Вираж бытия
Шрифт:
Насколько Фрунзе знал, Бухарин и в оригинальной истории топил за развитие НЭПа всеми лапками. Тут же он словно закусил удила. И старательно «припечатывал» хозяйства-коммуны, приводя массу примеров их низкой или крайне низкой экономической эффективности. В силу слабой или никакой специализации, профессионализации и индивидуальной мотивации. Говоря, что пока общество не готово к этим формам хозяйствования. И будет готово, когда воспитает нового человека – нового коммуниста с очень высоким уровнем образования, воспитания и сознательности. А все попытки «перевести на такие рельсы» большую часть хозяйства в стране называл не иначе, как разрушительной утопией.
Михаил Васильевич улыбнулся.
Каша, которую он заварил, закипала, норовя «выйти на оперативный простор». И горшочек «продолжал варить». Перед ним же на подмосковном полигоне стоял один из плодов всей этой деятельности. Танк. Своеобразная альтернатива МС-1 с намеком на дальнейшее использования в качестве легкой гусеничной платформы.
Простой, цельносварной несущий корпус, подкрепленный наварными лонжеронами. Для 1926 года это был прорыв, наверное, с прыжком лет на десять вперед. Не столько технологически, сколько концептуально. Ведь технологии все были давно доступны, но вот собрать все воедино не собирали.
Этот танк сварили из котельного железа подходящей толщины. Макет же ходовой, а не боевая машина. Лоб корпуса – 20 мм, борта и корма по 15, крыша и днище – 10. Двигатель и трансмиссию поставили от АМО Ф-15. Разве что бортовые фрикционы добавили. Подвеска от еще несуществующего PzKpfw II – индивидуальная на четверть эллиптических рессорах, к которым через рычаг крепился каток. Башня большая и просторная, созданная на скорую руку из такого же котельного железа. В ней располагался массогабаритный макет 65-мм гаубицы Дурляхера и спаренного с ней пулемета. Поворот ее осуществлялся пока вручную. Дальше – как пойдет. На ней развитая командирская башенка.
– Красота, – пройдя вокруг машины произнес Фрунзе.
– Мы не стали старый макет разбирать, – заметил один из инженеров. – Тот который клепанный. Сделали новый, сразу сварной. Для проверки.
– Не верите в его успех?
– Сомнителен он. Так-то вроде ездит. Но как себя поведут сварные швы на пересеченной местности – большой вопрос.
– Вот сейчас и проверим. Гусеницы, кстати, из марганцевой стали?
– Так точно.
– Заводите…
Несколько рабочих, что стояли рядом с танком, лихо дернули за «кривой стартер» и машина затарахтела. Довольно мерно. Было видно – силовой агрегат вылизали инженеры как надо.
Михаил Васильевич послушал звук мотора. И кивнул:
– Начинайте испытания.
И механик-водитель тронул аппарат, выкатываясь из ангара. И поехал дальше, прямо по заготовленной уже полосе препятствий. Не очень большой, но зацикленной. А рядом находилась еще одна – простая, ровная, тоже в виде восьмерки.
Ходовые испытания макета начались.
Фрунзе немного понаблюдал за ними. Около получаса. Осмотрел подъехавший танк. И велев продолжать, удалился.
Первая фаза заключалась в том, чтобы машину гонять по пересеченной местности и каждый полчаса проверять состояние сварных швов и подвески. Само собой, не носится и не «прыгать на трамплинах», а просто в рабочем порядке двигаться с адекватной скоростью. А через каждые 24 часа прогона разбирать. Изучать износ силового агрегата и прочих узлов. Документировать. Собирать. И продолжать испытания.
После 50 часов прогона переходить ко второй фазе – выводить на обычную трассу. И гнать макет пока он не
– Ну, что тут у нас? – спросил Фрунзе, входя в приемную. – Все готово?
– Да. Но не все еще приехали. – ответил секретарь.
– Немцы тут?
– Первыми пришли. Пьют кофе.
– Кофе – это хорошо. Распорядись-ка и мне кофе принести. Чашечку. Без сахара и молока.
– Горького?
– Да.
С этими словами Михаил Васильевич прошел к себе в кабинет. Ему требовалось просмотреть документы и освежить в голове собственный же план и сценарий переговоров…
В дверь постучались.
– Михаил Васильевич, – произнес секретарь, – все готово.
Нарком потер глаза, так как задремал прямо за рабочим столом. Собрал свои бумаги и отправился в зал, где предстояли переговоры с представителями компаний DWG и Mauser.
С советской стороны были Дзержинский от ВСНХ, Рыков от СНК, Чичерин от НКИД, Милютин от наркомата финансов и Троцкий от Главконцесса. Ну и Фрунзе, куда уж без него?
Условия Союза были просты.
Фирма на свои деньги ставит завод на территории СССР и обеспечивает его рабочими подходящей квалификации. Союз на 10 лет освобождает фирму от налогов и сборов. Взамен выкупает до 50 % продукции по себестоимости. Остальная ее часть может вывозится на экспорт или продавать внутри Союза. В первом случае – беспошлинно, во втором – будет облагаться единым налогом в 15 %. Если к истечению указанных 10 лет все сотрудники завода будут гражданами Союза, то фирме продлевается льготный налоговый режим на 5 лет. После окончания «налоговых каникул», заводы облагались 15 % налогом на прибыль с приоритетным правом покупки продукции Союзом. Собственником земли выступал СССР, собственником завода – фирма-концессионер через условно дочернюю компанию.
Это были ОЧЕНЬ вкусные условия.
Разве что руководство компаний смущало желание Фрунзе ставить не предприятия-гиганты, к которым явно тяготело руководство Союза, а средних размеров индустриальные объекты. А то и даже небольшие.
– Так будет проще, дешевле и быстрее. – пояснял он.
Ведь с одной стороны – да, огромный индустриальный гигант дает много дешевой продукции. С другой – он и стоит очень прилично. И рост его стоимости растет нелинейно производительности. Из-за чего для получения нужного объема товаров нередко выгоднее построить несколько заводов помельче, чем один гигант. Конечно, есть пороги здравого смысла и ниже определенного масштаба опускать не стоит. Но и замахиваться на «самый большой завод в мире» очевидная глупость. Кроме того, с ростом масштабов предприятия падает его гибкость…
– Давайте начнем по алфавиту. С DWG. Мне от вас нужен один заводик, производящий пистолеты Luger P-08. Самые что ни на есть обычные. Под патрон 9х19. Это будет проблемой?
– Нет, безусловно нет.
– Кроме того нас заинтересовал пулемет Luft Maschinengewehr 14. Мы хотели бы, чтобы вы поставили два завода по его выпуску: один для пехотной версии, второй для авиационной. Только в пехотной нужно будет пару мелочей добавить – ручку для переноса и крепление для прямоугольного короба с лентой под стволом.