Везунчик
Шрифт:
Два других воспользовались ситуацией и постарались все-таки завалить раненое животное, однако в этот момент вступило в игру стадо. Оно слаженно кинулось на волков, опустив головы и выставив длинные рога, которые оказались отличным оружием. Одному из серых удалось удрать, второго нанизали, словно бабочку на булавку, а того волка, который сумел вцепиться в горло отставшему козлу, копытные попросту затоптали. Прочие члены блохастой стаи, все это время занимавшиеся раздиранием уже мертвого козла, увидав такое дело, бросили добычу и поспешили прочь от разъяренного стада.
Преследовать серых козлы не стали. Убедившись, что опасности нет, они развернулись и снова потопали к водопою, причем их блеяние, казалось,
Поглядев немного на их трапезу, я решил, что сейчас наступило время смыться, и пополз прочь от места охоты. Ползти было трудно, очень мешало копье с рюкзаком, поэтому спустя пару сотен метров я плюнул на маскировку, бросил взгляд на увлеченных обедом хищников, и поднялся на ноги. Стараясь пригибаться как можно ниже к земле, я отдалился на безопасное расстояние, а затем сделал большой крюк, обходя волков. Полагаю, добычи им хватит надолго, и преследовать они меня не станут, даже если обнаружат свежий след.
Несколько часов я шагал под палящим солнцем, пока не почувствовал голод. Однако дичи в округе не наблюдалось, а возвращаться к реке за рыбкой было не с руки, так как она давно скрылась из вида. Нет, я не сбился с пути, просто местность вокруг снова разительно изменилась — появились деревья, которые порой образовывали непроходимую чащу, преграждавшую мне путь к воде. Так как продираться через колючие кусты и бурелом не хотелось, пришлось на ходу схрумкать пару сухарей, сжевать горсть сухофруктов и ополовинить свою фляжку. Понятно, что обед вышел так себе, но я утешил себя мыслями о том, что еще до наступления ночи встречу какую-нибудь зверушку, которая пойдет на шашлычок.
Желания имеют свойство сбываться, и спустя четверть часа я встретил вышеупомянутую зверушку, но для шашлыка она явно не годилась. Дело в том, что я умудрился наткнуться на тигренка. Он лежал в густой траве и с аппетитом жевал большую зеленую ящерицу. От неожиданности я замер на месте, а тигренок, заметив меня, оторвался от добычи, облизнулся и недовольно зарычал. Вернее, попытался, так как получившийся рык был совсем не грозным и больше походил на мяуканье домашней кошки.
Полюбовавшись пару секунд на большого полосатого котенка, я отошел в сторону, намереваясь его обойти, но в следующее мгновение мое внимание привлек зверь, появившийся из рощи. Это была тигрица, которая примчалась на защиту своего детеныша. Она показалась мне огромной, намного больше земных тигров, а своими длинными клыками очень напоминала древнего давно вымершего представителя кошачьего семейства — смилодона. Остановившись у котенка, она уставилась на меня и угрожающе зарычала. Вот этот рык внушал уважение и заставил меня крепче стиснуть копье, понимая, что всего одного удара полосатой лапы будет достаточно, чтобы я больше никогда не поднялся.
Медленно отступая и не сводя глаз с тигрицы, я вспоминал все, что когда-либо видел об этих хищниках по телевизору. Однако ничего путного на ум не приходило. Видимо, программу под названием "Как выжить при встрече с тигром" я благополучно пропустил, а знания об ареале их обитания и брачных играх в данной ситуации были не особо полезны. Так что осталось только надеяться, что тигрица не голодна, и нападать не станет.
Но мои надежды недолго пожили. Мельком осмотрев котенка, тигрица снова зарычала и начала осторожно подступать ко мне. Видимо, уже встречалась с людьми и знала, какими опасными они могут быть. Понимая, что копьем орудовать бесполезно, так как даже в случае удачного укола хищница просто
Не знаю, отчего, но эта глупая выходка привела к неожиданному результату. Большая кошка замерла и уставилась на меня с немалым удивлением. Обрадовавшись, я повторил шипение, на этот раз громче. Посмотрев на меня еще пару секунд, тигрица решила не связываться с непонятным противником, отступила, подхватила котенка зубами за шкирку и вместе с ним скрылась в лесной чаще. Вздохнув с облегчением, я тоже поспешил прочь, радуясь, что схватка не состоялась. Все-таки я не был уверен в том, что мне удастся убить кошку, даже с моим чудо-кинжалом. Зато теперь буду знать, кого боятся здешние хищники.
После встречи с тигрицей полоса везения закончилась. До самой поздней ночи мне пришлось бороться за свою жизнь с самыми разными тварями. Вначале был орел, которого я еще на подлете так огрел копьем, что он сразу потерял аппетит и полетел прочь, тяжело взмахивая крыльями и тряся головой. Затем крокодил, которому я вонзил в пасть копье, а затем добил кинжалом. Кстати, мясо этой рептилии на вкус оказалось отвратительным, и костер я разводил зря. А после меня долго преследовали обычные гиены. Они не нападали, так как стая состояла всего из пяти особей, но своим тявканьем привлекали хищников покрупнее, намереваясь после их охоты поживиться объедками. И ведь, сволочи, старались держаться на расстоянии, так что докинуть до них ножи я даже не пытался. Правда, когда мне удалось заколоть выскочившую из леса уродливую гориллу, они удовлетворились ее тушкой, и оставили меня в покое.
А вскоре после этого на меня напал кабан, которого я зарезал кинжалом. Однако этот свин перед кончиной умудрился пропороть мне ногу клыком, и довольно серьезно. Во всяком случае, после очередного сеанса "холодотерапии" рана полностью не затянулась, хотя кровоточить перестала. Эта короткая схватка, после которой мне пришлось накладывать тугую повязку, показала, что даже с магическим артефактом я представляю собой довольно жалкое зрелище. Но обиднее всего было то, что когда я развел костер, чтобы побаловать себя жареной свининкой, на огонек пожаловала стая львов, от которой пришлось позорно сбежать, бросив законную добычу.
Пустой желудок добавил злости, поэтому большой дикообраз, попытавшийся уколоть меня своими разноцветными иглами, сразу получил смертельный удар копьем, а парочка варанов-хамелеонов, попавшихся на пути, дали сил на лечение раны и позволили утолить голод. Ну а когда сгустились сумерки, меня атаковала стайка больших, примерно с ладонь, стрекоз, которых привлекло пламя костра. Эти насекомые очень больно кусались, но имели довольно хрупкие крылья и после одного удара падали на землю, чтобы окончить существование под подошвами моих сапог. Намахавшись копьем так, что даже руки заболели, я оставил уцелевших пучеглазых тварей пожирать раздавленных на земле сородичей, а сам продолжил путь, высматривая укрытие на ночь.
Вот только черная полоса моей жизни и не думала кончаться — в округе не оказалось никаких развалин или городов. Не было даже холмов, чтобы оглядеться, а ведь с дерева многого не увидишь. В общем, когда на землю опустилась тьма, я понял, что мне придется выбирать — ночевать в траве под открытым небом или же углубится в лес и найти себе дерево по вкусу. Так как в памяти еще были свежи встречи с крупными хищниками степей, я свернул в чащу, нашел дуб пораскидистее (или не дуб, кто ж его разберет в темноте-то?) и с трудом на него забрался. Устроившись между ветвей, я соорудил из пояса страховку на тот случай, если во сне мне захочется поворочаться, а затем постарался отключиться.