Вирус «Reamde»
Шрифт:
Некоторое время летели молча. Консультанты – такого в самолетах Зула еще не видела – курили.
– Раз уж нам надо найти Тролля, может, составим план? – предложил Чонгор.
Спецконсультанты удивленно посмотрели на него, но быстро отвлеклись и, ухмыляясь, начали отпускать комментарии и шуточки на русском. Иногда Соколов приказывал им заткнуться и притихнуть – возможно, обрывал нежелательные темы. Какие именно, Зула даже думать не хотела.
– Ты хоть что-нибудь знаешь о Сямыне? – спросила она.
– Я успел немного погуглить, – сообщил
– А мы – нет, – заметил Питер.
– Любопытное место. Чем-то даже напоминает Венгрию.
– Чем же?
– Большим числом соседей.
– Это ведь там терракотовая армия? – предположил Питер.
– Ты путаешь с Сианем. – Чонгор смущенно улыбнулся, показывая, что поначалу и сам допустил такую же ошибку. – Сиань в глубине материка, а Сямынь – у моря, чуть севернее Гонконга, на берегу… как называется узкий водный отрезок?..
– Пролив, – подсказала Зула.
– На берегу пролива ровно напротив Тайваня. Через Сямынь в Китай шло серебро. Испанцы везли его галеонами из Мексики в Манилу, а оттуда местные торговцы переправляли его сначала в Сямынь, а потом во внутренние области по Реке Девяти Драконов. Когда об этом прознали голландцы, на островках возле Сямыня поразвелось пиратов, которые крали серебро, а в остальное время грабили местных жителей. Потом пришел Чжэн Чэнгун и выгнал голландцев. Удивительный был человек. Мать – японка, отец – китайский пират. Сам он родился в Японии, а воспитали его мусульмане – бывшие рабы, которых освободил его же отец, – поэтому многие думают, что Чжэн Чэнгун втайне принял ислам. В общем, он прогнал голландских пиратов с Тайваня и воссоединил его с Китаем. Чэнгуна считают героем и в материковом Китае, и на Тайване, а в Сямыне ему поставили огромный памятник.
– Это имеет отношение к нашей задаче? – Питер проявлял чудеса терпения.
Чонгор внимательно посмотрел на него и напомнил:
– Я вышел в Интернет всего на пару минут, но успел скачать несколько старых книг, потом доступ отрубили. Я читал их, пока летел сюда.
– То есть вся твоя информация – из старых книг, – уточнил Питер.
– Да. Из них я знаю, что у Сямыня с Тайванем старинные и очень запутанные отношения. Прямо в Сямыньской бухте есть два тайваньских острова. Всего в десяти километрах от города – территория другого государства. Во время «холодной войны» Советская армия постоянно их бомбила.
– Тесные связи с Манилой, Гонконгом и Тайванем. Сямынь – крупный порт. Я усвоила. Информация для туристов. Но какое отношение это имеет к Троллю?
Чонгор пожал плечами.
– К Троллю, наверное, никакого. А к нам – к нашему положению – имеет. Я пытался понять, как нас ввезут в страну. Вы знали, что в Китай нужна виза?
– Нет, – ответила Зула.
Питер помотал головой.
– Получить ее не трудно, но надо заполнять документы, высылать свой паспорт. А виз у нас с вами, очевидно, нет. Вот я и думал – как?
Питер и Зула молча смотрели на него и ждали разгадки.
– Вы спрашиваете, какое это имеет к нам отношение.
– Прищучили, – хором поправили Питер и Зула.
– Да. Многих казнили или посадили. И все равно Сямынь – самое подходящее место для таких, как он… – Чонгор слегка скосил глаза в сторону ивановского отсека. – Стакнуться с кем надо в порту, на таможне – да где угодно – и провезти контрабандой, скажем так, человеческий груз.
– Хорошо. Допустим, ты совершенно прав и нас пропустят, – кивнул Питер. – А что мы будем делать дальше?
Чонгор задумался – не только над тем, как искать Тролля, но и над тем, как бы не сболтнуть лишнего. Иванов через переборку не расслышит, а вот спецконсультанты, из которых по крайней мере один, Соколов, худо-бедно знает английский, – могут. Чонгор размышлял, сидя спиной к русским, и не шевелился, но вращал глазами более чем красноречиво.
– Известный нам адрес, – начал он, и Зула поняла, что речь идет о четырех разделенных точками числах на ладони Соколова.
– Часть огромного кластера, принадлежащего провайдеру, – подхватил Питер. – Это понятно.
– А если попытаться сузить диапазон географически? – предложил Чонгор.
– Не можем же мы вломиться в офис провайдера и допросить сисадминов, – закончил мысль Питер.
– У них наверняка есть принцип, по которому блоки адресов раздаются районам города. Он, может, и не строгий…
– …но и не полностью случайный, – подхватил Питер. – По крайней мере будем иметь хоть какое-то представление.
Настал черед Зулы чувствовать себя умственно отсталой. Впрочем, работа в хайтековой компании научила ее: лучше спросить прямо, чем юлить и делать вид, что все понимаешь.
– И как вы намерены получить эту информацию?
– Ножками, – ответил Питер и вопросительно посмотрел на Чонгора, который, судя по выражению лица, не понял, что он имеет в виду.
– То есть лично обойдете весь город. А для чего?
– Я слышал, там полно интернет-кафе. Если так, то мы заходим в первое попавшееся, платим за доступ, смотрим ай-пи компьютера, записываем и идем в следующее, – объяснил Питер.
– А можно прочесать эфир, – предложил Чонгор.
Эту фразу Зула как-то слышала – она означала ездить с ноутбуком, разыскивать и подключаться к незапароленным Wi-Fi сетям.
– Гостиничные номера, – согласился Питер.
– Да просто вестибюли.
– Составим карту и поймем, в каком районе какие IP-адреса, и примерно выясним, где живет Тролль. А если повезет, то и интернет-кафе, из которого он выходит в сеть.
– Что мне нравится в вашей идее, – подумав, сказала Зула, – так это методичность и постепенность. Наш начальник увидит, что мы трудимся и выдаем результат.