Вирус
Шрифт:
Мы применяем химические препараты и жестокие методы. У нас начинают говорить все. Все без исключения.
Есть приемы, которых и мне не вынести, а я отнюдь не неженка. Вот командир отряда, — он указал на меня легким жестом, — закаленный в боях воин. Ты видел сегодня, как он сражается. Он привык проливать чужую кровь. Но даже он сломается, если дело дойдет до настоящей пытки.
— Я… я… не могу! — произнес иранец так сипло, словно у него в горле застряли острые камни.
— Нет, можешь. И будешь. Никто не в силах вытерпеть
— Мои дети…
— Слушай, — произнес Черч с напором, — и смотри на меня. Если ты выдашь мне информацию прямо сейчас, я отправлю отряд отыскать и защитить их. Если откажешься говорить, из тебя все равно вытрясут все, но я лично прослежу, чтобы каждый, кто упомянет твое имя, был найден и уничтожен, чтобы даже памяти о тебе и твоей семье не осталось на свете.
У меня по спине прошел холодок, и мне захотелось оказаться как можно дальше от этого страшного человека. Даже если Черч пудрил парню мозги, он делал это чертовски хорошо. Во всяком случае, меня он сумел впечатлить.
Пленный колебался… и в итоге выдавил:
— Обещай, что мои дети будут спасены. Когда я узнаю, что они в безопасности, у американцев, тогда…
Лицо Черча стало ледяным, а его взгляд заставил иранца замолкнуть на полуслове.
— Ты плохо понял меня, мой друг. Прежде всего мне нужна информация. Каждая потраченная тобой впустую секунда укорачивает жизнь твоим детям. Скоро, очень скоро твой хозяин поймет, что ты захвачен в плен, и церемониться с ними не будет. Ты хочешь их смерти?
— Нет! Во имя Аллаха, нет!
— Так спаси их! Стань героем для них и для всего мира. Говори! Говори сейчас. — Он выдержал паузу, после чего повторил с нажимом: — Сейчас.
Пленный закрыл глаза, и слезы покатились из-под сомкнутых век. Он уронил голову на грудь и несколько мгновений мотал ею из стороны в сторону.
— Меня зовут Алдин, — произнес он, и рыдание сотрясло его грудь. — Я расскажу тебе все, что знаю. Прошу, не дай моим детям умереть.
Глава 71
Крисфилд, Мэриленд.
Среда, 1 июля, 6.47
Когда допрос закончился, я ощущал себя грязным. Не то слово — настоящим куском дерьма. Я закрыл за собой дверь фургона и побрел прочь. Понятно, что Черча подхлестывают обстоятельства, но все же… Он там разливался на фарси о выродке, для которого не существует моральных преград, а далеко ли сам ушел…
— Джо! — услышал я свое имя, обернулся и увидел, как Руди спешит через стоянку. Он схватил меня за руку и потряс ее, затем отступил и всмотрелся в мое лицо. — Dios mio! Майор Кортленд рассказала мне, что произошло. Я… у меня нет слов, Джо.
— Бывало и лучше, — признался я, но продолжить не успел — к нам бежал Гас Дитрих.
— Капитан Леджер, — запыхавшись, произнес он, — я собрал почти всех судебных экспертов, о которых шла речь. Оставшиеся прибудут к полудню. Джерри Спенсер уже на месте.
— Отлично, сержант, пусть все уберутся из здания.
Передай Джерри, что я подойду через пару минут, прогуляюсь вместе с ним.
Дитрих улыбнулся.
— Детектив Спенсер, кажется, очень разозлился из-за того, что ты притащил его сюда, да еще в такую рань.
— Переживет. Особенно после того, как получит в свое распоряжение такой лакомый кусок.
— Мистер Черч запросил тент цирка шапито средних размеров, который будет служить временной лабораторией для судмедэкспертов. Его устанавливают на дальнем конце стоянки.
— Черч сумел раздобыть цирковой шатер за такое короткое время? — переспросил Руди.
Дитрих одарил его полной сочувствия улыбкой.
— У мистера Черча имеется друг в промышленности.
— С ума сойти, — произнес Руди, мотая головой.
— Да, Гас… — позвал я, когда Дитрих уже развернулся, чтобы уйти.
Я протянул ему руку.
— Спасибо, что спас нас там.
Он казался смущенным.
— Прости, что не смогли раньше.
— Поверь, время было самое подходящее.
Он пожал мою ладонь и быстро зашагал обратно. Мы с Руди смотрели ему вслед.
— Хороший парень, — сказал Санчес. — Мне вчера выпала возможность познакомиться с ним поближе, и я видел сегодня утром его в деле. Если в ОВН действительно пробрался крот, то это точно не он.
— Готов поклясться жизнью?
Руди подумал, затем кивнул.
— Рад это слышать.
Мы подошли к карточному столику, на котором стояли пластиковые контейнеры со льдом. Я пошарил внутри и вытащил бутылку зеленого чая для Руди и кока-колу для себя. Он шутливо чокнулся со мной.
— За жизнь.
— Аминь. Слушай, Руд, Черч только что закончил допрашивать пленного. — Я пересказал ему, что обещал Алдину Черч.
— Его родных будут спасать?
— Думаю, да. Я слышал, как Черч говорил по телефону, сомневаюсь, что это блеф.
— Что ж, надо радоваться.
— И больше тебе нечего сказать?! Побойся бога, Руди! Наш босс сам себя назвал чудовищем!
— Джо, ты устал, у тебя налицо признаки постсобытийного стресса, поэтому приказываю тебе как следует отдохнуть. Ты совершенно расстроен, потому что Черч угрожал семье этого человека, он занимался психологическими манипуляциями и…
— Гораздо хуже, Руд. Он разодрал парня на клочки.
— Физически?
— Нет, но…
— Значит, запугал пленного, вынудив к сотрудничеству. Ни физических пыток, ни тисков для пальцев, ни сексуального или религиозного унижения. — Он покачал головой. — Жаль, не довелось присутствовать на допросе.