Винни-Пух и Пятак
Шрифт:
Тот недоуменно хрюкнул и боком свалился в канаву.
– Слушайте, Винни! – сказал я взолнованно. – Давайте рассуждать диалектически. Цель нашего задания – что?
– Что-что? Мед, конечно, туды его в литую кружку, – недоуменно сказал медведь.
– Кому мы должны доставить этот мед?
– Что значит – кому? Отцу-основателю, Кристоферу Робину, благодетелю нашему! – сказал Пух,
– Винни! Так ведь Кристофер-то мед не ест! У него от этого меда сыпь на попе выскакивает.
– Да ты что? – ахнул медведь. – Прям так и не жрет? А зачем он нас на задание отправил?
– Как это – зачем? Пробудить звериный дух! Объединить перед лицом неприятеля! Сообща решить проблему Кошерности Птеродактиля, наконец!
– Ты это наверное знаешь? – поинтересовался Винни, пристально смотря на меня своими маленькими глазками.
– Чтоб меня акула съела! – побожился я.
– Да ну тебя с твоей филозопией, – сказал Пух. – Ты все рассусоливаешь, а мне, если Кристоферу полный горшок не принесу, он ухо отгрызет, ногу оторвет и в самый дальний ящик засунет. Вот и будут тебе свиные консервы на чистом подсолнечном масле.
– Винни, – недовольно поморщился я. – Зачем вести беседу в таком тоне? Это Вы со своим зверьем так разговаривайте. Со мной не нужно прибегать к психологическому давлению. Вы просто подумайте: кем мы были до похода? Вот Вы были – маленький плюшевый медвежонок Пух с опилками в голове. Я был – идиотский розовый поросенок Пятачок в клетчатых штанишках. А сейчас? Винни-Пух – стратег, прославленный воитель, тактик, военачальник, вступивший в неравную борьбу с целой камарильей боевых пчел, не выигравший сражение только из-за форс-мажора. Я – Кабан Пятак, наводящий ужас на зверье своими заумными речами и взрывным характером. У нас же еще все впереди! Мы добудем Кристоферу мед и решим проблему Птеродактиля!
– Да нету больше проблемы! – неожиданно взревел Винни и страшно зарыдал. – Погиб! Погиб наш юный барабанщик! Но песня о нем не умрет! – пробулькал он, опустив голову в мед.
– Постой, – растерянно сказал я. – Что ты несешь? Кто погиб? Почему проблемы нет?
– Кто-кто? – простонал Винни. – Птеродактиль погиб, Васятка
У меня тревожным колоколом забухало сердце. Значит, все? Значит, конец нашим светлым устремлениям? И все останется по-старому? Я вернусь в свою квартирку, доставшуюся от геройски погибшего в унитазе дяди Посторонним В? Опять меня будут ни в грош не ставить? Снова мы с Винни пойдем бродить по лесу, подвергаясь насмешкам окружающих. Все! Все пропало! Зачем нужны были эти жертвы? Этот героизм… Чем-то тяжелым сдавило горло, я только и успел простонать: «Виннииииииии»…
***
– Петр Сергеевич! Ты чего, с вешалки рухнул? Что ты тут ребенку бормочешь?
– Дык… Свет… Я это… Как его… Ребенке сказку читаю. Всякий там биянки агний барто!
– Какие, нахрен, бианки? От тебя водкой разит – еще в подъезде пахнет! Я же сказала, чтобы не смел к дитю подходить, будучи выпимши! А ну, кыш из детской, пока я тебя шваброй не измусолила! Пшел вон, негодяйский отец!
– Свет… Свет… Да все уже! Дочитал я. Ухожу. Ты не скандаль, Свет, ребенка проснется. Она – вишь как сладко заснула.
– Да ребенок уже пьяный вусмерть от твоего выхлопа! Уйди с глаз долой, чтобы я тебя больше не видела!