Виртронация
Шрифт:
Закрываю глаза и пытаюсь почувствовать своё реальное тело лежащее где-то на кровати, но ничего не выходит. Это тело, которое у меня сейчас – единственное, что я ощущаю. Это странно.
Вторая попытка. Опять неудача. Но я точно уверен, что я сейчас в каком-то ином мире. Хорошо, что я это знаю, иначе бы наверное умер от страха.
Ну Буба..., дал прикурить. Смеюсь про себя. Я не боюсь этих тварей, как боятся их местные. Ведь я осознаю, что сейчас моё тело спит в полной безопасности, но есть что-то, что вселяет в меня ужас. Это по своему приятное ощущение, что-то вроде опасности в какой-то игре. Если и умрёшь, то можно будет повторить.
И так на данный момент мы имеем то, что я тут застрял. Обычно когда во сне я узнавал, что сплю, то долго не мог задержаться и просыпался. Происходящее сейчас оказалось чем-то новым. Может я умер? Сейчас меня эта мысль совсем не пугала и не шокировала. Ведь я здесь и очень даже живой. Даже если меня съедят монстры-каннибалы, то моё внимание останется жить где-нибудь ещё. Теперь я понимаю, что внимание не привязано к телу. Например к телу реальному, что спит на кровати или лежит мёртвое. Либо к телу, которое у меня сейчас. Всё это подтверждает статус моей прогулки как реального путешествия по всем этим мирам сна.
Смотрю на всех этих людей, схоронившихся в комнате. Возможно, мир меня просто не отпускает, пока я не доделаю дело до конца. К тому-же обещал.
Наблюдаю некоторое время, как люди перешёптывается и переглядывается. Боятся говорить громче из-за монстров. Я же нахожусь немного поодаль от этих людей. Что-то подсказывает – они ничем не смогут мне помочь сейчас, а значит и себе.
Вдруг до меня доходит, что я могу делать всё, что захочу. Ведь я же во сне. Но даже сумей я летать или проходить сквозь стены – мне совсем не хочется покидать это помещение. А если быть точным, то не хочется заходить в ту темноту. Именно темнота, это самое страшное в этом мире. Темнота управляет страхами живущих тут. По сути эта темнота разумна. Если ты не нравишься ей, то она рождает, самых мерзких для тебя, существ и посылает против тебя.
Все эти люди были обречены быть поглощёнными темнотой. Они были выбраны ею. Возможно темнота так питается тут, поэтому она поселилась в закоулках этого непрерывного мега-завода. Сначала темнота присматривалась ко мне. Делала пробные сигналы. Проверяла меня. Но я помешал ей – забрал часть её обеда и она послала против меня своих охотников. А эти охотники, в свою очередь, сильны только в темноте. На свету они наверное растворяются, или что-то в этом роде. Возможно поэтому они ни разу не тронули дверь нашего укрытия и не пытаются проникнуть через нижние, довольно толстые щели. Так-же
Надо что-то провернуть со своим воображением для избавления от угрозы, при этом не покидая помещения. Именно воображение, или что-то связанное с ним способно влиять на миры снов и подобные им миры. Помню, как последнее время и довольно часто во сне я был способен на невообразимые вещи. Я даже мог материализовать любые нужные мне предметы из ничего. Имея большой опыт в работе со снами я понял одну вещь – все миры снов схожи между собой благодаря некой таинственной связи с человеческой мыслью. Можно подстраивать сны под себя, если удаётся вспомнить, что это возможно. Во снах мы используем некое подобие своего реального ума. Этим другим умом мы как обычно, попросту погружаемся в водоворот событий, которые полностью захватывают нас до самого пробуждения. Со временем эти разные умы одного человека, вроде как, начинают сообщаться и эта связь делается всё лучше. Благодаря этому создаётся ощущение прогресса и сны уже не кажутся снами. Они больше начинают походить на путешествия.
Сосредотачиваюсь снова. Формирую образ, чтобы монстры исчезли и всё стало хорошо. Представляю, как это происходит.
Внезапно со звуком щелчка включается свет. Как будто кто-то переключил рубильник и мы все услышали его, хотя щелчок на самом деле исходил от самих ламп, которые были приделаны вдоль верхней части стен. Лампы светившие еле-еле, вдруг переключились на другой режим. Свет лился даже из щелей, где раньше была темнота.
– Сектор очищен! – звучит сообщение со всех сторон, долетая до нас издалека.
Толпа зашевелилась и радостно начала подниматься с импровизированных подстилок.
Ну вот наконец всё стало хорошо. У меня присутствовала уверенность, что это спасение именно я провернул. Но ещё я знал, что другие люди, которые снаружи, они провели операцию по уничтожению этих темнотварей. Почему-то именно так я назвал этих монстров. Возможно эти люди пришли и победили потому, что я этого захотел.
Вдруг начинаю ощущать себя лежащим на кровати. Ну вот и конец приключения. Как говорится, сделал дело – гуляй смело.
Просыпаюсь окончательно, поправляю нейро-видео-шлем. Всё-таки интересно, что там в Виртронации произошло в моё отсутствие?
Оказываюсь сидящим на полу в маленькой, пустой, деревянной комнате с дверью и маленькими окошками на каждой стене.
В одно из окошек заглядывает та самая девочка по имени Немелуна.
– Где это я? – спрашиваю её, ещё толком не соображая после сна.
– Ты в домике, – улыбается она. Переводит взгляд наверх. – Он вернулся!
Наверху топанье и шорох.
В окошке, прямо над головой девочки, сверху, появляется перевёрнутое лицо Бубы. По крайней мере Буба мне не приснился. Это хорошо.
Пытаюсь встать.
– Спускайся вниз, – слышу голос. Это она Бубе.
Существо спрыгивает на землю.
Домик вокруг меня исчезает, это девочка его забрала. Видимо я тут буянил пока спал, вот ей и пришлось меня посадить. Снова оказываюсь в тех самых джунглях на тропинке из белого камня.
Вот они радостные стоят передо мной – девочка со статусом царевны по имени Немелуна и Буба, странное существо из иного мира.