Ветер перемен

Малков Семен

* * *

Наумовы вернулись из турпоездки хорошо отдохнувшими и полными положительных эмоций. Дома было все благополучно, но как-то пусто, и они ясно осознали, что для полного счастья в нем не хватает собачки. Со смерти Кузи прошло уже немало времени, и пора было подумать о новом четвероногом друге. Первой заговорила об этом Варя.

— Ты знаешь, Тёмочка, если мы снова заведем собачку, то только девочку, — как бы между прочим сказала мужу, когда они вечером, сидя рядом в креслах, смотрели телевизор. — Кузечка не обидится, если

у нас появится его сестричка. Он не сочтет это предательством.

— Не сходи с ума. Ты говоришь о нем, как о живом, — укоризненно посмотрел на жену Артём Сергеевич. — А собачку взять надо, — согласился он. — Только без родословной, чтобы не иметь дела с кинологами. Надоело!

— И я так думаю, — обрадованно подхватила Варя. — Давай возьмем бездомную или брошенную в обществе защиты животных. Из тех, кто ищет хозяина.

— Ладно, звони по объявлениям, — согласился Артём Сергеевич. — А найдешь, поедем смотреть. Первую попавшуюся не возьмем, — предупредил он. — Только малого пуделька. Я к ним уже привык.

На этом и порешили. Варя принялась звонить по всем объявлениям — будь то радио, телевидение или те, что расклеивают на столбах и на стенах домов. Дело казалось бы простое, но долгое время, как назло, им предлагали любых собачек, но только не тех, кто походил на малого пуделя. Однако счастливая полоса в их жизни еще продолжалась. И осенью, когда уже грянули холода, им вновь улыбнулась удача. Вечером позвонила какая-то женщина.

— Вы у нас просили малого пуделя, девочку, — сообщила она взявшей трубку Варе. — Щеночек месяцев трех-четырех, окрас черный. Похоже, породистый, но конечно, без родословной. Возьмете?

— А когда за ним можно приехать? И куда? — обрадованно спросила Варя. — Сегодня это возможно сделать?

— Если вас не затруднит, это даже лучше. Я ее держу дома, и у меня сейчас еще три собаки, — ответила добрая женщина. — Запишите мой адрес. Буду вас ждать.

Не теряя времени Наумов отправился в гараж за машиной, и, когда уже стемнело, они с Варей приехали к этой женщине, жившей в типовом многоэтажном доме. Найдя нужную квартиру, позвонили в дверь, и сразу раздался разноголосый собачий лай, указывающий на то, что они не ошиблись.

— Ну, вот. Надеюсь, от одной бедняжки вы меня освободите, — сказала открывшая им дверь маленькая старушка, очевидно удовлетворенная солидным видом супружеской пары. — А то мне их нечем кормить.

Самая крошечная из собак, пугливо забившаяся в угол курчавая чернушка несомненно была пудельком и сразу им понравилась. Это заметила старушка. Взяв на руки щенка, она протянула его посетителям.

— Вижу, что моя девочка нашла хороших хозяев, — сказала она, передавая им чернушку. — У вас, наверное, уже была до нее собака. Это заметно.

— Да, тоже малый пуделек. Год назад он умер, — ответила Варя, ласково гладя дрожащую от страха собачку. — А как к вам попал этот щенок?

— Его нашли на перроне вокзала добрые люди и принесли к нам в общество, — сказала старушка. — Наверное, хозяин ездил с ней на «Птичку», не продал и, возвращаясь домой, то ли выбросил,

то ли спьяну ее потерял.

— У нас такого не произойдет. Можете не сомневаться, — заверил Артём Сергеевич. — Мы ее не потеряем!

Так у них с Варей завелся в доме новый и очень любимый член семьи — черненькая курчавая собачка, которую они назвали Чара, как бы компенсируя потерю, которую понесли от одноименного коммерческого банка.

Глава 8

Бизнес на крови

Война в Чечне образовала в стране «черную дыру», столь необходимую криминалу. В ней бесследно исчезали не только огромные суммы бюджетных денег, объявленные в розыск преступники и захваченные бандитами заложники. Там на крови чеченцев и солдат российской армии нечистоплотными дельцами, среди которых оказались и военные, делался крупный бизнес, — в основном на снабжении армии и предательских поставках сепаратистам Дудаева всех видов вооружения, включая самое новейшее.

— Нет, ты посмотри, что происходит, — посетовал зашедший к Наумову Царев. — Вместо того чтобы навалиться на Дудаева всей мощью нашей армии и стереть бандитов в порошок, играют с ними в «кошки-мышки»! Посылают в бой плохо обученных новобранцев и, как только армия прижмет бандитов, под разными предлогами дают им передышку.

— Но ведь это — предательство! Такого быть не может, — не согласился Артём Сергеевич. — Я допускаю, что наши грязные дельцы пользуются войной и делают на крови свой подлый бизнес, но чтобы в нем были замешаны высшие должностные лица…

— Замешаны через этих дельцов, которые с ними тесно связаны, — перебил его Владимир Иванович. — Ну сам посуди: откуда у Дудаева самое совершенное вооружение? Разве он получил бы его, если бы не было замешано наше высшее руководство?

— Он мог получить его от своих зарубежных покровителей, — убежденно ответил Артём Сергеевич. — Сепаратистам помогают арабские шейхи и западные враги России. Вот почему бандиты вооружены и оснащены лучше наших войск.

— Выходит, это американцы поставляют им наши последние образцы вооружения? Откуда они у них взялись, как не с наших оборонных заводов и ОКБ? — привел неотразимый аргумент Царев. — Пусть чеченцам достались они от продажных генералов или полковников, но те не смогли бы получить их без ведома высших чиновников государства.

Сказанное другом заставило Наумова призадуматься. И чем больше осмысливал происходящее в Чечне, тем больше находил подтверждений тому, что непонятный ход войны определенно смахивает на предательство со стороны тех, кому она выгодна. Уж слишком необъяснимо бездарными порой были решения военного командования.

Действительно, стоило армии ценой немалых жертв добиться успеха и запереть бандитов в горах, как почему-то военные действия приостанавливались. Вместо того, чтобы уничтожить врага, ему давали возможность оправиться от поражения. Передохнув и получив подкрепление, противник снова переходил в наступление, а наши войска, неся потери, откатывались на исходные позиции, и все начиналось сызнова.