? – несмело нарушила ее Данни. – Они нападают только в полнолуние?
– К сожалению, нет, девочка моя, – вздохнул генерал, наклонился к ней и по-отечески погладил по руке. – Это одно из самых распространенных заблуждений. Я в свое время тоже интересовался этим, перерыл гору литературы... В некоторых случаях, действительно, гравитационная сила луны оказывает определенное воздействие на трансформацию человека в зверя, но полнолуние не является необходимым условием для такого превращения...
На этом Мак прекратил свою лекцию по ликантропии, боясь запугать Данни до смерти, а
В самом тяжелом чемоданчике оказались непонятные ей приспособления – какие-то щипцы, тигли, формы и разнокалиберные инструменты.
– А что это такое? – поинтересовалась она.
– Ну не мог же я просить сотрудников ЦРУ передать мне еще и пули с серебряными наконечниками, – пожал плечами Мак. – А то меня вообще бы приняли за сумасшедшего. А так – раздобудем завтра серебра, расплавим его вот в этих штуковинах и сами сделаем такие пули, которые нам нужны. Порох тоже есть...
Данни окинула взглядом выложенные посреди номера железяки, которые, как она предчувствовала, им еще очень пригодятся и сослужат хорошую службу, но облегчения от этого почему-то не испытывала...
Утро следующего дня оказалось ясным и солнечным. Данни отдохнула, выспалась и чувствовала себя намного лучше.
Когда она проснулась, приняла душ и оделась, генерала уже не было. Как сказал Дэвид, он отправился на поиски серебра. Сам Мэллори занимался тем, что изучал какие-то вырезки, которые валялись у него в номере по всей кровати. Он тоже уже был полностью одет и готов к завтраку.
– Что это? – спросила она, показывая на вырезки. – Или это не мое дело?
– Ну почему же, – отчего-то смутился Дэвид. – Я запоминаю легенду.
– Легенду? Какую легенду? – не поняла Данни.
– Ну, я хочу проникнуть в колледж Саттона под именем Дэвида Хастона, канадца, который якобы специализируется на истории Европы периода фашизма. Это все подготовил Мак. Думаю, что было бы неплохо посидеть на лекциях доктора Штейна.
– И как только генералу удалось так быстро устроить все со своими друзьями из ЦРУ? Это оружие, оборудование...
– Да, – согласился Мэллори. – У него много влиятельных друзей – и здесь, и в Лондоне.
– А что если Штейн раскроет вашу легенду? – спросила Данни. – Это ведь опасно. Нас могли уже выследить, в аэропорту или когда мы забирали мою машину со стоянки.
– Ну и пусть, – улыбнулся Дэвид. – Значит, наши противники занервничают и решат что-нибудь предпринять. Пусть эти гады знают, что мы пришли им мстить... Ну так что, может, позавтракаем?
Глава 16
В волчьем логове
Мактавиш умудрился-таки где-то достать серебра и весь день был проведен в изготовлении пуль. Используя приспособления и инструменты из чемоданов, они извлекали пули из патронов, высверливали их, заливали отверстия смертоносным для оборотней металлом, добавляли порох в патроны и закатывали пули обратно. Таким образом было изготовлено достаточно, как надеялась Данни, зарядов для всех пистолетов, ружей и двух имеющихся теперь у них винтовок двенадцатого калибра с укороченными стволами и спиленными до пистолетных ручек прикладами.