Virgo Regina

Ахэнне

Альтаир шагнул к нему, раскачивая мостик, Альтаир протягивал руки — заново покрытые язвами и ожогами; он напоминал зомби. Доминик прижался к горячей стене, но не испугался. Подкатила знакомая тошнота и брезгливая жалость от вида глубоких ран, червей и болезненного лица с глубоко запавшими глазами. Альтаир выглядел хуже, чем в первую встречу.

Прошла всего-то неделя.

— Какого дьявола ты явился? — прохрипел Альтаир. Зубы у него искрошились, точно у старика. Доминика передернуло. — Какого дьявола ты ЯВИЛСЯ СЮДА?

Мускулы

проступили сквозь кожу, точно у выкидыша — Альтаир схватил Доминика за воротник, подтолкнул к перилам. Дрогнула бездна. Внизу — шестеренки, огонь и смерть.

Альтаир вытащил его — испуганного и несчастного; Доминик подумал — бывшему элитнику так проще. Ужас объединяет, они наравне.

— Я пришел к тебе, — переведя дух, проговорил он.

— Зачем? Мало твой любовник меня приложил? Посмеяться хочешь?!

Доминик отодвинулся от перил. Он опасался высоты самой по себе, а уж здесь…

— Нет, Альтаир. Я по-прежнему хочу помочь тебе. Только… я не могу сделать то, о чем ты говорил, — Доминик сглотнул. — Но…

Альтаир уставился на него, будто на диковинное насекомое. Долго молчал, и Доминику чудилось — считывает мысли, текстом со стереоэкрана.

'Ты странный', - так говорил Тео. Не только он? — 'Ты действительно странный. Не в то время и не в том мире родился. Тебя невозможно понять с помощью обычной логики'.

Судить не Доминику.

— Помочь мне? — переспросил Альтаир.

— Именно, — Доминик попробовал вздохнуть, но раскаленный до плазменной консистенции воздух ожег легкие; он закашлялся. Альтаир склонился к нему. Выжидал.

Неделю, подумал Доминик, неделю я мучился и выдумывал, как бы тебя спасти. Опять обманывал Теодора.

— Иногда на мессы приходят дочери Королевы, — сказал он. — Они приезжают одни, после мессы их обычно сопровождает кто-то из рабов до мувера. Но сами муверы и выход практически не охраняются.

— И?

— Я виноват, что ты попал сюда. Мой побег был сущей глупостью, но если ты сделаешь то же самое…

— Что?! — Альтаир присел на корточки. Теперь он смотрел на Доминика снизу вверх, непривычный ракурс. — Предлагаешь сбежать… но куда?

— Тео бывал на окраинах. Там опасно, там выкидыши, — Доминик поежился, вспомнив уродливых зубастых тварей, — Но туда прилетают контрабандисты. Колония на самом деле не полностью закрытая и изолированная. Всякие пираты, бродяги… понимаешь, о чем я? Конечно, бесплатно на борт не возьмут, нужно вносить залог. Поэтому тебе нужны деньги. Выкрадешь кредитку, и…

— Стоп, — перебил его Альтаир, взял за руки. Высокомерие рассыпалось, как сухой лист под башмаком. — Ушам не верю, Доминик. Ты предлагаешь бежать от Королевы. Зачем тебе все это?!

Доминик пожал плечами. Он моргал, глаза пересохли от жара. Со стороны смотрелось, будто прячет слезы.

— Я виноват в твоих… неприятностях. Потому хочу тебя вытащить.

Альтаир

расхохотался. Захлебывался от металлоидного дыма, смеялся, перекрывая стук шестеренок, он опасно приблизился к краю мостика, балансируя, как гимнаст на канате.

— Черт, — выдавил Альтаир, — Черт. Ты все это время знал, как сбежать. Ты все это время мог схватить за шкирку своего самодовольного любовника и, мать твою, стать свободным… нет, я тебя понимаю. Отчасти. У Гвендолин меня тоже все устраивало, но оттуда не было выхода, мы сидели в конуре не хуже ее дрессированных ящериц. А вы… вы настоящие рабы. Свобода под носом, а вы предпочитаете махать хвостом хозяйке. Знаешь чего скажу? Ты все-таки ничтожество, — он ткнул Доминика указательным пальцем в живот, — Покорная тупая скотина. Не обижайся, это не оскорбление. Твой любовник и все вы — не лучше.

Альтаир вскинул голову назад. Снова расхохотался.

Доминик стоял, полуотвернувшись. Слова царапали, точно горячий воздух. Действительно… он слыхал о контрабандистах давно, но ни разу не приходило в голову сбежать самому.

Им с Тео хорошо и здесь. Когда-то он мечтал всего-навсего о покое; он обрел любовь и мирное счастье. Свобода — словно привидение в старом замке, гремит цепями и будоражит, но никто не сталкивался воочию.

Зачем?

Нет, Доминик не бунтарь.

— Эй, — Альтаир развернул его к себе, — извини. Я не хотел тебя обидеть. Признаться, я действительно вел себя как последняя сволочь. Ты отличный парень, правда. Спасибо тебе за все.

— Ты еще здесь, — напомнил Доминик, — не сбежал.

— В любом случае. За то, что уже сделал. А я сбегу, вот увидишь… главное отвлеки какую-нибудь дочь Королевы на ближайшей мессе.

— Не понадобится отвлекать, — усмехнулся Доминик. Дочери внимали певчим с тем же благоговением, что и Королева. Жаль, Альтаиру не понять…

Он отодвинулся к потайному ходу:

— Я пойду, Альтаир. Этот воздух причиняет боль.

'И не один он', добавил мысленно.

— До свидания. Я сделаю, что смогу.

*

План был прост, не слишком продуман, но другого не приходило в голову; более элегантные и изощренные пусть остаются профессионалам. Собственный недо-побег Доминика произошел спонтанно, выдуманный для Альтаира — висел на волоске и шит белыми нитками. Довольствуйся малым.

Он вызвал Альтаира и, прикрыв глаза, разъяснил, что им следует сделать.

— Тебе нужен мувер и деньги. И покинуть Башню хотя бы с минимальной гарантией безопасности, — Доминик кривовато усмехнулся, вспомнив закованных в бронзу, точно средневековые рыцари-крестоносцы, гвардианов. Доминик предпочитал думать о них как о людях, но уверен не был: двухметровые создание скорее ассоциировались с бронированными машинами, танками в форме гуманоида. — Я не знаю потайных ходов… возможно, кто-нибудь… но не я.