Вирус
Шрифт:
– Не переживай - прорвемся!
– Дмитрий похлопал друга по плечу.
– Ну, искупался!.. Люди в январе, на крещение, сами в прорубь лезут и ничего - говорят даже помогает от многих болячек.
Славка обиженно надул губы и посмотрел на друга снизу вверх.
– То-то я чувствую себя таким здоровым, - неожиданно улыбнулся он.
Дмитрий кивнул, сдерживая улыбку.
Пугачев сжал виски руками.
– Скажи дружище только одно: ты со мной?
– спокойно спросил он.
– А ты думал, что я тебя одного брошу?
–
– Тогда следуй за мной, напарник! В бункер!
На улице темнело, когда друзья, оторвав доски, закрывавшие окно в подвал одного из домов, протиснулись внутрь.
– Это и есть бункер?
– спросил Дмитрий.
Нахмурив брови, он внимательно осмотрел унылое помещение.
– Меблированный нумер, однако, - пошутил Славка, ткнув пальцем в приютившуюся у стены деревянную лежанку.
Назвать мебелью сооруженный из необструганных досок лежак не решился бы даже обладатель безудержной фантазии. Однако после Славкиных слов Дмитрий, подумав, согласился. Исключительно комфортное жилье для беглеца: тепло, светло, спальное место в наличии. Что еще нужно?
Холодный воздух, вползающий с улицы, встречаясь с горячими трубами отопления, превращался в пар. Молочная шевелящаяся завеса надежно укрывала грязный бетонный короб от постороннего взгляда.
В углу копошилась живность. Поприветствовав постояльца радостным писком, маленькие обитатели городского дна разбежались.
– Это, конечно, не «Палас-Отель», но лучшее из того, что мне удалось отыскать на рынке недвижимости, - устало произнес Славка и с шумом повалился на лежак.
Из-под деревянного настила выскочили испуганные крысы и разбежались в разные стороны.
– А это, брат, мои соседи, - улыбаясь, выдохнул Славка и тут же, сникнув, продолжил:
– Если ты думаешь, что крысы - неприятные существа, то глубоко заблуждаешься, так как встречаются и похуже. Имя им - хомо сапиенс. Иначе говоря, человеки - разумные по определению.
Встряхнув белой шевелюрой так, что длинные волосы на секунду скрыли пронзительно-голубые глаза, и устроившись поудобнее, Славка начал рассказ:
– Я тебе говорил про странные сны, которые я стал видеть в прошлом месяце? Я тогда еще несколько дней в школу не ходил, прикидывался больным, а сам из-за компьютера целыми днями не вылазил: программу писал. Ночью- сны, а днем их дублирование на компьютер. Как под гипнозом. За три дня закончил программу, а принцип действия понять не могу. Знаю только, что способна изменять любой файл, но для чего конкретно делал ... хоть убей. Вирус - не вирус, взломщик - не взломщик.
– Славка потешно вжал голову в плечи, развел руками.
– И то и другое. Да еще и ускоритель. Видоизменяет все: с чем столкнется. Я ее проном назвал - проникателем то есть. Хочется испытать, аж руки чешутся, а запускать боюсь. Боялся, что создал опасный вирус, до тех пор, пока не подключил...
Мальчишка прикрыл глаза, словно переживая заново момент испытания.
–
– голос юноши постепенно затих.
Дмитрий глянул на друга и увидел, что тот лежит с закрытыми глазами.
– Пугач!
– рявкнул он.- Потом спать будешь!
Славка дернулся. Глядя помутневшим взглядом, зевнул.
– О чем это я?
– удивился он.
– Что было, когда ты испытал своего прона, - подсказал Потемкин.
– Аа!
– с трудом сфокусировав взгляд, Пугачев продолжил.
– Пользуясь папашиным кодом доступа, загрузил прона в сеть лаборатории, где он трудится. Ну и что-то там пошло не так. «Синарион» подключился и...,- Славка все больше соскальзывал в сон.
– Кто такой Синарион? И почему ты выбрал компьютеры отца?
– поинтересовался Дмитрий.
– Броненосец, не перебивай. Я и без тебя запутаюсь, - огрызнулся Славка, вскакивая.
– «Синарион» - система накопления, распознавания и обработки информации. Проще говоря - накопитель знаний. Комплекс, поглощающий информацию с безумной скоростью. Хотя скорость - не главное. Главное, что он должен самообучаться и постепенно... если уж и не стать разумным, то максимально приблизиться к этому. Вот я и решил проверить прона именно на нем.
– Пугач, ты не просто авантюрист. Ты - бандит с большой дороги!
– возмутился Потемкин, но тут же замолчал.
– Вошел. Погонял во всех режимах. Никакого кайфа. Дай, думаю, взгляну одним глазком на их диски, - Славка резко замолчал и виновато опустил голову.
Глядя на притихшего приятеля, Потемкин едва не поверил, что тот жалеет о вторжении на чужую территорию. Но это было исключено, как бы убедительно он ни изображал раскаяние. Кто угодно другой, но только не Славка, мог оставить без внимания чужие директории. И жалеть о взломе было не в правилах юного хакера.
Славка помолчал, словно собираясь с духом и через секунду продолжил:
– Взглянул одним глазком - и не удержался. Активировал кое-какие программы, - мальчишка тихо зашептал, отворачиваясь.
– Вернее, запустил все, которые только были в системе, а для пущего эффекта открыл доступ в Интернет, чтобы посмотреть, как эта чертова железяка будет вытаскивать инфу из Инета и начнет учиться.
Не имея сил сдерживаться, Потемкин воскликнул, стуча себе по лбу указательным пальцем:
– Пугач, башку включи! Ты хоть соображаешь, что натворил? Куча ученых - среди которых, кстати, и твой отец - убивают уйму времени на создание этого комплекса, и тут появляешься ты?
– задохнулся возмущенный Потемкин.
– Не удержался он, видите ли!
– зашагал из угла в угол, нервно размахивая руками.
– Ты же предка подставил!
Выталкивая слова из пересохшего горла, он наклонялся, чтобы не врезаться в бетонные балки, торчащие из потолка. Забываясь, ударялся головой. Периодически стряхивая пыль с каштановых волос, громко фыркал.