Винодел
Шрифт:
— Да. Так оно и было. А потом мы увидели Йейтса, и я решила…
— Ладно-ладно, — сказал Гиффорд, поднимая руку. — Забудь пока об этом. Ты сама-то как?
Вейл встала, выпрямилась и потянулась.
— Я в порядке. О Мандизе что-нибудь слышно?
— Ее везут на операцию. Раздроблен таз. Но главные артерии не задеты, так что выкарабкается. Через какое-то время. Ей повезло. Повезло, что ты была рядом.
— Среди всех этих снайперов и окружной полиции? Думаю, справились бы и без меня.
— Я слышал другую версию. Они оценивали ситуацию,
Вейл сделала глубокий неровный вдох.
— Я стояла в удобной точке, видела его руку… Я знала, что он нажмет на курок.
Гиффорд отвернулся и обвел взглядом снующих вокруг законников.
— Ты еще ходишь к тому психоаналитику?
Вейл кивнула.
— Молодец. Завтра утром иди к нему на прием. А потом поезжай куда-нибудь. Отдохни. После Окулиста не прошло и двух месяцев — меньше всего тебе сейчас нужны новые потрясения.
В уголках ее губ заиграла слабая улыбка.
— Что? — спросил Гиффорд.
— Да просто мы с вами редко в чем-то сходимся. Обычно у меня находится какая-нибудь колкость в ответ, но сейчас я согласна. Ваша взяла.
Вейл вспомнила, что именно этой фразой заканчивался анекдот, который рассказала ей сегодня Манетт. Теперь он не казался ей таким уж смешным.
Возвращаясь к своей машине, Вейл уже предвкушала долгожданный отпуск. Куда она поедет? Неважно. Куда угодно. Подальше отсюда.
…первая
Святая Елена, штат Калифорния
Долина Напа
Давка винограда во многом похожа на саму жизнь: ты жмешь ягоду, стискиваешь, пока из сердцевины не вытекут все соки, пока она не умрет внезапной жалкой смертью. Обескровленное тельце скукоживается, и его выбрасывают прочь. Отшвыривают. Используют как удобрение, возвращают земле. Прах на ветру.
Но несмотря на то, что Джон Мэйфилд работал в долине Напа, смерть здесь раздавливала не только виноградины.
Джону Мэйфилду [3] нравилось собственное имя: оно напоминало о сборе урожая и залитых солнцем виноградниках.
3
От англ. Mayfield — майское поле.
Впрочем, одно изменение он таки внес: мать не удосужилась дать ему второе имя, и он выбрал его себе сам — Уэйн. Человеку с его профессией шло имя Джон Уэйн [4] : сразу возникал образ крутого парня, настоящей звезды экрана. К тому
Мэйфилд обвел комнату взглядом. Он посмотрел на бездыханное тело женщины, которое вскоре будет напоминать усохшую оболочку раздавленной виноградины. Включив камеру, он убедился, что в объектив попала струя крови, вытекающая из ее предплечья, и клочок жадной земли, впитывающей эту кровь, словно она много веков мучилась жаждой. Жидкость ненадолго собиралась в лужицу, после чего грунт поглощал ее без остатка.
4
Джон Уэйн (1907–1979) — легендарный американский актер, прославившийся ролями в вестернах.
Раздавшийся неподалеку шум вывел его из транса. Времени оставалось немного. Он мог бы выбрать другую территорию для убийств и устранить риск поимки. Но он не стремился к безнаказанности. Нет, он преследовал совсем другие цели.
Эта женщина не понимала, какой он великий человек, она отказывала ему в могуществе и не увидела его уникальности. Что ж, сама виновата.
Мэйфилд стер с ножа отпечатки пальцев и, придерживая острое оружие чистым платком, подложил его женщине под поясницу. Затем встал, взрыхлил землю у ног, чтобы пыль скрыла его следы, и попятился назад.
…вторая
Прогуливаясь по территории гостиницы «Гребень скалы» за руку с Роберто Энрике Умберто Эрнандесом, Карен Вейл остановилась у ближайшего виноградника и окинула взглядом пышные лозы, над которыми в мартовской прохладе заходило ярко-оранжевое, как апельсин, солнце.
— Ты молчишь с тех пор, как мы приземлились. По-прежнему думаешь о своем поступлении в Академию?
— Это настолько очевидно? — спросил Робби.
— Для опытного агента ФБР — вполне.
Робби подхватил горсть ягод.
— Да, я думаю об этом.
— Робби, тебя возьмут. Может, не сразу, им же сократили финансирование, но рано или поздно возьмут. Обещаю.
— Бледсоу сказал, что может устроить меня куда-то в округ Фэрфакс.
— Правда? Ты не говорил.
— Не хотел. Мне туда не хочется. А если начнешь о чем-то говорить, оно может сбыться.
— Ты действительно в это веришь?
Он пожал плечами.
— Фэрфакс — это уже повышение по сравнению с Веной. Громадный отдел, много работы.
— Я знаю. Но если я поступлю в Академию, придется ждать одиннадцать лет, прежде чем я смогу стать криминалистом. Чем больше времени понадобится, чтобы попасть в Бюро, тем дольше придется ждать.
— Может, позвонишь Гиффорду? — предложила Вейл. — Он же перед тобой в долгу. После того, что у него было с твоей матерью.
— Это Гиффорд так считает, не я. Он обещал ей присмотреть за мной. — Робби на миг отвел глаза. — Он ничего мне не должен. И мне не нужны одолжения.