Вирус

Гатаулин Сергей

Глава девятая

СРАЖЕНИЕ В БЕРЛОГЕ

Все заинтересованные лица собираются в «Медвежьей берлоге», вот только каждый ищет здесь что-то своё. А когда интересы пересекаются, начинается свалка

Остановка гудела множеством голосов. Зайдя под стеклянный навес с большой желтой пластиной, демонстрирующей расписание маршрутов, Дмитрий спрятался за спинами ожидающих людей. Минут через пятнадцать из-за угла вырулил яркий автобус и неспешно подкатил к остановке. Дмитрий выдержал

паузу, пока водитель рассматривал ленивым взглядом недовольных отсутствием своего маршрута пассажиров и не открыл заднюю дверь, выпуская одинокую бабушку. И лишь после этого метнулся в закрывающуюся дверь. Влетая в салон в самый последний момент, он упал на ближнее к выходу сиденье и увидел в зеркале, висевшем в кабине водилы, громадный кулак. Виновато опустив голову, он исподлобья наблюдал за вошедшими через турникет пассажирами. Две пожилые женщины — не в счет, мальчишка лет двенадцати, старик, девчонка — все не то, можно расслабиться.

«Надеюсь, в школе они меня ждать не будут, — думал он, пока новенький «МАЗ» тащился по унылым осенним улицам. — Хотя почему нет? Где им еще меня ловить? Дома, у знакомых и родных, в школе. Именно в школе они должны ждать меня в первую очередь. Если следовать инструкциям, полученным от Тромба, то вначале нужно найти Медведева. Но как это сделать? Телефон сдох. Денег нет. Сил никаких. Обложили со всех сторон. Нужно собраться с силами — иначе не выдержать».

Потемкин не знал, куда ему податься, и потому решил встретиться со Светланой — единственным человеком, которому доверял без раздумья и оглядки. Светиком, вечной соседкой по парте, другом… и даже больше.

«Нужно привыкать к шпионским играм», — решил он, выскакивая из автобуса за пару остановок до родной школы. Пробираясь «верблюжьими тропами», обогнул школьный стадион, оставаясь в тени деревьев, вышел на небольшой пятачок, где на переменах собирались заядлые курильщики. Когда Дмитрий подошел к школе, щемящее чувство одиночества сдавило грудь, прыгнув комком к горлу, разбилось на тысячи мелких осколков, готовых брызнуть из глаз.

Во дворе полно народу: похоже, попал на перемену. Ага, вот и пацаны за углом — и среди них Петька из его класса. Он-то мне и нужен! Дмитрий подошел к курильщикам, хлопнул товарища по плечу и, когда тот обернулся, кивнул.

— Отойдем, дело есть! — шепнул он таинственно.

Встрепенувшийся Петька кинулся за Потемкиным. Оглядываясь по сторонам, он быстро зашептал:

— Броненосец, ты в курсе, какой шухер в школе? Вчера менты вас с Пугачом весь день прождали. Сегодня вообще крутой черт с утра по школе бродил. Весь в черном, как агенты в матрице. Бородка у него еще такая дурацкая — маленькая, треугольником. Тебя искал, с твоей училкой базарил, потом к Пугачу в класс заходил. Вы че, правда банковский сервак ломанули?

— С чего ты взял? — удивился оторопевший Потемкин.

— Говорят, — важно произнес Петька, не переставая оглядываться.

Ему явно нравились шпионские игры, и чтобы не обмануть его ожидания, Потемкин торопливо зашептал:

— Петро, выручай! Времени в обрез, менты на хвосте. Подробности потом, а сейчас нужно Светку срочно увидеть. Сделаешь? Только смотри, никому.

Необходимые слова сказаны.

И именно в той тональности, в которой их нужно было произнести, чтобы добиться максимального эффекта. Теперь Петька под пытками не признается, что видел его. Дмитрий с трудом сдерживался, чтобы не засмеяться сверстнику в лицо. Зачем эта клоунада?

— Ты не гони, Броненосец, мы своих не сдаем. Ни одна душа не узнает! — выпалил Петька. — Сделаю в лучшем виде. Ты только скажи: Светкин батя тоже при делах?

Дмитрий выпучил глаза, соображая, что тщательно продуманная сюжетная линия неожиданно скользнула в сторону. Осталось только впутать в свои дела Светку, а чтобы жизнь не была в радость, и ее отца за компанию. И тогда все — вешайся. В школе давно поговаривали, что отец Светки — серьезный «авторитет» в уголовном мире. Потемкин никогда не думал об этом, но подобные разговоры всегда раздражали его, и он возмутился.

— Ты соображай, что несешь! — зашипел он, надвигаясь на Петьку.

События последних дней промелькнули перед его глазами. Кулаки сжались сами собой. Еще мгновение, и… Нет! Он-то в чем виноват? Скрипнув зубами, Дмитрий продолжил, изображая безразличие:

— Мне и Светка нужна только для того, чтобы кота моего забрала, пока меня не будет, да с маман поговорила, чтобы не волновалась. Понял?

— И то правда, — разочарованно согласился Петька, — какой с нее толк? Ну, все, звонок на урок, я пошел.

— Скажи Светке, что я буду на лестнице! — крикнул Потемкин вслед.

Петька, Петька! В жизни все не так, как в книжках про шпионов, и зря ты сейчас представляешь себя одним из них. Все гораздо хуже, грязнее и совсем не романтично. Дмитрий глубоко вздохнул. Дело сделано. Однако почему так плохо, и так грустно на душе? Он смотрел в спину однокласснику и чувствовал, как вместе с ним удаляется от него привычный мир. Исчезает за углом беззаботное детство, в котором все спокойно, и сегодня знаешь, что будет завтра. Жизнь светла и без малого бесконечна. Где не стреляют в спину, где не нужно прятаться в подвалах, прыгать с балкона, где можно не оборачиваться, когда сзади раздаются шаги…

Неприятные мысли словно договорились одновременно посетить его голову, сменяя одна другую, холодя душу. Вот и сейчас одна из них прочно засела в мозгу, как заноза — «А что, если Светка не захочет встречаться? Нет! Нет и еще раз нет! Этого не может быть!» — кричал внутренний голос. И тут же ему вторил другой: «Зачем ей твои проблемы? Кто ты ей? Сосед по парте? Через год уже не будет ни парты, ни соседа. Очнись!»

— Она не такая! — возмутился Дмитрий, не замечая, что разговаривает с самим собой.

— Позвольте узнать? — насмешливый голосок заставил сердце радостно биться. — Кто «она»? И какая она на самом деле?

Рядом стояла улыбающаяся Светка и, слегка наклонив голову, участливо смотрела в глаза.

— Привет, Димкин, — проворковала она и, слегка отодвинувшись, внимательно осмотрела его с ног до головы.

Темные брови сошлись у переносицы. Черные длинные волосы, качнувшись, медленно опали на плечи. Светлана недовольно сморщила носик.

— Ты что, в ассенизаторы записался? Фу! Грязный, как будто неделю не мылся.