Визит
Шрифт:
– Теперь, когда мы встретились, успокой священника подтверждением, что я твой опекун.
– Девушка молчала, давление ладони усилилось.
– Ну же, мы ждем. Не задерживай Антонио, ему ведь ещё надо получить свое вознаграждение.
– Вознаграждение? - удивленно повторила Светлана, на мгновение, решив, что она ослышалась. Она с интересом посмотрела на Амона, горькая ирония проскользнула в голосе: - И какова же цена моей "головы" Если не секрет, можно узнать?
– Отчего же, конечно
– Амон был сама любезность. Но Светлана знала, его вежливость не сулит ничего хорошего ни священнику, ни ей.
– Вот он, - Амон ладонью указал на отца Антонио, - получит сейчас четыре миллиона долларов.
– Ого!
– округлились глаза у девушки. Не удержавшись от иронии, спросила: - За такие деньги можно и более святую душу приобрести, отца Антонио, например. Отчего же Вы так промахнулись?
– На что мне его душа, если он чужую продал. Теперь она не стоит и гроша.
Не отпуская плеча, Амон повел девушку к лимузину. Пройдя мимо священника, кинул к его ногам увесистую сумку.
– Бери свое вознаграждение!
– величественно произнес Амон, - Мы умеем держать слово.
Не обращая внимания на лежащую у ног сумку, волнуясь, священник спросил:
– Я, Я не понимаю. О каких душах вы тут говорили? Светлана, он что, не опекун твой? Кто же он тогда?
Амон, усаживая девушку в машину, обернулся.
– Дьявол, - сверкая клыком, усмехнулся он.
– Что за шутки!
– возмутился священник.
– Сейчас полицию позову! Не смейте увозить девочку!
Нарочито сильнее припадая на ногу, Амон приблизился к священнику. Стиснутая с двух сторон людьми Амона, Светлана могла только наблюдать за происходящим в зеркало заднего обзора.
Встав рядом со священником, Амон осмотрел его снизу доверху.
– Не суетись, - тихо, сквозь зубы процедил он, - бери деньги, пока я добрый и вали отсюда, а то еще не доживешь до одежды епископа. Дьявольщина! Мне даже мараться о тебя не хочется, до того все это мерзко и гадко. До свидания священник, мы ещё встретимся, - зло осклабился Амон - на другом уровне, и в другом мире. И сутана епископа не поможет тебе.
В ужасе священник, подняв руку с явным намерением перекреститься. Со свистом кинжал рассек воздух и остановился у горла священника.
– И не думай даже, - прошипел дьявол.
Потрясенный отец Антонио, увидел, как желтыми звездами вспыхнули глаза Дьявола.
Высоко в небе, зигзагом очертила дугу молния, осветившая на мгновения бледным светом, лицо демона. Осветила, и снова тьма обступила со всех сторон.
Это мгновение навсегда запечатлелось в памяти священника, машинально он снова попытался перекреститься.
– Руку отрежу, - злобно предупредил дьявол и словно в подтверждении слов издали, накатываясь и надвигаясь, пророкотал гром.
Священник замер не только потому, что боялся увечья, страх и ужас сковали его оковами более крепкими, чем железные.
– Уже лучше, - отступив на шаг, заметил Амон. Глумясь, с издевкой заявил: - Правильно делаешь. Глобально мыслишь. Какой же будет из тебя епископ без правой руки? Береги её, иначе, как будешь благословлять людей? Не делай глупостей, иначе пожалеешь.
Видя, что священник молчит и не двигается, Амон, вложив кинжал в ножны, развернулся и хромая направился к автомобилю. Открывая дверь рядом с водителем, бросил последний взгляд на оставленного отца Антонио. Тот попытался перекрестить лимузин издали. Пробормотав проклятия, Амон посмотрел ему в глаза, щелкнул пальцами.
Глубоко вздохнув, священник замер и не сдвинулся с места, пока черный лимузин не скрылся с виду. Очнувшись, и убедившись, что остался один, он поспешил назад, под спасительную крышу церкви, Сумку с деньгами, он "чисто случайно" прихватил с собой.
Наполняя тишину салона, мягко урчал мотор лимузина. Пассажиры молчали, Амон первый нарушил тишину, заметив с раздражением:
– Что за люди пошли! Что за желание оставить последнее слово за собой. Пытаются настаивать на своем, когда заведомо знают, что это глупо и бесполезно.
– Обернувшись, к сидящей на заднем сидении девушке, он с довольным видом спросил: - Столько времени прошло, а ты я вижу и не рада нашей встрече, может, думала, что мы тебя забыли?
– Я надеялась на это.
– Напрасно.
– А если бы я не пошла за священником, и осталась там, в монастыре?
– Не питай иллюзий. Я достаточно хорошо знаю тебя, и могу заверить, что там ты бы не осталась, а сама, добровольно, вернулась бы в нашу компанию.
– Вот как!
– несмотря на сложившуюся ситуацию, Светлана весело рассмеялась, она никак не могла представить себе такой поступок
– Не смейся, я говорю правду.
Амон отвернулся, посмотрел на бегущую им навстречу дорогу. Поток машин не оскудевал даже ночью, и дорога казалось, была залита потоками света. Чем ближе лимузин подходил к центру города, тем больше огней освещало улицы. Наверно если ночью посмотреть на город сверху, то будет казаться, что потоки лавы омывают дома, кварталы, очерчивая строгие углы и окружности. Не поворачиваясь, Амон небрежно, как-то вскользь сказал:
– Что бы ты сказала, если бы я сообщил, что Джованни находится у нас?