Везунчик

Бубела Олег

Вонзив кинжал в еще одного крокодила, я решил проверить свое предположение и следующего зомби встретил с улыбкой. Однако острая боль в шее, куда вцепился монстр, показала, что улыбка — не самое лучшее оружие против оживших мертвецов. Ткнув кинжалом в укусивший меня труп, я оторвал его от своего тела и бросился дальше, зажимая рану левой рукой. Проверил, называется! Ну, теперь можно заказывать панихиду, ведь заражение я точно подхватил, и спустя некоторое время в этом мире появится свежеиспеченный зомбик. Блин, как же подыхать не хочется! Махнув кинжалом, я весьма удачно вонзил его в колобка, а следующим ударом оприходовал уродливую мартышку, прыгнувшую с черных ветвей.

"Стоп, а почему это я не чувствую

никакого бодрящего холодка? — пронеслась в моей голове здравая мысль. — И укус на шее все еще болит, хотя, по идее, должен был зажить от энергии убитых тварей?"

Словно по заказу, очередной крокодил, в которого я воткнул сталь с иероглифами, наградил меня приятным ощущением, которое немного уменьшило боль. И тут же, не давая толком поразмыслить, на меня напала стая зомби во главе с вожаком. Пришлось основательно поработать кинжалом и саблей, но тварей становилось все больше.

Вскоре наступил момент, когда бежать мне было уже некуда — орда змей преградила мне путь, сзади приближалась стая волков, а с боков наседали ходячие трупы и прочие очень симпатичные создания. Кольцо хищников сжималось вокруг добычи. И тогда нечто подсказало выход — залезть на дерево. Без раздумий воспользовавшись подсказкой, я кинулся к ближайшему и принялся карабкаться по извилистому стволу. На трехметровой высоте я вспомнил о кинжале, зажатом в ладони, и взбираться стало намного тяжелее, хотя раньше он мне ничуть не мешал. А подумав о том, что рюкзак и сабли, по идее, тоже должны замедлять восхождение, я тут же ощутил тяжесть на своих плечах.

— Вашу мать! Все-таки сон! — выдохнул я, замерев на одной из ветвей.

Это объясняло все. И странности поведения монстров, и бесконечный лес, и непонятную избирательность моего восприятия, а также множество других вещей. Но тогда почему в этом сне я чувствую боль? Почему понимаю иррациональность всего происходящего и осознаю иллюзорность окружающего мира? И самое главное — почему до сих пор не могу проснуться?!

— Что, та же пьеса, только с новыми декорациями? — спросил я неизвестно у кого, заметив внизу, в толпе беснующихся тварей, большое полосатое тело тигрицы.

Только на этот раз ее финал уж точно окажется другим, так как падать невысоко. Но быть разорванным на куски — тоже мало приятного. А вот мне интересно, если я сдохну в кошмаре, то сразу очнусь, или в этом весьма реалистичном сне смерть тоже может наступить взаправду? Как-то не вовремя вспомнилась "Матрица", поэтому проверять данную гипотезу резко расхотелось. Но что же делать? Как отсюда выбраться? Где найти тот телефон, который вернет меня в свое тело?

Пока я размышлял, тигрица времени не теряла. Она принялась ловко карабкаться по дереву, подбираясь все ближе. Подумав, что раз это сон, то его можно менять, я попробовал сделать это осознанно. Представил в своих руках автомат, попытался ощутить под пальцами холодную сталь, тяжесть, придающую уверенности… Но ничего не вышло, а гигантская кошка уже была готова меня цапнуть. И тогда я вспомнил о недавно полученном опыте и зашипел на нее. Результат порадовал — тигрица сразу передумала на меня нападать и спрыгнула с дерева.

— Вот так-то! — ухмыльнулся я ей вслед.

