Витпанк
Шрифт:
Система «Домашний мир» работала в синхронном режиме. «Сатана» пробудился к жизни в воскресенье, в два тридцать пополудни, и в тот же момент все заказы во всех магазинах по всей стране — а также в виртуальном магазине «Домашний мир» — преобразовались в повторные заказы лишь на эту книгу, автоматически предъявляя поставщикам юридически обязательный договор. Состояние покойного лорда Арчера весьма выросло, а уж его издатели, кто бы они ни были, и подавно крупно разбогатели на этом деле.
«Пограничников» не арестовали за это мероприятие. Система «Домашний мир» не являлась спонсором ни одной
Мы были свинчены и приписаны за другую акцию, с кабельным телевидением. Пара наших умников предложила план: провода ведь очень уязвимы для эльфов, гоблинов и всяческой длинноногой нечисти. И вот они снарядили фургон с генератором и всеми своими магическими коробочками. Моя роль была минимальной — я должен был просто прошвырнуться по свалкам, подбирая обрезки старого коаксиального кабеля. Когда все было готово, они в три часа ночи подключились ко всем пяти нашим порно-каналам, всего лишь наложив поверх изображения титр: «СЕЙЧАС ВЫ ОСЛЕПНЕТЕ». Фургон вышел в сеть с пустыря в миле от границ ближайшей муниципальной территории, в то время как остальные наши смотрели, что выйдет, в доме у ЖД.
Это сработало.
Слушание моего дела длилось четыре минуты. На кое-кого из других ушло больше времени, поскольку они протестовали против этой пародии на суд — но большинство сразу признали себя виновными. В помещении для арестованных не хватало лишь нескольких человек, когда нам выдали еще по паре этих подержанных бутербродов, дали глотнуть бутилированной воды и запихнули нас в автобус.
В автобусе мы встретились с нашими женщинами. Последовали бурные объятия, разговоры и некоторое чувство облегчения.
Выяснилось, что: никто не попадет в тюрьму (замечательно); нас отправляют куда-то всех вместе (хорошо); нас собираются передать компании кабельного телевидения (возможно, тоже неплохо); и нас всех везут куда-то в юго-западные графства (есть места и похуже).
Рядом со мной села Мо, слабо улыбнувшись мне. Она была примерно моего возраста и пяти с небольшим футов ростом. Мо носила короткие рыжие волосы и была закутана в несколько слоев неряшливой одежды.
— Как дела? — спросила она.
Я пожал плечами.
— Как твой палец? — спросил я ее.
— Ничего. Физическую боль довольно легко контролировать. Вот со всем этим дерьмом действительно тяжело справиться.
— Могло быть и хуже, — глупо брякнул я.
Автобус тронулся. Мы с Мо принялись болтать. Ей тоже дали восемнадцать месяцев, поскольку она имела не очень большое отношение к кабельной акции. Мо не была фанатичкой, но все же не доверяла технологии. «Мужские придумки» — так она это называла. Компьютеры работают на машинных кодах, сказала она. Бинарное мышление имеет дело только с понятиями «включено» и «выключено», «правильно» и «неправильно», «да» и «нет». То же самое они выносят и на экран: с игровым негодяем или виртуальным врагом ничего нельзя сделать, его можно только убить. Не предусмотрено способа, чтобы быть с ним добрым, чтобы изменить его. «У машинного кода нет вариантов», — сказала Мо.
Я хотел возразить, что она несколько отстала от времени, но решил, что это будет бессмысленно. Она только
Вместо этого, заметив, что в автобусе нет моей бывшей подружки, я сказал:
— Бедная Филлис.
— Сука, — отозвалась Мо.
— Да брось ты, — удивившись, сказал я. — Ей же устроили черт знает какие ужасы! Нельзя ее винить за то, что она сломалась под давлением.
Мо как-то боком взглянула на меня.
— Ты что, не слышал?
— Не слышал чего?
— Филлис специально внедрили к нам. Она работает на «Сэйф „эн” Саунд Секьюрити». Она была просто лазутчицей, шпионкой! Перед ней стояла задача — сдать всех нас как раз к выборам.
— Ох, — проговорил я и довольно долго после этого молчал.
— Если бы нам дали и дальше развлекаться с кабельным телевидением как нам заблагорассудится, — снова заговорила Мо, — что бы мы стали делать? Передавать программы о китах и дельфинах? Открывать медитационные семинары? Говорить людям о том, что в правительстве сидят лжецы? Мы ведь так и не решили. Мы пытались произнести заклинание, не представив себе прежде результат.
Когда мы проехали Чизвик, я понял, что Мо мне нравится. В этом не было ничего особенного — как правило, я влюблялся по меньшей мере дважды в неделю (как я сам с немалым прискорбием осознавал). И каждый раз мне казалось, что теперь все будет по-другому.
На этот раз я понял, что все действительно будет по-другому. У Мо была сила и здравый смысл, и несмотря на все ведьмовство, ее окружала аура спокойствия и тайны. Я закрыл глаза, и в мое сознание вторглась странная идея о том, как это будет, если у нас с ней появятся дети. И мне это понравилось!
Это было очень странно. В тот момент я приписал все давлению обстоятельств.
Я рассказал ей, о чем я думаю. Вышло довольно неловко, но у меня не было времени соблюдать правила этикета. Между прочим, я как-то прежде уже использовал эту уловку («Привет, меня зовут Брайан, и я решил, что хочу иметь от тебя ребенка»). Иногда мне давали по морде, иногда подзывали мощного дружка, облепленного центнером мускулов. Чаще всего надо мной просто смеялись и шли дальше.
Мо положила голову мне на плечо. Я обнял ее за талию, и больше мы не разговаривали.
Часом позже, когда автобус все еще катился вдоль своей направляющей, с переднего сиденья поднялся парень — высокий, нервный тип с бородкой, — и обратился к нам с речью.
— Ну ладно, народ, теперь слушайте. Меня зовут Дэниэл Орган, и я ваш надзирающий инспектор. Вообще-то я не должен этого делать, но мне кажется, будет только честно, если вы сразу будете знать, что вас ожидает…
Все подняли головы.
— «Южный Кабельный» согласился взять вас под свою опеку. Они собираются уволить несколько членов своего вспомогательного персонала — всяких там уборщиков и младших техников, — и некоторые из вас займут их место… Однако большинство из вас будут распределены по домам отдельных членов совета директоров компании и старших менеджеров.