Виртуальность

Воронкин Игорь

— Я думаю, дело не во взрывах. Это все «Большой Брат», он следы заметает.

— Но зачем они что-то взрывали?

— Кто знает, что там произошло. Вот увидите, все свалят на парней из спецназа. Да будет им земля пухом…

Карлов смотрел на опадающее здание. В редеющем облаке пыли проступил остов «Перста». Осыпались внешние стены здания. Но его сердцевина вместе с антеннами осталась целой и невредимой. Карлову пришла в голову одна догадка. Он достал широкодиапазонный сканер. Сканер показывал, что с падением «Перста Петра» радиопередача не прекратилась. Кто-то продолжал упорно транслировать свои приказы роботам. В кармане у подполковника зазвонил телефон.

— Что

у вас там? — раздался в трубке голос генерала Земнухова.

— «Перст» рухнул, но радиосигнал не прекратился. «Большой Брат» живет и действует, — ответил подполковник.

— Значит, их уже ничего не остановит. Попробуй последнее средство, что мне порекомендовал архимандрит.

— Что такое? — удивленно спросил Карлов.

— Попробуй промодулировать сигнал «Большого Брата» молитвой. Знаешь, как это делается? — посоветовал генерал Земнухов.

Через пару минут Карлов возился с радиостанцией, установленной на бронетранспортере. Подполковник намеревался настроить ее на частоту волны «Большого Брата» и промодулировать несущий сигнал какой-нибудь молитвой.

* * *

Нильскому доложили, что в результате взрыва обрушился «Перст Петра». Губернатор откинулся на высокую спинку кресла и промокнул платком лоб. «Наконец-то все кончится! Раз рухнула корпорация — исчезла причина», — подумал Нильский. Его взгляд упал на полку книжного шкафа, где за стеклянными дверцами хранился золотой шлем, подаренный профессором Мартином. «Что там еще осталось от корпорации?» — подумал Нильский. Он подошел к шкафу и вытащил шлем. «Золотой! Килограмма два будет!» — причмокивал Нильский, крутя шлем в руках. Губернатор почему-то не верил, что этот шлем работает, хотя раньше никогда не проверял его. Нильский не очень жаловал виртуальные забавы. Но почему-то именно сейчас, когда корпорации не стало, шлем притягивал его словно магнитом.

«Я буду похож в нем на Александра Македонского. Говорят, у императора тоже был шлем из чистого золота», — подумал Нильский.

Он водрузил шлем на голову. Ему хотелось на себя в зеркало, но зеркала в кабинете не было. Зеркало висело в туалетной комнате. Золотая тяжесть шлема подействовала на Нильского успокаивающе, как на монарха, которому вернули корону. Губернатор открыл дверь в туалет, и шлемное забрало с дисплеем само собой упало ему на глаза.

«Добро пожаловать в Замок Флюреншталь! Мы давно вас ждем, господин губернатор!» — возникла надпись на дисплее. Нильский даже вздрогнул, до того это было неожиданно. Прямо перед ним расстилалась дорога, вымощенная базальтом. Дорога упиралась в замковые ворота, стиснутые двумя высокими готическими башнями. «Вот, значит, какова она виртуальная реальность!» — губернатор зачарованно рассматривал башни и стены замка, накрытые мрачной пеленой туч. Картинка была ясной и четкой. Видно было все до малейшего камешка. Нильский даже потерял ощущение, где находится. «Надо идти. Второго такого шанса не будет», — почему-то подумал губернатор и зашагал по каменной дороге к воротам замка.

Ворота сами собой распахнулись перед губернатором. Широкая лента дороги вдруг пришла в движение и понесла Нильского вдоль ряда остроконечных, как драконьи зубы, башен. В воздухе Нильский заметил двух драконов. Драконы парили, опираясь на широкие черные крылья.