Но дальше стало не до шуток. Прочие монстры всерьез вознамерились перекусить человечиной и полезли на покореженный черный ствол. Их, судя по реакции, мое шипение нисколько не пугало. Ну да, ведь я был уверен в том, что этот прием поможет против полосатой кошки, а на других тварях в реальности его не испытывал…

Так, о чем я только думаю?! Нужно поскорее просыпаться, поскольку мне осталось всего полминуты жизни. Да, зомби по деревьям карабкались плохо и постоянно падали, а крокодилам и хрякам-переросткам оставалось только рыть корни в бессильной злобе, но вдалеке уже показались ловко прыгающие по ветвям шимпанзе-мутанты,

которым до меня добраться — пустяковое дело. Но легко сказать — надо проснуться! — а как это сделать, хрен его знает! Похоже, мое сознание упорно принимает окружающее за реальность, поэтому даже болевые ощущения присутствуют. Так что щипать себя можно до бесконечности, толку не будет. Нужен был иной путь.

И я нашел его. Нашел в самый последний момент, подчиняясь наитию, не давая себе времени на размышления, так как они были способны привести к сомнению, одна тень которого могла все испортить. Закрыв глаза, я постарался отрешиться от окружающих меня звуков и начал вспоминать свои ощущения, которые испытывал, засыпая. Вроде бы я лежал на боку, положив себе под голову рюкзак, ноги немного согнуты в коленях, одна рука прикрывает живот…

Так-так, вроде получается! Я начал чувствовать, что гравитация чудесным образом изменяет направление, появляется ощущение камня, впивающегося в ребра, крики монстров отдаляются и затихают. Теперь только бы не спугнуть удачу, только бы не помешать пробуждению! Вспоминаем дальше. Где лежало копье? Оно было совсем рядом, там же, где и мой кинжал. А теперь попробуем медленно протянуть руку и нащупать его. Так, это земля, это камешек, а вот и полированное древко. Так, попробуем, что же получилось.

Я открыл глаза. Вокруг было темно и тихо, с неба светили яркие звезды, розовая луна безучастно глядела на меня с высоты, ночной прохладный воздух наполнял легкие. Похоже, мне удалось. Я сумел проснуться, сумел вырваться из самого жуткого в своей жизни кошмара… Или все-таки нет? Я сел и принялся оглядываться. Вроде бы никто на меня из-за деревьев появляться не спешил, да и реальность окружающего оказалась на порядок большей. Чувства были цельными и многогранными, а сознание работало ясно и четко. Я ощущал, что ноги в сапогах очень хотят насладиться свободой, что коленка, в которую меня укусил комар в лесу, настойчиво требует себя почесать, что шея немного затекла, а щека еще помнит пряжку ремня, на которой все это время лежала.

Так что окружающее сном определенно не являлось, можно поздравить себя с успехом и поскорее смываться из этого мертвого леса. Ведь я догадывался, что именно он и был виновником моих кошмаров. Раньше-то ничего подобного не случалось, и любые мои сны, пусть даже самые плохие, после пробуждения оставляли только смутные воспоминания, а здесь сновидения приобрели пугающую реалистичность. Может, дело было в черных деревьях, поглощавших любые звуки, может, некое вещество в окружающем воздухе подобно наркотику воздействовало на мое подсознание, а может, то самое нечто, погубившее некогда зеленую рощу, все еще действовало. Так сразу и не разберешь. Но одно было ясно — не случайно в мертвом лесу нет ни животных, ни даже насекомых, а спать здесь крайне опасно для жизни.

Подхватив свои вещи, я покинул странное место, испытав невероятное облегчение, когда мои уши вновь стали улавливать звуки окружающего мира. Судя по небу, которое еще не начинало светлеть, я проспал недолго. Впереди большая часть ночи, но сна не было ни в одном глазу. Оставив за спиной мертвый лес, я около часа прошагал по степи, пока снова не навалилась усталость. Ноги потяжелели, глаза стали закрываться сами собой, но я упрямо шел вперед, ища хоть какое-нибудь укрытие.

Однако ничего подходящего не обнаруживалось. Вокруг была равнина, покрытая полусухой травой, колючками и какими-то ветками, то и дело хрустевшими под моими сапогами. Даже кустов и то не наблюдалось. И что теперь делать? Рискнуть и понадеяться на то, что здесь никакой агрессивной живности не водится? Ладно, ничего другого не остается. За прошедший час я не встретил никого, крупнее ящерицы, а спать хотелось невыносимо. В общем, плюнув на предосторожность, я лег на землю и моментально вырубился.