Вице-адмирал
Шрифт:
Семидесятилетняя принцесса, дважды вдова, мать четырех детей и добрая бабушка девяти внуков, мне понравилась. Во-первых, она недавно прошла процедуру омоложения и выглядела на двадцать пять, прекрасная женщина с длинными соломенными волосами, которая вела себя легко и непринужденно. Во-вторых, встреча проходила в саду, где в уютной летней беседке был накрыт стол, и Анжелика приняла своих племянников как родственников, что не могло не настраивать на определенный лад. А в-третьих, наша тетушка женщиной оказалась прагматичной и сразу же поняла, чего я хочу. Поэтому пустой разговор
Правда, один скользкий момент у нас все же был. Принцесса не знала, что именно Маркин убрал ее мятежных братьев, но была в курсе того, что во время обороны столицы Роберт с ними виделся. И когда Анжелика спросила его, не знает ли он, каким образом погибли братья Харфагеры, у меня екнуло сердце, и я подумал, что Маркин сорвется и сболтнет лишнего. Однако родственник не растерялся – видимо, готовился к подобному вопросу. Поэтому он сказал то, что от него хотели услышать. Старшие принцы погибли как герои. Они до последнего сражались с вражескими штурмовиками, которые прорвались в метро, и этим искупили свою вину перед отцом и государством.
Принцесса сделала вид, что поверила. Так ей самой спокойнее. И, обменявшись контактами, мы расстались.
Время поджимало, но мы успевали. Планы по переходу экспедиционной эскадры в систему Готард были отправлены в канцелярию его императорского величества вовремя. Сосредоточение сил экспедиционного корпуса на базе «Раста» прошло без осложнений. Личный состав эскадры и прикомандированных кораблей «к бою и походу готов». Бравая десантура из 9-й дивизии рвалась в бой и грозилась голыми руками порвать любого противника. Все в норме. А затем, после звонка от Анжелики Харфагер, на базу «аргонавтов» прибыли четыре сотни представительниц прекрасного пола, которые выстроились на плацу возле штаба и ожидали моего появления.
Я себя ждать не заставил. Вместе с Васильевым и Маркиным вышел на плац, оглядел нестройные разноцветные шеренги будущих «аргонавтов» и улыбнулся.
Подспудно я ожидал увидеть мужиковатых баб, которые не нашли себя на гражданке и подались в армию и флот за женихами. Но нет. В строю находились совершенно обычные девушки, милые, симпатичные и, как правило, молодые. Не подвела тетушка, за что ей от меня огромное человеческое спасибо. Однако прежде чем отправить девушек в штаб, где будет происходить их распределение по кораблям и зачисление в штат эскадры, следовало с ними пообщаться.
Пять шагов вперед. Я замер перед невысокой короткостриженой брюнеткой слегка за двадцать в черном полевом комбинезоне с нашивками СПО – Сил планетарной обороны – и вопросительно кивнул. В ответ четкий доклад:
– Рядовая Черемисова. Мастер-наладчик судовых коммуникационных систем.
– Расскажите о себе.
– Детский дом. Школа и распределение. Был выбор: ткацкая фабрика, ферма, пищевой комбинат и школа военного резерва.
– Вы не колебались, покидая прежнее место службы?
– Никак нет, господин вице-адмирал.
– А почему?
– В Райгасте нет никаких перспектив. Десятичасовой рабочий день и два выходных в месяц. Скудное жалованье, которого ни на что не хватает. Повышений не бывает, и никаких развлечений. Это как черная дыра – попал туда, и выхода нет. Все, что государство могло дать, оно мне дало, а дальше сама. Поэтому эскадра «Арго» – мой счастливый билет, и ваши люди для нас словно небожители…
– Мне кажется, что вы преувеличиваете.
– Ничуть. У вас рядовой «аргонавт» получает в пятнадцать раз больше меня, квалифицированного специалиста, и у него льготы, выслуга, пенсия и возможность получить высшее образование, если имеется интерес. Разве это не мечта?
Девушка была права. Что ее ждало на прежнем месте службы? В общем-то ничего, и наша эскадра для нее действительно шанс изменить жизнь. Но я ей не ответил, а шагнул дальше, к высокой и слегка нескладной худой шатенке в спортивном костюме.
– Мария Салем, штурман-системник, – доложила она. – С отличием окончила Верейский транспортный колледж, имею диплом и все положенные сертификаты для управления космическими судами до сорока тысяч тонн.
– Опыт работы есть?
Шатенка потупилась:
– Три месяца была стажером на грузопассажирском транспорте класса «Фарадей».
– Это все?
– Есть двести часов налета на аэрокосмическом истребителе «Сапсан».
Еще один шаг – и я замер рядом с крепко сбитой невысокой блондинкой в потертом мундире имперских ВКС.
– Лейтенант Шахова. Два года службы в Десятой военно-транспортной флотилии. Должность – третий механик. Наш корабль был поврежден в битве за Яргу и отправился на переплавку. С тех пор нахожусь в резерве.
Молча я кивнул и отошел к своим офицерам, которые на ходу просматривали в планшетах личные дела наших рекрутов.
– Итак, господа, – обратился я к ним, – каково ваше мнение?
– Нормальный контингент, – пробурчал Васильев. – И пилоты имеются, и механики, и техники, и электронщики. Все пригодятся.
– Неопытных много, – добавил Маркин. – Но это дело поправимое. У нас офицеров хватает, и девчата пойдут к ним как стажеры, подсменные вахтенные и кадеты. Пока суть да дело, долетим до Готарда, и они оклемаются.
– Вот и я так думаю, – согласился я с ними и кивнул полковнику: – Начштаба, отправляй рекрутов в штаб.
Васильев направил девушек на собеседование и распределение, а я проводил нестройную разноцветную толпу взглядом и набрал номер Барбары, которая с утра чувствовала себя плохо: ее тошнило. Наверное, она что-то съела, к чему не привыкла, и получила пищевое отравление.