Вирус
Шрифт:
– Проходите, - нехотя ответил он, как если бы от его желания что-то действительно зависело и сидя в своей будке он мог кого-нибудь не пустить, если тот ему не понравится.
– Угу, - буркнул я, открывая калитку после щелчка электрического замка.
Лифт, на котором я поднимался на семнадцатый этаж, имел аж три зеркала. Воспользовавшись появившейся возможностью, я оглядел себя со всех сторон, после чего только сообразил, что все это время находился в поле зрения местных видеокамер и наверняка записи будут хранится на сервере какое-то время. Обдумав, не отказаться ли от задуманного, я все же
– Дилинь!
– нажав на кнопку звонка, лишь благодаря улучшению слуха я смог расслышать звук вызова за мощной входной дверью.
– Да?
– используя смонтированное в двери переговорное устройство, спросили с той стороны грудным женским голосом.
– Это Игорь, вольер Свобода, - представился я еще раз.
Начавшие щелкать ригели имели электрический привод, так как не менее чем три замка открывались одновременно. Сделав шаг назад, чтоб меня не стукнуло дверью, я постарался изобразить на лице располагающее к себе выражение. Моих усилий никто не оценил, в приоткрывшийся проход находящаяся в квартире женщина буквально выпихнула овчарку, после чего протянула мне ошейник с поводком.
– Вот, зовут Мухтар, ну, вы поняли почему, да?
– грудной голос мне очень нравился, а вот выражение лица женщины, нет: - забирайте, надеюсь там у вас найдутся другие собаки, которые покусают это неблагодарное животное так же, как он укусил мою дочь!
Не дав мне ни ответить, ни как-либо еще отреагировать на произнесенные слова, хозяйка квартиры захлопнула дверь, после чего та самостоятельно стала быстро закрываться на все запоры и замки. Запах духов, вырвавшийся на лестничную клетку, может и был приятным и даже вкусным, только вот его концентрация вынудила моё обоняние снизить восприимчивость до минимального уровня.
Собаке, с её врожденным нюхом, которая жила в таком «амбре» всю свою жизнь, оставалось только посочувствовать. Глянув ещё раз на овчарку, я отметил её спокойное поведение. Поверить, что та кого-то укусила, тем более ребенка за лицо, было очень сложно. Впрочем, судя по полученному впечатлению, женщина очень сильно была озабочена своей внешностью и, даже малейший намек на то, что она могла состариться хотя бы на одну минуту из-за того, что на кровном ребенке появилась какая-нибудь царапина, а потом быстро зажила, мог привести женщину в самое неадекватное состояние.
– Не знаю, как там тебя девочка зовут, но, заранее тебе сочувствую, - тихо проговорил я, вспомнив, сколько раз сам в детстве разбивал коленки, получал порезы или просто ссадины.
Собака тем временем стояла рядом, поглядывая на поводок в моих руках. Наученный «горьким» опытом, я встал так, чтобы та не смогла сразу же на меня броситься. Опасения оказались напрасны, овчарка спокойно дала застегнуть на своей шее ошейник, а потом и прицепить карабин с поводком. Аура у собаки, кстати, была зеленая, что вроде как и говорило о её миролюбивости, но я не забывал, что сам вчера закончил очередной круг iota-мутации и ещё доподлинно не знал, какого уровня, второго или третьего, получился результат.
– Пошли, - сказал я собаке, двинувшись к лифту, кабина которого так и стояла на этом
Выйдя на улицу, двинулся на выход из двора, вновь почувствовав на Ауре холодную точку внимания сидящего в будке охранника. Толи тот знал хозяина собаки, мужа той женщины, толи проявлял неуёмную бдительность. В результате вновь пришлось ждать, пока тот созвонится с квартирой и получит подтверждение, что меня можно выпустить вместе с собакой. Желание что-нибудь сломать, согнуть или разбить, видя подобное проявление неуважения в мой адрес и заискивание перед жильцами охраняемого дома, сдерживалось только пониманием того, что это ничего не изменит.
Бегать не хотелось, как и культивировать, и я неспешно двинулся по тротуару вдоль плохо почищенной от снега дороги. Накапливающиеся вопросы требовали ответов, и в первую очередь следовало разобраться с тем, что именно имеет для меня наибольшее значение. Мордатый вчера сказал, что в Дружине стало известно, что моя мать Чистая, а его лишь заставили это проверить. Единственные, кому я об этом рассказывал, была компания Захара. Перебрав в уме психологический портрет каждого из парней, я пришел к выводу, что это мог быть только сам Захар.
Неожиданно натянувшийся поводок вернул меня в реальность. Удержать собаку от рывка удалось без особых проблем, благо iota-мутация даровала достаточно для этого сил. Отметив, что цвет Ауры у овчарки сменился на желтый, я перевел взгляд дальше, навстречу шла женщина, везя маленькую девочку на санках. Отойдя в сторону, к обочине тротуара, я внимательно наблюдал за псом, по мере приближения санок, цвет Ауры собаки менялся через оранжевый к красному.
– Фу!
– пришлось прикрикнуть, сдерживая овчарку, та сипела, воздух с трудом проходил через передавленное ошейником горло, животное буквально душило само себя, порываясь сорваться вперед.
– Намордник надо носить!
– запоздало заметив и меня и довольно крупную собаку, «зашипела» мамаша, убрав телефон в карман и ускорившись, проходя побыстрее «опасный» участок.
Стоило санкам с маленькой девочкой скрыться из зоны видимости, собака успокоилась, вновь став прежней. Я же, обдумав увиденное, пришел к выводу, что это явно какое-то нарушение психики. Возможно, раньше собака была единственным «ребенком» в семье, о ней заботились, многое позволяли, а потом появился ребенок, на которого перешло все внимание бывших хозяев собаки. Неизвестно какие мутации, произошедшие с овчаркой так-же могли усугубить ситуацию, так что пошатнувшаяся было уверенность в том, что собаку нужно «успокоить», вновь обрели былую незыблемость.
– Ну! Фас! Давай!
– выбрав глухой двор, я завел овчарку в тупик и пнул пару раз, заставляя себя атаковать.
Но, несмотря на все усилия, вызвать агрессию не получалось. Собака жалась в угол, скулила, поджимала хвост, вообщем делала все, чтобы вновь вызвать у меня к себе жалость. Встречая ранее упоминание о таких случаях, когда люди кого-либо жалели, а потом оказывались ограбленными, обманутыми или даже убитыми, я никак не мог понять, как можно было быть таким наивным. Сейчас же, оказавшись в схожей ситуации, я на себе почувствовал, как оказывается людям с обычным воспитанием тяжело поверить в такой «обман».