Ветры империи
Шрифт:
— Вы не поняли,— возразил Страж.— Это само собой, иначе вам не привязать меня к прайду. Но не думаете же вы, что меня можно купить женщиной — даже такой, как Нора?
— Хочешь власти?
— Провалиться мне в Подземелье, почему нет! Но и это не главное. Когда вы станете императором, с чего начнете?
Тор одобрительно кивнул, большой рукой гладя роскошные волосы Норы. Девушка благодарно потерлась щекой о его ладонь и это мало походило на дочернюю ласку — мысленно Горн похвалил себя за проницательность.
— Желаешь знать, ради чего
— С тех пор врагов у нас поубавилось,— усмехаясь, заметил Страж.— Похоже, скоро их не останется вовсе.
— Самый страшный враг — внутренний. Думаешь, это мы завоевали соседей? Нет, это они завоевали нас. Они развратили нас роскошью, изнежили комфортом, одни растворили нас в себе — среди огров уже почти не осталось истинных… Каленым железом! — вдруг загремел Глава.— Да, каленым железом мы будем выжигать беспечность и бесхребетность!
— Все это слова, светлейший,— возразил Страж.— Покажите мне врага.
— Оглянись, мальчик,— враг всюду!
— Даже во Дворце?
— Особенно в нем. Толстяк Ун хочет угодить всем — и к чему это приводит?
С сомнением покачав головой, Горн опустился в кресло и снял с огня узкий клинок, на котором сочился кровью шмат отменного мяса. Полил его вином и стал откусывать, поджимая губы, чтобы не обжечься. Сейчас же к мясу потянулась сверкающими зубами Нора и принялась жадно кромсать его с другого края, искренне сердясь, когда Горн, поддразнивая, отводил клинок от ее рта.
— Пора показать, кто в Империи господин,— грозно продолжал Тор.— Чернь слишком о себе возомнила — в рабошлемы ее!.. К чему нам столько бездельников?.. Мы возродим исконную силу огров, и никто больше не посмеет нам угрожать!
— Если бы рабошлемы появились чуть раньше,— со смешком заметил Страж,— нам не пришлось бы приручать побежденные народы,— все решилось бы куда проще.
— Именно! — подхватил Тор.— Но ведь кто-то должен исправить положение?
— Предположим, мы его исправили. С кем будем воевать дальше?
— Есть еще и Второй Материк,— мечтательно улыбнулся Лев.— Там возродится былая слава огров!
Он снова пригладил Норину гриву и пожаловался:
— Вот ведь несчастье: вся моя сила перешла к этим плутовкам — нет бы в мужское потомство… Справишься с ними, парень? Если на брачном ложе ты так же хорош, как в бою, я подарю тебе всех! А потом, может, и свой гарем завещаю.
— Я могу приступать? — усмехнулся рыцарь.— С кого начать?
— С меня! — потребовала Нора.— Остальными займешься после — если сможешь.
— Погодите немного,— хмыкнув, сказал Тор.— Так ты согласен?
— На что? — удивился Горн.— Войти в ваш прайд? Охотно. Подправить вам породу? С превеликим удовольствием!.. Но ведь ничего другого вы мне пока не предложили. Или вы действительно полагаете, что вызвать Уна на единоборство — реально?
—
— Допустим. Но как?
— Пути мы тебе укажем.
— “Мы”? — ухватился рыцарь.— Я-то полагал, будто в прайде Львов все решает великий Тор.
— В прайде — может быть. Однако в таком деле без союзников не обойтись.
— А про них мелкой сошке, вроде меня, знать не положено, верно? — Горн понимающе осклабился.— Честно сказать, светлейший, в таком деле я не доверился бы никому с репутацией менее кристальной, чем у вас: слишком велико бывает искушение избавиться от исполнителей!.. Если я правильно понял Нору, вы рассчитываете с моей помощью похитить Божественную? Что же, я могу это устроить, однако, как люди разумные, вы должны понимать, что без своих Хранителей, а главное — вычислителя, богиня немногого стоит. Надеюсь, по крайней мере поддержкой Хранителей вы заручились?
— А ты, Страж, действительно умник,— задумчиво произнес Тор.— Может, это и к лучшему? Только не вздумай хитрить и со мной!
— От вас зависит. Пока вам не взбредет в голову меня подставить…
— Слова Тора с тебя довольно?
— Вполне.
— Тогда можешь приступать… И запомни! — Глава поднял огромный палец.— Никто не должен знать о твоей связи с нами. С Норой будешь встречаться, сколько пожелаешь, но — скрытно. Женой она станет тебе позже, когда докажешь свою преданность прайду.
С усмешкой он оглядел молодых людей и добавил поощрительно:
— Больше отвлекать вас не буду — ступайте!
Рыцарь тут же сграбастал Нору в охапку, вместе со всеми ее мехами, и по сумеречному извилистому коридору понес в знакомую комнату с водопадом. Смеясь, девушка пыталась вырваться, но только распаляла обоих все сильней, так что Горн даже слегка обеспокоился подступающим неистовством: не разразилось бы оно прежде, чем они успеют уединиться. Но еще раньше навстречу им вынесло из-за поворота троицу кряжистых Львов, из которых один оказался глубоким стариком, на удивление бодрым, с благообразным и суровым лицом истого праведника. (Странным образом он даже походил на Главу Тора, хотя сильно уступал тому по части величественности.) Двое же других интереса не представляли: здоровенные молодые верзилы, самодовольные и туповатые. Однако при виде их Нора мгновенно потухла, затем снова попробовала опустить ноги на пол, и теперь Горн не стал ей препятствовать.
— Это и есть тот самый Кон,— шепнул он девушка на ухо,— пресловутый блюститель породы?
Молча она кивнула, так и застыв — с опущенной головой, и даже слегка присела, чтобы скрыть под шубой босые ноги,— впрочем, судя по брезгливой гримасе Кона, тот успел их разглядеть.
— Замечательно,— процедил он, останавливаясь перед застигнутой парочкой,— превосходно!.. Чужаки уже разгуливают по родовому блоку Львов, как по собственному, да еще забавляются с нашими дочерьми!
— С племянницами,— чуть слышно поправила Нора,— внучатыми.