Визуализация

Середина июля. В зале ожидания, как и всегда в это летнее время, было многолюдно. Толпа встречающих устремилась навстречу вернувшимся из отдыха родным, знакомым, друзьям.

Усталость четырехчасового перелета с загорелых лиц за несколько мгновений была стерта десятками приветствий,

поцелуев и улыбок.

— Наконец-то я дома! — произнесла девушка, обнимая своих родителей.

Их слова утонули в глубине аэродрома, до краев наполнившегося возгласами, смехом и слезами, создающими атмосферу безграничной радости и легкой печали… Дом.

Золотистая набережная Средиземного моря осталась где-то вдали за тысячи километров. Ее призрачный мираж уступил место любованию тихой завораживающей красотой родного города. Минск.

Спустя несколько минут серая машина с воссоединившейся семьей уже ползла по влажным улицам. За стеклом проносились до боли знакомые пейзажи, и Лия впитывала их в себя как губка, стараясь не упустить ни одного штриха, ни одной новой детали, появившейся за ее недельное отсутствие.

Машина остановилась у девятиэтажного дома, утопающего в зелени кленов и каштанов.

— Мама, а где Помп? — спросила девушка, выходя из машины.

— Дома. Спит, наверное. Хотя нет, вряд ли. Он еще до нашего отъезда устроил целое представление, — ответила русоволосая женщина, в открытую дверцу.

— Точно-точно! Он мне еще штаны погрыз. Я думал, в ногу вцепится. А ему, всего-навсего, поиграться захотелось! — с обидой в голосе произнес высокий мужчина, доставая из багажника темно-зеленый чемодан.

— Вы, наверное, его перекормили за мое отсутствие, вот он и разленился. Всего удобнее жевать что-нибудь, чем ждать, когда вы его в очередной раз покормите! — глотая смешок, Лия направилась к домофону.

— Пошути, пошути! — пробурчал мужчина, делая вид, что очень расстроился. — Посмотрим, как ты запоешь, когда он начнет грызть твою дизайнерскую одежду!

— Да не слушай ты его, милая! Помп целое утро вилял хвостом и пытался залезть к нему на колени. Ты же знаешь своего отца. Вот пес от обиды и лизнул его штанину!

— Все ты преуменьшаешь, Таня! Штаны выбросить придется. Дырки от зубов не заклеишь!

Женщина начала безудержно хохотать. Мужчина обнял ее за талию и тоже начал смеяться.

Озадаченная Лия с интересом наблюдала за своими родителями. Они прожили вместе двадцать пять лет, а ведут себя как шаловливые подростки.

— Папа, неужели Помп и правда тебя укусил? — с ужасом воскликнула девушка.

— Укусил! Точно укусил! Только не меня! А твой подарок!

— Мой подарок?

— Мы с отцом хотели тебе сделать сюрприз. Помп посчитал, что этот подарок предназначался ему, вот и решил попробовать его на зуб.

— А что был за подарок? — делая вид, что не очень расстроилась, спросила Лия.

— Дома увидишь. Мы и так тут уже целую вечность стоим! — сказал отец, внося чемодан. — Седьмой этаж, — напомнил

он перед тем, как открылась дверь лифта.

— Седьмое небо! — уверенным голосом произнесла девушка, и все трое зашли внутрь.

Через несколько минут, радостно виляя хвостом, маленький щенок, похожий на сморщенный коричневый гриб встречал свою хозяйку.

— Привет, крошка, — прошептала Лия, гладя и целуя своего питомца. Все вдруг стало таким привычным. Казалось, что она никуда и не уезжала.

Мебель осталась на своих местах, что было даже немного странным (мама всегда при удобном случае норовила переставить парочку предметов, а тут целая неделя!).

— Я вам подарки привезла! Чуть не забыла! Да, а что вы хотели подарить мне? Ну, все-таки интересно, что погрыз Помп? — с этими словами Лия расстегнула замок и начала доставать из чемодана вещи.

Чего там только не было: начиная от причудливых сувениров из ракушек и заканчивая пакетом с национальной одеждой.

Когда чемодан опустел, девушка взглянула на образовавшуюся на столе гору.

— Ничего себе! И как это все могло поместиться в чемодан? — поинтересовался отец, глядя на внушительных размеров Гималаи, выросшие за несколько минут.

— Сама не знаю. Может быть это только кажется, что чемодан маленький, а на самом деле… Ай! — вскрикнула Лия, увидев в маминых руках предмет, смутно напоминающий какую-то игрушку. Вот только то, что раньше было, скорее всего, маленьким плюшевым мишкой сейчас больше напоминало странного лохматого осьминога, с которого свисали лоскуты изгрызенной джинсовой ткани.

— Что это?

— Это то, что осталось от твоего подарка, вернее уже не от твоего, а от подарка Помпа… Да, твой подарок ждет тебя в спальне, — с этими словами она положила некогда красивую игрушку перед псом, который мгновенно вцепился в нее железной хваткой.

Ника немного успокоилась и взяла со стола две коробочки.

— Это вам! — и она протянула синюю коробочку отцу, а красную маме. — С праздником!

Родители с трепетом взяли подарки.

Приоткрыв верх коробочек, они стали развязывать маленькие золотистые бантики, удерживающие разноцветные свертки внутри. Один за другим к потолку начали подниматься миниатюрные воздушные шарики, переливающиеся в лучах послеполуденного солнца, пока на бархатистой ткани не засверкало серебро.

На самом дне коробочки, которую мама Лии держала на ладони, лежала серебряная цепочка с кулоном, в виде двух скрещенных колец.

В синей коробочке у отца оказалась, серебряная запонка, украшенная все теми же скрещенными кольцами, не уступающими по размеру горошинам.

Лица родных озарились улыбкой…

Родители уехали несколько часов назад, а Лия все еще помнила их глаза излучающие любовь.

"Как все-таки здорово, когда о тебе заботятся!" — думала она, лежа на кровати и обнимая гигантского плюшевого медведя в джинсовом комбинезоне.