Виртуальность
Шрифт:
Они прошли узкими подземными ходами и оказались в просторной пирамидальной базилике. Новик догадался, что это храм-пантеон внутренней крепости. Вдоль стен стояли трехгранные ледяные пирамиды, подсвеченные огнями. Внутри пирамид стояли какие-то застывшие фигуры.
— Посмотри на этих духов. Многие покажутся тебе знакомыми, — шепнул Новику Блейд.
Великий игва остановился перед одной из ледяных пирамид. Внутри пирамиды, воинственно опираясь на шпагу, стоял высокий человек в расшитом золотом кафтане. В соответствии с принятым здесь ритуалом Ум склонился в поклоне перед ледяной пирамидой.
— Мин
— Это Жругр? — спросил Новик, таращась на фигуру игвы в ледяной глыбе.
— Нет, конечно. Ты что, не понял, кто это? — прошептал ему Блейд.
Великий игва двинулся дальше. Конвоиры подтолкнули тестеров древками пик. Ум миновал несколько ледяных глыб и остановился перед дородной женщиной в золотом платье, сидящей на троне.
— Матушка! Храни нас! — прошептал Великий игва и пошел дальше.
Следующим, перед кем остановился Ум, был игва в парадном мундире с золотыми эполетами.
— Николай Павлович! Заступись за нас! — попросил Великий игва.
Он миновал несколько ледяных пирамид, заполненных августейшими особами, и двинулся к самому концу ряда. Несколько пирамид были пусты. На постаменте одной из них Новик разглядел золотые вензеля «Н II». Ум презрительно покосился на опустевшие пирамиды и прошел дальше.
— Почему пирамиды пустые? — спросил Новик у Блейда.
— Эти духи путем нравственного самосовершенствования вырвались из плена или были выкуплены молитвами, — пояснил Блейд.
Великий игва проследовал сразу к последнему в этом ряду правителю. В ледяном трехграннике стоял маленький игва в полувоенном френче. У него было широкое лицо, покатый лоб и черная полоса усов под прямым носом.
Перед этим бывшим правителем Друккарга Ум пал на колени. Речь Великого игвы была похожа на молитву, слова лились быстро и неразборчиво, и ничего, кроме «спаси» и «сохрани» разобрать было невозможно. Наконец Великий игва закончил молитву и поднялся с колен. По щекам Ума текли черные слезы. Игва был растроган общением с духом великого правителя.
— Духи великих правителей не оставят нас в этот час! Вы думаете, они так просто прохлаждаются здесь? Нет, они работают на нас! Мы используем их идеи и уже достаточно поднялись в этом. И эти духи навсегда пребудут с нами и нашим городом! — возгласил Великий игва.
— Пора будить Жругра. Только его ярость может спасти город, — напомнил Блейд.
Ум как-то отстраненно посмотрел на Блейда. Казалось, его помыслы витали где-то далеко, и он все еще пребывал в экстазе молитвенного общения со своими идолами. Но положение действительно было критическое, и Великий игва это сознавал. Внезапно сникший от навалившегося груза проблем, Ум побрел к незаметной каменной лесенке, уводящей к вершине храма. Тестеры под конвоем игв проследовали за ним.
На смотровой площадке им открылась панорама Друккарга. Величественный шпиль, венчающий храм, уходил в высь и терялся в лиловом тумане. На вершине шпиля угадывались очертания какой-то фигуры. Но в тумане было не разобрать, как она выглядит. Зато сражение с этой высоты было видно как на ладони. Хоунхеджиты овладели почти всем городом. Сражение приблизилось к дворцам на набережной. Над
— Отойдите за круг. Я буду молиться Жругру, — объявил Великий игва.
Охранники оттолкнули людей за круг, очерчивающий шпиль. Великий игва пал перед шпилем на колени. Блейда и Новика тоже заставили встать на колени. За ними и сами охранники опустились на колени и склонились в глубоком поклоне.
Ум призывал уицраора. Он обращался к нему от имени великих правителей и просил демона придти на помощь погибающему Друккаргу. Ум подносил руки к лицу, шептал какие-то заклинания, закрывал лицо и кланялся шпилю. Истовые моления игвы уносились к демону-уицраору.
И наверное, что-то решилось в этот час. По шпилю пробежала молния, озарив фигуру на его вершине. Это был крылатый демон. Демон летел в лиловом тумане, воинственно воздев меч. Лиловые облака над Друккаргом стали быстро темнеть. Темная пелена сгущалась и сгущалась. И вскоре стало так темно, что только вспышки огня, исторгаемые драконами, озаряли стены крепости. Игвы замерли в страхе. Очертания черной тучи, собирающейся над городом, становились с каждой минутой все более четко очерченными на фоне лилового инфернального света. Игвы распластались ниц. Уицраор Жругр сходил в их слой преисподней.
— Свершилось! — воскликнул Великий игва. — Мы услышаны Жругром!
На стенах внутренней крепости зажглись сигнальные огни. Лучи, будто от прожекторов, протянулись сквозь узкую полоску Свинцовой реки и осветили город. Теперь можно было видеть, что происходит в городе. Сражение почти всюду прекратилось. Скелеты замерли, ящеры топтались на месте. Толпы хоунхеджитов с испугом смотрели вверх, откуда на них наползала темная тень. В этой тени уже вырисовывались огненные пасти всепожирающего пламени и ярко блистали молнии. И только у дальних горизонтов светилась полоска не затянутых уицраором облаков.
— Гагтунгр, воля твоя! Жругр, слава твоя! — бормотал Великий игва в молитвенном исступлении. Теперь уже весь город от шпиля храма до далеких южных окраин был покрыт тучей уицраора.
Уицраор, перед которым от века трепетали игвы, снизился и распластался над Друккаргом. Все воинство врага оказалось под его тенью. Из тьмы ударили молнии. Тысячи сверкающих стрел били вдоль улиц. Тяжело валились с ног ящеры, сотнями разлетались скелеты, горели яркими факелами игвы. С домов обрушивались куски камня, в парках разлетались каменные изваяния и скульптуры. Страх охватил варваров. Тревожно завыл рог Мрака, трубя сигнал к отступлению. Воины Хоунхеджа побежали назад. Но уицраор еще не закончил свое жестокое представление. В темной туче раскрылись огненные пасти. Неся с собой смерть, уицраор все теснее опускался к земле. Тьма достигла верхних этажей зданий и продолжала снижаться. «Теперь, кажется, понятно, что значит выражение: «когда небо упадет на землю», — подумал Новик, со страхом наблюдая за уицраором. Спустя минуту горящие во тьме огненные пасти низринулись на врагов. Лишившиеся магической силы скелеты рассыпались в прах, уцелевшие игвы в страхе бежали к воротам города, а ящеры и драконы один за другим гибли в огненных пастях уицраора. Это был перелом. Против такой силы войска Хоунхеджа были бессильны.