Vigilance
Шрифт:
Внезапно впереди послышался запах, бьющий в нос любому магу Тедаса. Среди вони и грязи Сурана почувствовал нежный и дурманящий аромат лириума.
– Ты позоришь нас всех, Варнелл.
Вжавшись в стену, эльф подкрался поближе и увидел невдалеке два силуэта: мощной мужской фигуры в доспехах и хрупкой женщины. Голос, на удивление резкий и холодный, принадлежал ей.
– Я храмовник, - хрипло отозвался мужчина. Запах лириума на мгновение поблек, затем появился снова – очевидно, боец приложился к склянке с порошком. – И мне тоже полагается доля за участие в деле.
– Грязная скотина.
Храмовник только ухмыльнулся.
–
Эльф удивленно поджал губы. Ни одна служительница Церкви на его памяти не выражалась подобным образом. «Воистину, в этом Киркволле все не как у людей» – мысленно ругнулся он.
– Этот лириум не для одного тебя, Варнелл. Представляешь, что будет, если рыцарь-капитан не получит свою дозу?
– Он ее получит. Мы не экономим на лучших.
– «Мы» – это не ты, псина, - с ненавистью выплюнула преподобная мать. – Если ты действуешь заодно с Церковью, это еще не значит, что тебя коснулась длань Создателя.
– Вами он тоже побрезгует.
– Как ты смеешь! – Сурана ожидал, что церковница влепит ему пощечину, но смачного удара не последовало: очевидно, такая наглость была ей даже отчасти приятна. – Воистину, ты слишком распоясался, Варнелл. Нам стоило поискать более благочестивого слугу Создателя для нашего дела.
Храмовник разразился неприятным хриплым хохотом:
– А, теперь мы заговорили о благочестии?
– О нем никогда не следует забывать, - назидательно заявила преподобная мать. В ее голосе звенела сталь. – К чему бы нам ни пришлось прикоснуться, на что бы ни пришлось пойти – все это мы делаем во имя Создателя.
– Лично мои усилия идут впустую, - хмыкнул Варнелл.
– Заткнись и проверь лучше, нет ли здесь свидетелей. Вдруг какой-нибудь пьянчужка забрел сюда из Клоаки.
Храмовник послушно заглянул в проход, не разглядев во тьме замершего на расстоянии нескольких шагов Адвена. Эльф тоже не сумел рассмотреть его лица.
– Все чисто, - буркнул Варнелл, возвращаясь к своей спутнице. – Сюда всего два раза сунулись бродяжки, и оба раза они не дожили до утра. Стоит ли волноваться?
– Может, и не стоит, - неохотно согласилась церковница. – Но осторожность нам никогда не помешает. Вскоре нам понадобится действовать как можно аккуратнее. Никто не должен заподозрить наше участие.
– Полагаю, я и на этот раз не отношусь к «нам»?
– Разумеется. Ты – всего лишь орудие в руках Создателя.
– Или в руках нашего покровителя.
– Создателя, - с нажимом повторила преподобная мать. – Я – тоже его орудие. Как и все мы, Варнелл.
– Только вот эти орудия используют в разной степени и с разной частотой.
– Разве тебе это решать?
– Конечно, нет. Я же всего лишь тупой храмовник, зависимый от гномьего порошка.
– Как говорят безбожники кунари, у каждого своя судьба, - язвительно заметила церковница. Варнелл нервно рассмеялся.
– Не поможете перенести ящики, преподобная мать?
– Вот еще. Позови Хильдегард и Эмелину, пусть помогут перетащить их. Завтра утром покупатели явятся за своим лакомством. Заставлять их ждать было бы весьма неосмотрительно.
Шаги вскоре стихли – очевидно, храмовник и преподобная мать ушли. Однако Сурана не спешил выбираться из своего укрытия. Выждав несколько минут, он осторожно заглянул в пещеру. Убедившись, что там никого нет, эльф шмыгнул внутрь и осмотрелся вокруг.
В почти пустой пещере были только
«Служители Церкви занимаются контрабандой лириума. И почему я не удивлен?»
Осторожно подкравшись к столу, Адвен мельком пролистал бумаги. Кривой почерк дельцов из Хартии перемежался с изящными буквами, явно выписанными старательным церковным служкой. Хартиец подписывался именем «Фарен», церковник – «Эврион»*. Отдав должное чувству юмора писца, Сурана вытащил два письма из середины, пробежал их глазами и спрятал за пазуху. Он заметил в глубине пещеры ход, которым, очевидно, воспользовались заговорщики, но благоразумно решил исследовать его в другой раз. Стараясь не издавать лишнего шума, он вернулся в Клоаку тем же путем и, вернувшись домой, сделал отметку на карте и как следует изучил украденные бумаги.
«Фарен» и «Эврион» явно вели дела давно и были весьма довольны своим сотрудничеством. Хартия была осведомлена, что ведет дела с Церковью, а Церковь не интересовало, какими средствами Хартия добывает для нее товар. Единственное, что немного омрачало безоблачное партнерство, – явное стремление «Эвриона» содрать побольше денег. Церковник писал, что им необходимо увеличить поставки лириума, поскольку храмовников в Киркволле становится все больше – но разве что гному было не понятно, что Церковь вполне легально обеспечивала храмовников лириумом, не прибегая к контрабанде. Средства от продаж явно шли на что-то постороннее, но выяснить подробности из письма было невозможно.
– Создатель, ну и гадюшник, - с омерзением пробормотал Адвен, надежно спрятав письма. Мысли об уютной цитадели Кинлох не покидали его. Даже рыцарь-командор Грегор, с которым эльф никогда особенно не ладил, представлялся ему теперь кем-то вроде доброго дядюшки. Уж по крайней мере, при нем ни за что бы не творился такой бардак. У Сураны не укладывалось в голове, что в Киркволле существует прекрасно организованная контрабандная сеть, напрямую руководимая Церковью, но ни наместник, ни рыцарь-командор, ни Владычица Церкви не подозревают о ее существовании. Кто-то из них наверняка был прекрасно обо всем осведомлен – а, может, и все трое. На всякий случай эльф заочно возненавидел всех власть предержащих в Киркволле.
«Интересно, Серые Стражи всегда разгребают чужое дерьмо, или только нам с Феликсом так повезло?»
Комментарий к Орудия в руках Создателя
* Эврион - один из приемных сыновей Андрасте и Маферата. Когда между тремя сыновьями была поделена земля, принадлежавшая ранее Южному Тевинтеру, Эвриону достались восточные земли, называющиеся сейчас Вольной Маркой.
========== Неожиданный союзник ==========
Через некоторое время, окончательно соскучившись по работе, Адвен решил ненадолго покинуть свое убежище и исследовать окрестности Киркволла. Он знал, что у подножия Расколотой горы стоят лагерем долийцы, и твердо решил не соваться к ним. Но вот Рваный берег, по слухам, полный тайных логов, был для эльфа неплохим маршрутом. В конце концов, там можно было не бояться использовать магию в случае нападения – даже если он наткнется на вооруженную банду, ее можно будет спокойно уничтожить. Вдобавок Сурана устал дышать вонью Клоаки и искренне желал хоть ненадолго выбраться из киркволльских трущоб.