Вишневый самурай
Шрифт:
Кто он? Почему появился именно здесь? Может, смерть Соломаха — отвлекающий маневр? На самом же деле он жив и дожидается меня, как договаривались?
Свое предположение я мог проверить только опытным путем.
Запустил программу сигнализации, вывалился из кресла и направился на выход. Плотно заперев за собой двери, тем самым замкнув контакты сигнализации, я спрыгнул на набережную и окунулся в потоп. Дождь был холодным, неприятным. Накатывал волной и затухал, чтобы через минуту вернуться с новой силой. Моя шляпа мигом промокла. Поля ее печально обвисли, отчего
— Вы кого-то ждете? Может быть, меня? — поинтересовался я, ныряя под его зонт.
Ишь ты, какой холодный взгляд… И лицо неприятное: короткий черный ежик волос, шрам через весь лоб, губы, скривленные гримасой отвращения.
— Возможно, если вас зовут Даг Туровский, — процедил он сквозь зубы.
— Так точно! — радостно сообщил я — и получил струю какой-то пахучей дряни в лицо. Мужик держал в руке баллончик.
Да уж, то была истинная дрянь! Воняла — тошнотворно!.. Все поплыло перед глазами. Я попытался отмахнуться от ядовитого облака, вращавшегося возле моей головы, но напрасно. Хотел ударить мужика, вытолкнувшего меня из-под зонта и уткнувшего собственный нос в платок, но из этого ничего не получилось. Ноги заплелись, и я упал, чувствуя, как вода пробирается сквозь ткань костюма к телу. Сознание померкло, и меня понесло в черную пустоту…
Когда я очнулся, голова напоминала наковальню, по которой некий извращенец со всей дури колотил здоровенным молотом. Попытался пошевелиться, но тело не слушалось. Минут пять я старался сделать хоть какое-то движение. Результат — нулевой. Я не мог двинуться! Похоже, меня парализовало. Оставалось принюхиваться: пахло пылью и плесенью. Напрашивался вывод: меня содержат или в подвале, или в кладовке.
Я набрался терпения и стал ждать, усиленно стараясь заставить шелохнуться хотя бы ресницу. Сколько прошло времени — не имею понятия, но в конце концов одно веко приподнялось, и я понял, что сижу в темном чулане. Глаза постепенно привыкли к темноте. Я сориентировался в силуэтах и восстановил по ним образы реальных вещей. Вдруг распахнулась дверь, и меня ослепил сноп света.
— Он очнулся, — раздался громкий голос над моей головой.
— Шеф хочет видеть эту падаль. Потащили! — приказал кто-то.
Я почувствовал, как меня подхватили сильные руки и поставили на ноги.
— Шевели копытами, легаш! — издевательски прошипели мне в ухо.
Мозг, как ни странно, подчинился чужой команде и ожил. Глаза вскоре стали различать цвета, а потом и оттенки.
Меня волокли два мужика амбалоподобной внешности. Впрочем, кого еще держать на положении шестерок?.. Мы двигались по длинному коридору, изумрудные стены которого украшали канделябры с электрическими свечами. Пол устилала красная ковровая дорожка.
Интересно, как далеко нам идти?..
Сила постепенно возвращалась в тело, но я старательно изображал из себя неудачный холодец. Меня внесли в широкую залу, в центре которой стоял бильярдный стол. Возле него с кружкой пива и кием прогуливался тот самый мужик, что выключил
— Отпустите господина Туровского, — распорядился незнакомец, которого я пообещал при случае прикончить.
Его послушались. Я почувствовал свободу и сделал пару шагов без посторонней помощи.
— Не хотите сыграть, господин Туровский? — предложил специалист по отравлениям.
— После нашей первой встречи у меня как-то перед глазами двоится, — с обидой заявил я.
— Ничего, это скоро пройдет, — пообещал отравитель. — Берите кий. Мне даже интересно. Нынче ведь достойного противника днем с огнем не сыщешь.
Я принял кий, окинул скептическим взглядом мужика, а заодно и осмотрелся.
За окном не прекращался ливень. Может, в отключке я провалялся не слишком долго? Если, конечно, дождь не из разряда тех, что льют неделями…
Продвигаясь медленно вдоль стола, я оценивал положение шаров, раздумывая между делом, как мне уйти из этого дома по собственной воле и желательно не ногами вперед. Планы появлялись один бредовей другого…
— Смелее, господин Туровский! Не бойтесь меня обидеть — у вас это все равно не получится! — подбодрил меня незнакомец.
— Да я и не боюсь особо… — Первый шар после моего удара влетел в лузу.
— Хорошо, господин Туровский. Для начала я бы даже сказал — отлично! — оценил незнакомец. — Вы, наверное, ломаете голову, кто я такой и как вы здесь очутились? А также зачем мне это надо?
— Вы умеете читать мысли, не знаю уж, как там вас? — Я вкатил второй шар в лузу от борта.
— К сожалению, читать мысли не обучен… Но давайте поразмыслим! Вполне возможно, эмпирическим путем мы найдем ответ, кто я и чего хочу от вас.
Незнакомец явно собирался со мной поиграться. Нашел мышку, господин кот! Только вот по зубам ли?
— Почему бы и нет? Давайте! — согласился я.
— С кем вы должны были встретиться, Туровский?
Я мазанул: шар со скоростью торпеды устремился к лузе, но точно не вписался и отрикошетил от борта.
— А если ваш вопрос останется без ответа, эмпирический путь поможет вам установить этого человека? — осведомился я.
— Безусловно! — Незнакомец лег на стол и закатил подставу.
— И кого же вы имеете в виду?
Мы походили на двух аристократов, которые возникшие разногласия способны решить путем интеллектуальной дуэли.
— Валерия Соломаха.
Видно, удивление мое было слишком велико, чтобы я мог его скрыть.
— Я все знаю, господин Туровский. Даже знаю, зачем вы должны были встретиться с моим отцом.
Нокдаун… Виртуальный рефери склонился надо мной и начал отсчет… Восстановить бы дыхание!
— Вы, может быть, слышали, что контора моего отца называется «Соломах и сыновья»? Я и есть старший сын Иннокентий Соломах.
Интересно, зачем я потребовался сыну Соломаха?.. Мне и не вспомнилось, каким тоном я разговаривал с Валерием и на что ему прозрачно намекал.