Дорога доставила Нильского к центральному дворцу. Дворец имел форму четырехгранной пирамиды, по углам которой стояли высокие остроконечные башенки. Арочный вход во дворец щерился зубьями поднятой решетки. Дорога внесла Нильского во дворец, и решетка на входе

с грохотом упала за его спиной. Губернатор оказался внутри огромного зала, занимающего большую часть основания пирамиды. Внутри пирамиды было темно, и только по краям дороги горели факелы, исчезая где-то на середине зала.

Нильскому стало страшно. Он повернулся и побежал обратно к выходу. Дорога пришла в движение, делая тщетными все его попытки вырваться. Справа и слева губернатора выросли прозрачные, но непреодолимые стены. Устав от бега на месте, Нильский остановился.

«Почему вы бежите от меня? В этот трудный момент мы нужны друг другу», — раздался голос за спиной губернатора.

— Кто здесь? — испуганно обернулся Нильский.

«Я тот, чьим именем сокрушаются старые устои в вашем городе», — ответил голос из темноты.

Сердце Нильского учащенно забилось. Он понял, у кого оказался в ловушке.

«Не надо так бояться! Я слышу ваше сердце. Оно может выскочить из груди. Меня называют разными именами, но я лишь бесплотный дух, который имеет собственное мировоззрение и независимую точку зрения на устройство этого мира. Все остальное, что придумывают обо мне, как говорится, от лукавого…» — хохотнул голос.

— Чего тебе надо? — крикнул Нильский в темноту. Ему казалось, голос окружает его со всех сторон.

«Только внимания. Те, кто принял меня, неплохо жили на земле».

«Сделка с дьяволом! Он потребует мою душу!» — трепетали мысли в голове Нильского. Он совершенно отдался этой виртуальной реальности, и простая мысль, что можно сбросить шлем, даже не приходила ему в голову.

«Как сильны в вас эти предрассудки! Я уже давно не заключаю сделок по покупке душ. Этот метод работы признан устаревшим. Если уж вы так озабочены этим, то мне более подходит ваше добровольное сотрудничество. Да я не представился. Можете называть меня Гагтунгром. Я демон вашего слоя реальности на этой планете. Однако вы слишком взволнованы, чтобы воспринимать мои слова. Ваш пульс — 170 ударов в минуту. Если так пойдет и дальше, вы не получите главный приз», — сказал Гагтунгр.

«Чего ему от меня надо? Почему он меня не отпустит?» — дрожал Нильский.

«Я пригласил вас, господин Нильский, потому что сегодня мы будем разыгривать вашу дальнейшую жизнь. Ваша судьба зависит от ваших ответов. Вы можете выиграть главный приз. Догадываетесь какой?»

— Я не понимаю, о чем речь! — возмутился Нильский.

«Неужели вы никогда не играли в азартные игры? Тогда вас ждет масса острых ощущений! Игра не трудна, вы все поймете по ходу. Итак, я начинаю! Первый вопрос касается вашей карьеры. За правильный ответ я назначаю сто очков. Вопрос такой: «Это ваш последний срок на посту губернатора?»

— Да, — с облегчением выдохнул Нильский.

«Прекрасно! Ответ принят. Вы зарабатываете сто очков и у вас, как у собаки Павлова, появляется стимул к дальнейшей игре». Что-то со звоном упало у ног Нильского. Он увидел лежащую перед ним золотую косточку.

«Можете поднять приз, и продолжим нашу игру», — объявил Гагтунгр.

Нильский поднял золотую косточку. Была она прохладно-тяжелой и отполированной до блеска. Нильский машинально сунул кость в карман.

«Следующий наш вопрос более трудный. Он заставит работать вашу вторую и третью сигнальные системы. От ответа на него будет зависеть очень многое, так что соберитесь. Вопрос оценивается в сто очков и звучит так: «На что вы можете рассчитывать, если надумаете продолжить политическую карьеру?» Думайте хорошо. В случае неправильного ответа двести очков будут вычтены из набранной вами суммы».