Вик Разрушитель 3
Шрифт:
«Ага, через десяток лет, когда у Мамоновых дела начнут рушиться, кто-то вспомнит, что из-за мальчишки Глава Рода пошел на уступки императору и запустил змею за пазуху. И что тогда? Снова бежать? А куда? В чисто поле или в лесные дебри… Нет, нужна очень сильная страховка».
Какой она должна быть, я еще не знал. Куцый жизненный опыт подсказывал, что лучше всего получить потомственное дворянство и не зависеть ни от кого. Да, за спиной не будет клановой поддержки кроме императорского слова. Но я сам могу решать все вопросы жизнедеятельности нового Рода и его безопасности. Мне не были ведомы
— Давай, беги в класс, а то на урок опоздаешь, — кивнул Ломакин. — Особо не болтай, куда ездил. Скажешь, по служебным надобностям, помогал преподавателю.
— Да придумаю что-нибудь, — усмехнулся я. — Спасибо, что организовали встречу с отцом.
Чародей только махнул рукой на прощание, а я нырнул под шлагбаумом, и не обращая внимания на возмущенные возгласы сторожа, помчался к гимназии. Как говорится, родня — родней, а за пропущенный урок влетит, пусть у тебя даже императорский перстень на пальце.
2
Пичуги, обрадованные теплым денькам, заливистым посвистом оглашали парк, им вторил трудолюбивый дятел, пулеметной трескотней разбавляя мелодичный звон. В раскрытое окно беседки шаловливо залетал теплый ветерок, теребя края скатерти.
Император допил вторую чашку кофе и с видимым облегчением отставил ее в сторону. Приходилось подстраиваться под своих дорогих родственников, любящих посидеть за долгим чаем и порассуждать о всевозможных перспективах клана. И ведь не прогонишь родного дядю и тетю, потому как сам потребовал встречи. Вот и прибыли Великий князь Борис Иванович и Великая княгиня Ольга Ивановна рано утром с удивительной поспешностью. Почуяли какое-то движение и интерес, исходившие от царствующего племянника.
Великому князю Борису перевалило далеко за восемьдесят, но, как и подобает одаренному, ежегодно восполнявшему энергию и силы возле Источника, выглядел молодцеватым старичком лет шестидесяти. Не слишком крупные черты округлого лица, седоватая щеточка усов, чуть сглаженный подбородок, плотно прижатые к голове уши как у злого пса и темные глаза, то и дело прикрываемые пушистыми побелевшими ресницами — в этом был весь Борис Мстиславский, давно отошедший от крупных дел Рода, но не утративший нюх в интригах и авантюрах.
Ольга Ивановна на десяток лет младше. В своем возрасте она до сих пор старалась сохранить величественную осанку, каждое движение отрицало суетливость. Густые волосы — соль с перцем — тщательно уложены в тугой кокон, в ушах золотые сережки с капельками рубинов, на пальцах тяжелые перстни с магическими атрибутами в виде зачарованных драгоценных камней. Старость трудно сочетается с красотой, но косметическая магия позволяла тетушке сохранять приятную округлость лица, уже начавшего оплывать под грузом лет, да и в выразительных по молодости глазах осталась лишь легкая поволока усталости.
Цесаревич Юрий недвусмысленно посмотрел на отца и едва уловимым движением бровей показал, что пора бы и к делу приступить. Тетушка Ольга может и самовар осушить под ничего не значащие разговоры. Что старухе делать, как не по гостям ходить.
— Юрка, уйми прыть, —
— А я не помню, — кисло улыбнулся наследник. — Дела и заботы, домой за полночь возвращаюсь.
— Так это твои проблемы, — старая язва приложила к тонким высохшим губам чашку, сделала аккуратный глоток. — Мог бы у Алены поинтересоваться.
Император кашлянул. Пикировка грозила затянуться, а еще необходимо обсудить одно важное дело. Что сделаешь, если старики входят в родовой совет и деликатные вопросы сначала нужно решить с ними.
— Давайте ближе к делу, — сказал он, откидываясь на мягкую спинку стула. — У нас появились первые результаты переговоров с князем Мамоновым. Мой посредник передал, что тот готов встретиться.
— Не пойму я тебя, Иван, — густо пробасил Борис Иванович, — чего вы так вцепились в этого мальчишку. Послушал разных людей, составил свое мнение. Ты, конечно, молодец, если пытаешься из незначительного момента выжать максимум выгоды. Но для мальчишки из сиротского приюта слишком много чести. Ладно, подарили вы ему перстень, но приглашать на обед зачем? Свою гвардию преданных преторианцев создаешь?
— Дядюшка! Мальчишка — родной сын Георгия Мамонова, это уже доказанный факт на уровне генетической экспертизы. «Золотой князь» тоже осведомлен об этом и теперь очень напористо идет в атаку. Подключил адвокатов, хочет вступить в тяжбу с Булгаковыми. Как видите, молодой антимаг что-то да значит для Мамоновых. Вот мы и продумываем вариант с выгодным обменом.
— То есть он нам не нужен? — Великая княгиня тихонько постучала ложечкой о край блюдца. — Ты хорошо подумал, Ваня?
— Поверь, тетушка, голову сломал, — без тени иронии ответил император. — Соблазн, конечно, остается. Парня можно по особой программе обучить на телохранителя и внедрить в группу личников под видом свитского. Его антимагия не прощупывается ни одной магоформой, и при неожиданной атаке, выбивающей все мыслимые защиты, он остается последней надеждой на спасение.
— Да уж, видели, — проворчал Борис Иванович. — Шикарное представление мальчишка устроил на День Рода. Впечатляет. Поэтому и удивляет твое решение идти на компромисс с Мамоновым. Оставил бы себе такой ценный артефакт. Почему бы не приставить его к Юрке? Как-никак, наследник. Много поездок за границу, встречи с влиятельными людьми, большая нагрузка на охрану. А твой…как его?
— Волховский, — подсказал цесаревич.
— Да, вот он и станет той невидимой обороной, последним редутом, так сказать.
— Мы об этом тоже думали, — ответил император, сцепив пальцы в замок. — Но пришли к мнению, что важнее пойти на союз с Мамоновыми, отдав мальчишку в родную семью. Нам нужен выход на Аляску, но князь Георгий просто так не предоставит нам такой шанс.
— А что такого ценного на Аляске? — Ольга Ивановна нахмурилась. Впервые что-то прошло мимо ее агентов, вынюхивавших в кулуарах Резиденции любую новость. — Зачем нам соседство с англичанами и Штатами? Или я чего-то не знаю?