Вигил
Шрифт:
Свою первую свадьбу помнила плохо, разваливалась страна, в которой они жили всю сознательную жизнь. В атмосфере неопределенности и веры в перемены тогда еще Маруся вытащила из закромов вроде бы летний сарафан и в обнимку с немного выпившим Вадиком пришла в еще работающий ЗАГС. Подпитие жениха она запомнила хорошо, потому как в таком состоянии он проведет большую часть их брака. А как все хорошо начиналось... Для неё надежды на новую страну и на счастливую супружескую жизнь слились воедино и разрушились одинаково болезненно и резко.
Главным развлечением стала игра Нидгара на читаре, странном гибриде лютни и гитары. Инструмент выглядел дорого и внушительно: полированные вишневые бока с красиво
Спустя несколько часов возлияний Идо в компании нетрезвой группы поддержки отправился переносить Эду через порог её же собственной лавки. Молодой жене повезло, Шмид смог её поднять и никуда не врезался в процессе. Под улюлюканье и советы разгоряченной публики они закрыли дверь и отправились выполнять свой первый супружеский долг. Мария увидела как Клавдий украдкой ей подмигнул, встал из-за стола, попрощался с Нидгаром и Фаберусом и вышел. Чтобы не выглядеть подозрительно Мария выпила еще две кружки вместе с Марфой, выслушала в третий раз рассказ об их свадьбе с Роем и в пятый раз о том, что ей тоже надо найти хорошего мужчину и завести семью, после чего сослалась на недомогание и ушла.
Росций ждал её в коридоре и до кровати они добрались уже расслабленные и удовлетворенные. В темноте слышались веселые крики со стороны таверны. Практически под окном счастливые не попавшие на дежурство легионеры и горланили песни. В том числе и трое новичков, присланных с очередным отрядом из Кастеллума. Мария сторонилась их по непонятным себе самой причинам. Возможно, хотела как можно дольше хранить воспоминания о Тирее и Кенреде или просто боялась, что тогда уж точно уверится в их смерти и больше не будет искать глазами долговязую и лопоухую фигуру надоедливого юноши в конце каждой тренировки.
Рядом тихо сопел Клавдий повернувшись лицом к стене, к ней же сон никак не шел. Хмель гулял в голове и толкал на размышления. Как бы ей не хотелось забыть, придется выполнять клятву Клеарха, которую он переложил на Марию. По словам учителя ему в своих безумных экспериментах с эфиром удалось каким-то образом проникнуть в пространство, называемое им безвременьем, где жили души или духи погибших. Одна из таких сущностей и рассказала историю своего рода, рода Мессалла. Несколько сотен лет назад личная гвардия императора, преторианцы, по непонятной причине попытались устроить переворот. В гвардии всегда служили только представители трех семей, где очень часто рождались эфириусы, древняя клятва императорской семье заставляла их отдавать детей в армейские эфириусы, а значит и на прохождение силовой инициации. Одним из этих родов и были Мессаллы.
В промежутке между 1963 и 1964 годом, как позже установила Мария изучив исторические трактаты, на престоле остался маленький внук императора, который практически во всем зависел от своего опекуна из Сената. Преторианцы пытались возвести на престол его дядю в обход закона о престолонаследии, но у них ничего не получилось, и их вместе с семьями покарали. Все, даже дети, были убиты, а потом на три рода наложили Проклятие памяти - эфиром стерли упоминания о них из всех источников и из памяти современников, словно их и не было. В таких условиях
Сумасшедший Клеарх не придумал ничего умнее, чем заключить сделку с неизвестным духом и скрепить её эфиром, превратив в полноценную клятву. Поклялся же он ни много ни мало возродить род Мессалла в его былом величии, то есть чтобы большинство его представителей были эфириусами, а также само имя рода было обелено в глазах общества. Взамен дух пообещал ему новую и счастливую жизнь в другом мире и в другом теле. Верилось Марии в это с трудом, но учитель не сомневался ни на секунду. Он потратил практически всю свою сознательную жизнь на это обязательство. Нашел дальнего потомка Мессалла, правда, тот оказался обычным человеком без единого эфириуса в предках, но удалось свести его с женщиной, в которой тоже текла кровь этого рода, и та забеременела. Клеарх забрал у неё родившегося ребенка, чтобы скрыть наличие у него дара от властей.
Помимо этого учитель решил себя обезопасить и не придумал ничего лучше, как неизвестным путем выкрасть из императорской семьи тайный обряд, который гарантировал, что рожденный ребенок будет эфириусом. Новорожденную девочку учитель пристроил в глухой деревне на самом севере Бриттании. Когда той исполнилось шестнадцать подставил их знакомство с армейским эфириусом и сделал все, чтобы она забеременела. Теперь Клеарх планировал появление ребенка с сильным даром и решился провести обряд, но что-то пошло не так, мать умерла в родах, а новорожденная кроха хоть и была жива, оказалась полностью индифферентна ко всему окружающему и, казалось, постоянно спала.
В тело этой несчастной девочки Клеарх и поселил душу сорокапятилетней Марии Гореловой. На создание ритуала у него ушли четырнадцать лет, которые он провел скрываясь ото всех по задворкам империи и в конце концов обосновался в лесах на севере Германии. За долгие годы подпольных исследований он выяснил, что обряд прошел неправильно из-за того, что у него и молодой матери не хватило способностей эфириусов, поэтому сотворил с Марией силовую инициацию, благодаря которой она сможет провести ритуал. Предчувствуя скорую смерть Клеарх заставил её взять на себя все обязательства по возрождению Мессалла.
И вот теперь перед Марией стояло две задачи. Первая - родить несколько детей от сильного эфириуса, который сможет провести обряд вместе с ней. Проблема была в том, что все они должны будут носить номен матери, а такое возможно только в конкубинате. Законы Империи однозначно прописывали вхождении жены в семью мужа в обычном браке, в частности, принятие его номена. Мужчина был не обязан обеспечивать не признанного ребенка, то есть не носящего его номен, вся финансовая нагрузка ляжет на Марию, которая ближайшие четыре года из-за контракта будет получать минимальную ставку, какие уж тут сбережения и забота о детях. Поэтому главной для неё являлась вторая задача - присвоить себе номен Мессалла. Для этого Клеарх поделился еще одной выведанной в окружении императора тайной. Существовало хранилище эфирных оттисков всех знатных патрицианских семей, по ним можно было определить принадлежность человека к какому-либо роду. Формулой снятия оттиска владела только императорская семья и эту информацию учитель узнать не успел, зато смог удостовериться, что ни один из них не удаляется, даже если род считается официально вымершим.