Виолетта. Жила-была... лич
Шрифт:
– Хорошо. Можешь идти, но имей в виду: ты можешь понадобиться снова, поэтому не удивляйся, если я пришлю вестника.
– Да. – Последний тоскливый взгляд на такие… такие… такие недостижимые губы, и я снова отвожу глаза, чтобы уже в дверях услышать его такой долгожданный выдох и замереть буквально на секунду. Нет, показалось… Пора идти к Винсу, и пускай он говорит, какая я дура. А я именно дура. И как такое могло случиться?
За адепткой закрылась дверь, и буквально через три минуты в нее проскользнул Акур. Пару мгновений постоял у входа, а затем решительным
– Отстань.
– Что не так? Неужели она причастна?
– Нет. Но с ней самой что-то не то.
– Хм?
– Я ей понравился.
– О… – Зависнув на пару мгновений, паренек затем расхохотался так громко и так искренне, что вызвал повторный рык. – О да… с ней действительно что-то не то. Она… она нереально больна!
И снова хохот, а инквизитор прикрывает глаза, и перед его внутренним взором встают серые… нет, не серые, а зеленые… Почему зеленые? Нет, скорее серые с прозеленью… Так, кажется, у него галлюцинации из-за длительного воздержания.
М-да, ее бы переодеть да по-другому причесать… Прикинув и так и этак, Урван резко одернул сам себя. Да что ж это такое?!! Он уже думает, как соблазнить этого ребенка? О боги, да она даже целоваться-то не умеет!
Хотя если подумать и поверить полуэльфу, то не все так просто с этой адепткой. Тот утверждал, будто бы она чуть ли не сама вешалась на него, причем умудрялась даже на лекции выряжаться так, словно не понаслышке знала о взрослой стороне жизни. Как узнать? Как узнать, если сейчас она выглядит чуть ли не как сестра милосердия? Вот только взгляд… Взгляд, полный желания, трудно спутать с чем-то другим, да и ее слова себе под нос… У оборотней-инквизиторов отменный слух. А еще отменный нюх. У них многое что отменное…
Раздраженно глянув на Акура, Теодор прищурил глаза.
– Начальник, ты меня пугаешь… – Заметив пристальный и такой знакомый взгляд, парнишка резко прекратил веселиться и даже сглотнул. – Только не говори, что…
– Ага…
– Изверг.
– Ага…
– Тиран.
– Ну да.
– Деспот.
– Ты так любезен… – Уже щурясь от удовольствия, следователь весело фыркнул: – Еще скажи – самодур.
– Само… – Начав повторять, парень осекся, поджал губы и вздохнул, Теодор снова в своем репертуаре. – Рассказывай уже, что задумал?
– Слушай…
Выслушав очередную гениальную задумку своего начальника, парень пожевал губами и скептически осмотрел оборотня:
– Ты уверен, что больна она, а не ты?
– Мальчик мой, больна эта страна, а мы всего лишь лечим ее теми способами, которые подойдут ей лучше всего.
– М-да… Ладно, я пошел?
– Иди.
Отослав помощника, инквизитор снова углубился в размышления. А зеленые глаза идут ей больше…
– Ты что сделала? – Выпученные глаза и приоткрытый рот Винсу не шли. Как и очумевшее выражение лица.
– Тебе с какого конкретно места повторить?
Пока я дошла до квартиры одержимого, я уже успела успокоиться и проанализировать свое поведение. Да, ужасное. Но все-таки объяснение ему было: передозировка халявной силы, причем иного, абсолютно не моего
Прикрыв глаза, как ни странно, улыбнулась. Да, воспоминания были приятными.
– Ви!!!
– Что?
– Ты что, не понимаешь, куда голову суешь?!!
– Винс, перестань. Ничего непоправимого не произошло. Зато теперь он точно меня ни в чем не подозревает…
– Ошибаешься, детка. Ох как ошибаешься… – Осуждающе покачав головой, мужчина нахмурился, словно что-то припоминая, а затем выдал: – Этот Тео тот еще тип. По моим наметкам, он самый безжалостный из их братии, и, кроме того, у него нет постоянной женщины. Впрочем, это проблема всех инквизиторов-оборотней – они слишком чувствительны к эмоциональной составляющей партнера. А из-за их специфичной профессии они вынуждены чуть ли не блюсти целибат – зачастую идет отторжение партнера именно по эмоциональной составляющей. Страх – вот что испытывают рядом с ними почти все, в том числе и те, кто ни в чем не виноват. Вспомни свою первую встречу.
– Ну да, ты прав… А сейчас? – Задумчиво качнув головой, я погрузилась в свои воспоминания. Это хуже, чем я думала. Винс прав, это плохо. – Неужели все дело в переизбытке силы?
– Не знаю. – И, снова недовольно поморщившись от того, что у него не было четкого ответа, мужчина встал и начал мерить шагами комнату. – Но для тебя будет лучше, если он не придаст этому значения и вы больше никогда не встретитесь. Поверь мне, малыш, инквизиторы не та игрушка, с которой стоит играться.
– Утешил…
– Ты ведь именно за этим ко мне пришла – за вправкой мозгов? – Чуть усмехнувшись, Винс остановился напротив меня. Мы расположились в его гостиной, и я сидела на вполне удобном и мягком диванчике.
– В принципе да, – не став лукавить, кивнула я. Он прав. – И знаешь, ты мне даже помог. – Переждав его чисто мужскую усмешку превосходства, уточнила: – Но не вправкой мозгов, а информацией. Теперь мне понятно, почему он был ошарашен моим поведением. Ладно, спасибо, что выслушал, а мне, пожалуй, пора – я уже второй день до библиотеки дойти не могу, а чем дольше тяну, тем больше заморочек и вопросов. Давай, до завтра.
Распрощавшись с одержимым, действительно поторопилась в библиотеку Академии. Информация – это сила, а именно с ней у меня пока туго – пора бы восполнить интересующие меня пробелы.
Следующие несколько суток прошли четко по задуманному плану. Днем я протирала стул в каморке библиотекарши, штудируя как разрешенные, так и запрещенные фолианты и конспектируя все то, что могло мне понадобиться для дальнейшего воплощения моих планов и замыслов. А почитать было что. Как оказалось, я все-таки не лич. Но кто конкретно, я так и не нашла ответа. Не живая точно – мне не было нужды питаться и спать, в качестве энергии для существования я могла пользоваться как силой деревьев, оставаясь внутри них на несколько часов, так и жизненной силой разумных, как в случае с парнями-целителями или демоном.