Вирус
Шрифт:
Место, отмеченное в приложении Fight Club, как ближайшая точка с желающим подраться пользователем приложения, совпадало с нахождением ребят из Дружины. Решив посмотреть, что там происходит, а так же проверить, действительно ли в Дружине ко мне попрежнему нормально относятся, или уже занесли в какой-нибудь «черный» список, спустя пять минут я свернул во двор, образованный четырьмя довольно длинными, девятиэтажными домами.
Имеющаяся по центру двора хоккейная коробка, судя по следам на снегу, использовалась как место проведения поединков. Лежавший на ней снег местами был «взбит», а кое-где виднелись и следы крови. На прилегающей
– Здорова, здоров, хай, - не протягивая рук, кивнули они на моё приветствие, после чего поинтересовались: - участвовать в боях будешь?
– А надо? Мне как то не особо, - обозначил я свой настрой, параллельно сообразив о причине нахождения здесь всех собравшихся.
– Ну и напрасно, - нут же оспорил мое мнение Леха и ехидно спросил: - думаешь если нас теперь пули не берут, то и делать больше ничего не надо?
– Точно не берут? А то я не проверял, - решил я свести все к шутке.
– Не берут, точно, - на полном серьезе поддержал Леху Макс и, огладив свою бороду, внимательно на меня посмотрел : - как думаешь, почему мы все всё еще здесь, торчим в этом дворе, а не берем штурмом какой-нибудь банк или ювелирный салон?
– Почему не штурмуем, понимаю, а зачем здесь торчим, не знаю, - подвиснув на миг, ответил я.
– Понимает он!
– воскликнул Леха, явно не поверив в мои слова.
– Торчим мы здесь, чтобы стать сильнее, - куда спокойнее своего товарища, произнес Макс: - а вот зачем нам становится сильнее, ты мне скажи, заодно и то, почему Дружина поддерживает порядок на районе, а значит и текущую Власть.
– Если допустить анархию, то рано или поздно в домах не будет ни света, ни воды, ни электричества, а это такие вещи, которые ни одна группа людей, сколь многочисленна она бы не была, решить не сможет, - выдал я то, до чего сумел додуматься в краткий миг замирания «мира» минутой назад.
– То есть ты будешь подчиняться государству только из-за того, что боишься остаться без еды и тепла?
– скептический тон голоса Лехи вызвал у меня желание грубо возразить, но я не поддался.
– Я вот холода уже почти не чувствую, - шевельнув полами не застегнутой осенней куртки, качнул я головой: - думаю и с едой вопрос рано или поздно решится.
– Значит тогда что?
– бородатый Макс был куда спокойней в своих эмоциях.
– Не знаю, - утратив нить беседы и не понимая, что они от меня хотят, буркнул я.
– Сёма, иди сюда, - обернувшись к остальным, громко крикнул Леха.
– Что, еще один?
– мордатый парень, посмотрев вначале на Леху, перевел на меня свой взгляд и усмехнулся.
– Да, надо помочь рекруту определиться, а то все не поймет, что к чему!
– продолжая громко говорить, долговязый окончательно привлек к нашей компании внимание всех присутствующих.
– Объяснять надо уметь, через ж*пу лучше доходит, по себе не суди, да пошёл ты, - гул поднявшихся голосов на спорт площадке «раздергал» моё внимание.
– Пойдем, - схватив меня за правую руку, потянул меня Макс
– Я готов, - доставая из кармана наручники, ухмыльнулся мордатый.
Леха, двигавшийся вместе Максом, но с другой от меня стороны, схватил мою левую руку и, несмотря на взятый мной первый круг iota– мутации, смог просунуть её через прутья лестницы. Задергавшись, я ничего не добился, Леха и Макс, под одобрительные возгласы остальных дружинников, крепко меня держали, пока Сёма застегивал на моих запястьях наручники.
– Ну вот, все ,теперь давай, - отходя на пару шагов в сторону, довольно миролюбиво произнес бородатый Макс.
– И что я должен давать?
– сообразив, что никакого физического насилия надо мной не предвидится, я подергал плотно обхватывающие мои запястья наручники.
– Попробуй, освободись, - с довольным видом предложил Леха.
– Никак, - констатировал я очевидное.
– А еще тебя могут посадить в тюрьму, стены толстые, не выбраться, - продолжил Макс и, понизив голос, добавил: - так что пока не можешь разорвать наручники голыми руками, а ногой пробить каменную стену, то и поднимать «голову» на государство не стоит!
Собираясь уже сказать, что и до этого не собирался идти против государства, я замер, сообразив. Те парни, приезжей национальности, устроившие на центральном рынке погром, может быть и были бессмертными, только вот сгноить их заживо, где-нибудь в бескрайней Тайге, или даже закатать в бетон фундамента на ближайшей стройке строящейся многоэтажки, нашему государству ничего и никто не помешает. Просмотренные вчера ролики чаще всего были обрезанными, но, если додумать не попавшее в кадр, то каждого из дебоширов вероятнее всего позже скрутили и надели наручники.
– Понял?
– всматриваясь в моё лицо, уточнил Макс.
– Значит стать сильнее?!
– произнес я то, что хотели от меня услышать эти парни.
– Точно! Молодец! В боях участвовать будешь?
– на разные голоса отреагировали на мои слова прислушивавшиеся к нам остальные парни.
– Буду, - кивнул я и протянул руки мордатому, предлагая снять с меня наручники.
Домой я вернулся в шестом часу, избитый, в рваной одежде и полном раздрае чувств. То, что я не умел драться, было ожидаемо. То, что многие из присутствующих уже завершили первый круг и начали второй, я знал. А вот то, что Регенерация, буквально на глазах заживлявшая ссадины и раны у остальных парней, у меня не работает, повергало в шок. По началу, Леха подозревал, что я дерусь без Желания. Обнаружившийся среди собравшихся кореш того парня, что проиграл мне в Ручеёк, подлил «масла в огонь», сказав, что я так уже делал, мол чтобы забрать себе эм-энергию.
Следующим, кто вышел после этих слов, стал мордатый, он не столько меня бил, сколько издевался, как словесно, так и физически. Через пять минут я буквально бросался на него, ничего не соображая, с одной лишь целью задеть, хоть краешком ноги, хоть кончиком пальца. Но, начавший iota-мутацию третьего круга, Сёма был для меня недостижим. В конце случилось то, что должно было случится, я начал задыхаться, не в силах вдохнуть воздух. Макс, видимо всё это время молчаливо присматривавший за мной, остановил избиение и оттащил моё тело на снег, отлеживаться.