Вирус
Шрифт:
— Угу, — мрачно ответил Адамович.
— Вот уж не ожидала этого от спасателей. И кто же теперь командует кораблем вместо вас?
— Первый помощник Лан Бар. А мы с вами изолированы в этой каюте-лаборатории до неизвестного времени.
— И что они намерены делать?
— Бежать из системы Бейда в Свободные миры. К пиратам. Там говорят можно отлично развлечься, и нет условностей. Можно абсолютно все. Представляете?
— Да. Многие любители приключений в последнее время стали проводить отпуска в этой зоне. А вы думаете, капитан, что Бейд отдаст приказ о зачистке сектора?
— У них нет иного выбора.
— Нет. Мне это, к сожалению, оказалось не по силам. Я зашла в тупик и совершенно не знаю, как из него выбраться. Я проверила все возможные варианты, но нигде нет ни одной зацепки. Вирус абсолютно не укладывается в логическую схему. Я проводила детальный анализ на самых различных уровнях и сумела обнаружить только несколько устойчиво повторявшихся проявлений. Но свести их в одну систему я не смогла.
Она подошла к монитору и включила его легким прикосновением пальцев.
— Взгляните, капитан. Вот последний детальный осмотр, одного из умерших на Ваале. Полное физическое здоровье и никаких признаков вирусов. И вот его же состояние всего через два часа. Вирус поглощения.
— Но он мог подхватить его…
— Вопреки всем законам науки? — саркастически усмехнулась Диана. — Этот вирус не может развиваться так быстро. Он постепенно поражает ткани и, в конце концов, приводит к распаду, но не за два часа. Вирус поглощения — очень сложная и динамичная форма жизни, попадая в организм живого существа, он начинает перестраивать метаболизм наиболее активных клеток в свою пользу, воспроизводя себя во все большем количестве. Но, когда энергетические запасы зараженного организма подходят к концу, вирус вынужден перестраивать и собственную систему обмена веществ — теперь она адаптируется к использованию энергии, заключенной в пассивных тканях организма — в хрящах, костях, панцирях, если хотите. Вы вообще представляете, сколько времени должен занимать подобный процесс?
— Честно говоря, не очень, — признался Адамович.
— За счет одного единственного организма с массой человека вирус способен жить и развиваться без особых проблем в течение полутора лет! И более высокая скорость ему просто не нужна, как и любому существу, паразитирующему на своем хозяине.
Диана перевела дух:
— Более того, вирус поглощения развивается совсем в иных условиях — там, где есть возможность совершенно спокойно мигрировать от одного восприимчивого организма к другому. То, что произошло в нашем случае возможно, только если специально вкатить концентрированный штамм вируса, выращенный в лабораторных условиях, в человека. Это тропический вирус впервые обнаруженный на планете Ти системы Альфа. Я хорошо его знаю, и работала в группе по его нейтрализации. И найти его штамм просто невозможно для человека далекого от секретов правительства.
— Вот как? Это ведь военные разработки? Разве не так?
— Сейчас не время разбираться в этом, капитан. Да и не могу я посвятить вас в секретную информацию.
— Но мы и так на волосок от смерти. Вы этого еще не поняли, Диана? И мне нет дела до вашей секретной информации. Я только хочу, чтобы вы продолжали свою работу и не
— Легко говорить, если вы абсолютно ничего не понимаете в медицине и биологии. Особенно в космобиологии. Я ничего не могу сделать. Понимаете? Ничего!
— Значит, решение губернатора Бейда об уничтожении нашего судна, если таковое будет принято, верно? Так нужно для безопасности Бейда?
— Думаю, да.
Капитан молча уставился на монитор. Он абсолютно ничего не понимал в той мешанине знаков и символов, что мелькала на нем, но у него в голове возник план действий.
— Я понял, как помешать мятежникам.
— Что? — не поняла девушка.
— Я сумею уничтожить "Немезиду". Но мне понадобиться ваша помощь. Мы не дадим крысам вырваться на свободу…
Блюмингейм спокойно продвигался за Матизом и Занефом, что неистово прорубали просеку в кустарнике. Они совершенно изорвали свою одежду и исцарапали свои тела до крови.
— Док, — позвал его Матиз, — а до нас здесь кто-нибудь ходил?
— Если ты думаешь, что эти джунгли девственные, то ошибаешься. Это же Аргун — планета, на которой все живое регенерирует необычайно быстро, поэтому их растительный бизнес так процветает. И кустарники здесь соответствующие. Они очень быстро восстановятся и скроют нашу просеку, словно её никогда не было.
В это мгновение где-то слева раздалось приглушенное рычание, и из засады выпрыгнул аргунский тигр. Черно-белая шкура едва приметной тенью мелькнула среди густых зарослей.
Трое путешественников среагировали мгновенно — зверь рухнул наземь сраженный дружным залпом из бластеров, и конвульсивно дернувшись несколько раз, издох.
— Что это еще за кошка? — к зверю приблизился Занеф. — Я думал в таких зарослях — диких животных нет.
— Здесь есть множество такого, о чем ты никогда не думал, Занеф. Но это именно то, что нам необходимо, — доктор вытащил из своего кармана скальпель и щипцы.
— Что это ты собрался делать, док? — снова спросил Занеф, но Матиз хлопнул его по плечу и жестом приказал не отвлекать доктора.
Блюмингейм аккуратно удалил у поверженного животного один из клыков. Затем он сделал этим предметом себе надрез на левом запястье.
— Теперь вы, — коротко бросил он спутникам и те покорно подставили свои руки.
Он чувствовали, что доктор прекрасно знает, что делает.
— А вот теперь мы можем двигаться обратно.
— Так мы тащились по джунглям только за этими непонятными инъекциями? Да?
— Если бы не эта непонятная инъекция, то уже завтра вирус мутаген Б-6 произвел бы необратимые изменения в твоем организме.
— А что это за мутаген Б-6?
— Очень неприятная штука, — Блюмингейм ухмыльнулся. — Но я знаю этот вирус достаточно хорошо. Противоядия найти можно только на Бейде, но пока мы туда бы добрались, было бы поздно. Однако я знаю, из чего оно вырабатывается.
— И что же это? — удивились Матиз и Занеф.
— А вот эти самые кустарники. Поэтому все жители планеты совсем не пострадают от вируса, который выпустила "Пандора". Ханнер вряд ли стал бы уничтожать такую ценную для него самого планету, но если бы он не выпустил нам вслед эту заразу, он не был бы капитаном Ханнером. Местные жители дышат испарениями долгие годы и не восприимчивы к спорам, которые я оставил на лабораторном столе.