Викинг
Шрифт:
– А где мы, кстати, берем этих рабов? – спросил он.
На лице Свена появилась гордая улыбка.
– Ну как же, ярл! Мы же совершаем походы на материк. Мы захватываем мужчин и женщин в Ирландии, Шотландии и во Франкском королевстве.
– И, по-видимому, относитесь к ним не лучше, чем к животным, которых разводите для еды?! – взволнованно произнес Виктор.
Свен помрачнел.
– Рабы – наша собственность ярл. У них нет прав. К тому же они часто ленятся, и их приходится наказывать, чтобы держать в повиновении. – Неожиданно викинг хмыкнул и еще раз улыбнулся. – Впрочем, женщин мы приводим к покорности
Виктор весь внутренне напрягся и, уже догадываясь, какой будет ответ, спросил:
– Ты имеешь в виду, что женщин вы берете против их воли, насилуете?
Свен пожал плечами и, словно маленькому ребенку, принялся объяснять:
– Рабыни не могут отказаться выполнить желание свободного викинга. Воля свободного человека – закон. А когда раб становится старым и бесполезным, хозяин его просто убивает или отвозит на другой конец острова, где тот умирает от истощения.
Потрясенный хладнокровием, с которым его кровный брат рассказывал о таких изуверских законах, Виктор чуть не взорвался от негодования, но в последний момент сдержался. Внезапно ему пришло в голову, что для настоящего викинга такой взгляд на жизнь, собственно, абсолютно нормален, и эти люди не видят ничего жестокого в своих обычаях. Наоборот, с их точки зрения, должно быть, очень мудро не кормить рабов, не приносящих пользы и владеть телами людей, не думая об их душах. Конечно Виктору очень бы хотелось, чтобы народ, которым ему довелось править, относился бы к человеческим жизням не столь жестоко и расточительно, но он уже хорошо понял, что сможет завоевать доверие этих людей и хоть немного изменить их, только если будет действовать очень разумно, терпеливо и осторожно. И еще, он вдруг с особой остротой осознал, насколько нуждаются именно в нем, эти несчастные люди, живущие в такое суровое, жестокое, кровавое время. Нет, в том, что ему пришлось совершить свое путешествие во времени, наверняка, есть определенная цель, божественный промысел!
– Расскажи мне еще о том, как мы все поселились на этих берегах, – попросил Виктор своего спутника. – Ты говорил, что мы приплыли сюда из Исландии. Да! Я припоминаю, что кто-то упоминал о том, как меня оттуда изгнали.
Свен кивнул.
– Это так. Ты был воином из племени Эйрика Рыжего. Одним из его ближайших друзей. Однажды Эйрик убил без законного основания одного своего соседа. Тогда брат жертвы поразил твоего брата. В отместку ты убил пятерых воинов своего врага и отказался уплатить штраф за это.
– О, Боже! Я был таким драчуном? – воскликнул Виктор, с удивлением узнавая про себя такие подробности.
На лице Свена появилось растерянное выражение, потом он уклончиво ответил:
– Может быть… А потом, Альтинг Исландии постановил, что вы оба, Эйрик и ты, должны быть объявлены вне закона.
– Что это значит?
– Никто не смеет давать вам кров, зато любой мужчина может безнаказанно убить вас в любую минуту. И твои родичи не имеют права мстить за это.
Виктор присвистнул.
– М-да, милый закон. Ну и что произошло затем?
– А затем внутри клана Эйрика начались стычки и междоусобицы, и тогда вы с ним решили разделить своих воинов. Часть людей вместе с ним поплыли в Гренландию, а другие последовали за тобой на юг, в Ванахейм.
– А Вольфгард? Как он тут оказался?
– Его тоже изгнали из
– Неприятный парень, да? – хмыкнул Виктор.
– Это так, – согласно кивнул Свен. – И с тех пор как Вольфгард со своими воинами поселился на берегу фьорда, наши кланы непрерывно воюют.
– Он часто совершает свои набеги на наши земли? – Виктор теперь смотрел в том направлении, где остров прорезался фьордом.
– Как когда… Иногда мир длится несколько месяцев, а иной раз Вольфгард совершает нападения по два раза в день, как это случилось вчера.
– Значит мы должны быть всегда наготове, – озабоченно произнес Виктор Храбрый.
– Да, ярл. Но не тревожься. Наши сторожевые посты стоят вдоль всего фьорда и предупредят нас, если только враги вздумают напасть снова.
– Да, это мудрое решение…
Свен немного помолчал, словно не отваживаясь сказать о чем-то, что его очень мучило, а затем сурово сказал:
– Однако, ярл, ты тоже должен быть готов вести нас в бой, даже пусть ты и утратил не только память, но и свои воинские навыки, если судить по тому, что мы видели прошлой ночью. Неважно! – викинг ободряюще улыбнулся своему вождю. – Мы после полудня каждый день практикуемся, сражаясь на мечах, так что, я думаю, ты быстро восстановишь свои навыки. А я и другие воины с радостью тебе поможем. Возможно, новое нападение Вольфгарда не заставит себя долго ждать, и ты должен быть готов повести воинов за собой и принять вызов любого врага с храбростью и силой, достойными великого Виктора Храброго.
До Виктора только сейчас дошло, какая ему уготована участь, и он даже вздрогнул при мысли о том, что это именно он должен будет возглавлять своих воинов в битвах, подобных тому кровавому месиву, свидетелем которого он вчера оказался. Да уж, конечно, если придется остаться здесь, в этом времени, ему следует научиться себя защищать. Только тогда, может быть, у него появится шанс каким-то образом научить этих воинственных людей жить в мире, не только с членами своего клана, но и с людьми из племени Вольфгарда. Виктор снова дал себе слово, что сначала улучшит свое положение среди этих людей, побольше узнает о норманнском обществе и завоюет доверие своего собственного народа.
Наконец, оба мужчины вновь направились к дому конунга, и, когда они уже подходили к двери, внезапно в голову Виктору пришла любопытная мысль, и он спросил:
– Скажи мне, Свен, – я очень отличаюсь от себя прежнего?
Побратим задумчиво посмотрел на своего вождя.
– Раньше, ярл, у тебя была длинная борода. Наверное, ты ее потерял в Валгалле вместе с памятью. А во всем другом ты совсем такой же, как и раньше.
– Как именно я умер? – затаив дыхание, задал новый вопрос Виктор. Свен засмеялся.
– Надо же, ты даже это забыл! Виктор нетерпеливо кивнул, и тогда викинг рассказал:
– Ты умер вчера, по вечерней поре, после того как мы отразили первое нападение людей Вольфгарда.
– Ах, вот как! Я так и думал…
– Мы победили, ты убил того, кто напал на тебя, но сам был очень изранен и весь истекал кровью. Спустя несколько мгновений, после того как берсеркеры уплыли на своем дракаре назад, ты испустил дух. А когда настала ночь, мы возложили тебя на погребальную ладью и проводили в Валгаллу.