Ветер
Шрифт:
Она с трудом узнала свой голос:
– Мы можем располагать твоим словом?
– Относительно неиспользования против вас полученной информации?
– Несколько секунд он молчал. Волны бились за его спиной.
– Да!
– Ох, нет!
– Она потянулась к нему.
– Я не думала.
– Я даю тебе слово, моя милая!
"В этом случае.
– Подумала она.
– Но нет, я не могла бы сказать ему правды, не посоветовавшись сначала с Ариннианом, который, конечно же, сказал бы "нет", а Фил, без сомнения, чувствовал бы себя несчастным из-за страха за меня и, что там ни говори, за своих друзей во флоте, потому что честь
Она сжала кулаки под покрывающим ее плащем и поспешно проговорила:
– В общем, речь идет не о чем-то капитальном. Тебе известно насчет Экватории, ненаселенного континента. Там нет ничего, кроме крошечных установок и ничтожного количества охраны. Она, главным образом, сидит в бараках, потому что несколько попыток патрулировать территорию оказались бесплодными. Крис очень обеспокоен.
– Гм. Да, я слышал, как он упоминал тебе об этом.
– Он убедил своего отца, что защита недостаточна. При более тщательном изучении они обнаружили, что плоскогорье Скорпелуны вообще открыто. Горы, частые штормы и прочее делают его особенно изолированным. Если бы враг сконцентрировал свои силы на то, чтобы прорвать орбитальную защиту и быстро устремиться вниз, то, оказавшись примерно в пятидесяти километрах над землей, он обнаружил бы преграду всего лишь из нескольких слабых лучей и, без сомнения, вполне мог бы справиться с теми несколькими орудиями и воздушными кораблями, которые успели бы туда добраться. А оказавшись на земле, он сразу бы окопался и создал. Как вы говорите?. Плацдарм. Мы должны укрепить эту территорию. Вот и все!
Она замолчала. У нее закружилась голова. "Неужели я сказала все это на одном дыхании?"
– Понятно, - отозвался он спустя несколько минут.
– Спасибо тебе, драгоценная моя!
Она подошла к нему и поцеловала со всей нежностью, на какую была способна.
Позже ночью ветер стал тише, небо затянуло, пошел дождь, медленный, как слезы. К утру он прекратился. Среди разлива вод медленно поднялась сонная Лаура. Она плавала в бесконечной голубизне, а каждый листок и травинка острова казались драгоценными камнями.
– 91
Айат покинула утес, на котором провела несколько последних часов. Вначале она чувствовала себя окоченевшей и вымокшей. Но ветер, бивший ей в ноздри и антибраторы, оживили кровь, налив силой мышцы.
"Вверх, вверх", - подумала она и понеслась по спирали. Море смеялось, но остров дремал, и единственным звуком был шум ее крыльев.
"И в смерти своей, Водан, ты тоже был солнцем!"
Отчаяние ушло, воспламененное усилием ее крыльев, развеянное ветром, затопленное водой - так, как он хотел бы для нее. Она знала, что боль еще вернется, но этой боли она уже была сильнее. И под ней уже ощущалась печаль, как огонь, тлеющий под травой. И пусть она живет, пока жива Айат, пусть Водан живет в ней и после того, как в ней пробудится чувство к другому, после того, как она отдаст этому другому свою любовь.
Она сделала круг. С той высоты, на которую она поднялась, ей был виден не один остров. "Я еще не хочу возвращаться. Аринниан может ждать меня до. Сумерек?
– В ней ожил голод. Она потратила слишком много энергии.
– Будь благословенна боль, будь благословенен голод. Будь благословенна удача!"
Далеко внизу стая птероплеуронов покинула свои гнезда и устремилась на поиски пискоидов над поверхностью воды. Айат выбрала цель, и устремилась вниз. Когда
Ее тело знало, когда расправить крылья, когда сложить их, как и когда должны вступить в действие руки. Кинжал был ей не нужен. Шея рептилоида сломалась под вихревым натиском этой встречи.
– Водан, ты был бы рад!
Ноша мешала ей. Не будучи тяжелой, она в то же время была неудобной. Айат опустилась на отдаленную скалу, нарезала мясо и поела. Сырое, оно было простым на вкус, даже пресноватым. Прибой под ней кричал и брызгался.
Потом она полетела вглубь острова, теперь уже медленнее. Нужно было найти высокую растительность и отдохнуть среди деревьев и цветов, в нагретой солнцем тени. Потом можно будет вновь подняться в небо. И все время она будет вспоминать Водана! Поскольку они не совершили брачного обряда, она не сможет вести его похоронный танец. Поэтому сегодня она должна исполнить его одна, наедине с собой.
Она спустилась к фруктовому саду. Вода, испаряющаяся с листьев, создавала над землей дымку легкого тумана, и эта завеса слегка колыхалась среди зелени под солнцем. Сгустившиеся запахи накрыли ее своим опахалом. Она пила сильные ароматы живущей земли, и антибраторы ее справлялись с этим не хуже легких, пока у нее не закружилась голова, а кровь не забурлила и не запела.
"Водан, - грезила она, - если бы ты был здесь, возле меня, мы улетели бы вместе, и ничто бы уже не помешало нам. Мы нашли бы место, где ты смог бы укрыть меня своими крыльями".
Казалось, что он был и впрямь здесь.
Шелест крыльев, воздух, внезапно наполнившийся мужским запахом. Все поплыло перед ней. "Теряю ли я сознание? Мне лучше сесть". Она неуверенно опустилась вниз и приземлилась.
Ее окружали апельсиновые деревья, не слишком высокие и не слишком часто растущие, чьи оранжевые шары казались таинственными в глубине листвы. Земля была недавно обработана, засеяна и лежала, открытая небу. Коричневая и мягкая, она прильнула к ней. Почва была сырой, но нагретой солнцем.
– 92
Послышался шум крыльев. Чья-то тень на мгновение закрыла Лауру. Летящий опустился, Айат узнала Драуна.
Его гребешок был напряжен. Каждое перышко вокруг усмехающегося рта говорило: "Я надеялся, что смогу вот так и найти тебя, после того что случилось".
– Нет!
– Жалобно бросила она и расправила крылья, намереваясь улететь.
Драун уверенно двинулся вперед, широко расставив руки и изогнув пальцы.
– Прекрасная, прекрасная, - произнес он.
– Хкр-р-р!
Ее крылья качнулись. Поток воздуха принес силу, но не ее силу. То была иная энергия, потрясающая ее до основания.
– Водан!
– Взмолилась она и вдруг оказалась на крутящейся земле. Подъем был медленным и неуклюжим. Драун настиг ее и сомкнул когти вокруг ее алатена. Они упали вместе.
Она царапнула его по лицу и потянулась за ножом. Он поймал ее за обе кисти и притянул к себе.
– Ты ведь не хочешь этого на самом деле!
– Его дыхание ударило в ее ухо.
– А теперь?
– Он обвил руками ее шею и крепко сжал ее в объятиях. Распростершись, его крылья снова скрыли собой солнце, и перышки опустились ей на глаза.