Вик Разрушитель 4
Шрифт:
— Невероятно сложная словесная конструкция, — поморщился Корнилов. — Желаю получить дополнительные сведения у человека, плотно контактировавшего с итальянскими князьями.
— Вас интересует лишь семья Мочениго? А Кастракани из Флоренции? Не знаю, чем их околдовала польская шляхта, но стая прихвостней Пястов кружит вокруг этой семейки непрерывный хоровод.
— Да, именно Мочениго. Кто с ними контактирует из людей лорда Гамильтона? Вы упоминали имена эмиссаров Джеймса Барлоу и Виктора
Факир зажал сигарету пальцами, вынул ее изо рта и изловчившись, стряхнул пепел в легкую жестяную пепельницу с закругленными краями.
— Да как сказать… Они оба хорошо дополняют друг друга, но никогда не работают вместе. Гамильтон опасается одновременной потери эмиссаров. Так что иногда в гости к князьям заглядывает Коуэлл, а то и Барлоу. Попеременно.
— Они работают группой?
— Два-три человека на подхвате. Обеспечение связи и контактов, а также силовое прикрытие. Кого похитить, убить, запугать — все они.
— Не хотите встретиться с кем-то из них? — неожиданно спросил Корнилов. Сизый дым сигареты на мгновение окутал его бесстрастное лицо и ушел вверх.
— Сейчас не понял, к чему это, — насторожился Хмеловский. — Неужели Гамильтон переключил эмиссаров на Россию?
— Нет. После вашего ареста, который мы предусмотрительно держим в тайне, сюда приезжали несколько агентов. Их никто не арестовывал, ограничились слежкой.
— И что? — скептически посмотрел на следователя Факир. — Как вы завуалировали мою пропажу?
Вместо ответа Корнилов открыл верхний ящик стола и положил перед паном Богумилом газету на нужном развороте. Там была броская статья под названием «Преступление на Болотном раскрыто! Все его участники ликвидированы. Руководитель акции Богумил Хмеловский погиб при задержании!», и фотография лежащего на земле мужчины с раскинутыми по сторонам руками, очень похожего на Факира. Единственное, что мешало точно идентифицировать его с живым паном Богумилом, обезображенная левая половина лица.
— Зачем это сделано? — кивнул на фотографию Факир.
— Мы оставили для вас лазейку, — пояснил Корнилов, затушив сигарету одним резким тычком. — Как видите, при желании можно объяснить, что вы чудом избежали смерти, а ГСБ фальсифицировала ликвидацию, чтобы отчитаться перед взбудораженным обществом.
— Вы хотите сыграть с Пястами или с британцами? — Хмеловский все понял, но решил выяснить до конца, что конкретно нужно русским. Играть с заговорщиками — одно, а вербовка и долгосрочное внедрение в семью Пястов — совсем иной расклад.
— Пока в этом нет необходимости, — Корнилов снова полез в ящик и перед донельзя заинтригованным Факиром легла какая-то вещица,
Он развернул шуршащий пакет и оставил его так, чтобы Факир мог рассмотреть предмет, не прикасаясь к нему.
— Блокиратор Рипли, — после небольшой заминки сказал поляк. — Надо же, и у вас они появились.
— Что можете сказать?
— Искусственный артефакт для блокировки Дара, дешевка ограниченного действия, — Факир усмехнулся. — Радиус маленький, где-то с полсотни метров.
— Кто их изготавливает? Локацию можете назвать?
— Британцы шалят, — пожал плечами Хмеловский. — Пользуются своим островным положением и тщательно следят, чтобы производство не ушло в Европу. Так легче контролировать потоки. Если англичанам требуется создать хаос в каком-нибудь княжестве, туда уходит партия артефактов. Просто так их не достать, даже через доверенных лиц. Сразу же зачистят.
— Убьют? — переспросил Корнилов.
— Причем, вообще не церемонятся, — подтвердил Факир. — Только партиями и через контрабандистов. Цепочка простая: доставщик — продавец.
— То есть продавец уже знает, кому нужны артефакты?
— По логике так и должно быть. Но в том и дело, что ее здесь и нет. Рынок насыщается блокираторами наобум, чтобы скрыть точечную поставку. Спецслужбы кидаются на каждую подозрительную тень, хватают людей, которые приобретают товар ради собственной безопасности или из-за любопытства. А тем временем в нужное место появляется блокиратор, который имеет гораздо большую силу.
— Такие тоже есть? — Корнилов не удержался и вскочил на ноги, стал расхаживать по кабинету, даже зашел за спину сидевшему Хмеловскому.
— Я не знаю, но по слухам, ходившим еще два года назад, разработки по увеличению мощности велись. Но там все сложно. Нужен корпус из ограненного камня, играющий роль резонатора… Не силен я в таких вещах, мне проще использовать Дар, чем неживой артефакт.
— В качестве оболочки подойдет любой камень, или только хризолит? — Корнилов подошел к столу и взял в руки цилиндр.
— Увы, не знаток, — Факир машинально дернул руками, пытаясь развести их по сторонам, но помешали наручники. — Слышал только краем уха, что бьются над этой проблемой. Якобы можно гранит или мрамор использовать, если только тщательно выполнить все условия… Мои познания в артефакторике, господин офицер, очень слабы. Я больше по силовым операциям специалист.
— Оно и видно, — хмыкнул Корнилов. — А еще любитель рекрутировать молодежь для своих поганых делишек.
— Каков есть, не отрицаю, — нисколько не смутился Факир.