Вкус любви
Шрифт:
— Ты как будто гордишься собой, — осуждающе пробормотала Джилл.
— Я тоже это заметил, — лаконично согласился Саймон.
Аманда почувствовала себя атакованной с двух сторон, хотя умом понимала, что оба, Саймон и Джилл, по-своему хотят защитить ее.
— А что я, по-вашему, должна делать? Стыдиться? Я оставила мою власяницу в Калифорнии вместе со всеми попытками изобразить эмоции, которых я не чувствую.
— Ты хочешь сказать, что хотела забеременеть? — Джилл практически визжала от
— Обед подан. — Появление Джейкоба окончательно лишило Аманду самообладания.
Она повернулась к дворецкому — эксперту по безопасности с налитыми кровью глазами:
— Хорошего дворецкого отличает осмотрительность.
— Я был осмотрителен. Я не упомянул, что беременным женщинам необходимо хорошо питаться, ведь верно? И я не комментировал тот факт, что женщина под тридцать и мужчина уже за тридцать должны бы быть чуть более сообразительны в вопросе контроля рождаемости. Вот это было бы неосмотрительно.
Саймон подавился чем-то, подозрительно похожим на смех, и Аманде захотелось ударить его.
Джиллиан была занята тем, что яростно кивала.
— Я собиралась сказать то же самое. Они оба достаточно взрослые, чтобы быть осмотрительными.
— Двадцать семь это еще не «под тридцать», — надменно заявила им всем Аманда. Как тема для разговора ее возраст значительно потеснил беременность.
Она круто повернулась и направилась в дом.
— Куда ты идешь? — спросил Саймон.
— Джейкоб сказал, что обед подан, а раз я беременна, как он со всей присущей ему деликатностью заметил, мне нужно хорошо питаться.
— О-о… — вслед ей нараспев протянула Джилл. — Я знаю этот тон. Она действительно обиделась. Саймон, у вас нет телевизора с большим экраном, а?
— Нет, у него нет, но зато у него есть коллекция каган, из которых получится великолепный садовый инвентарь. — Аманда даже не обернулась, произнося эту угрозу, но она знала, что люди на палубе слышат ее.
— Что такое катана? — спросила Джилл.
— Меч. — Удивительно, но это ответил Джейкоб. — Босс неравнодушен к своей коллекции. Каждый из них единственный в своем роде, а некоторым уже более ста лег.
— И ты ни в коем случае не будешь ими копать в саду, даже если ты носишь моего ребенка, — прошептал Саймон на ухо Аманде, наклоняясь, чтобы отодвинуть для нее стул.
— Это не то, что я бы хотела сейчас обсуждать. — Она позволила усадить себя на стул и придвинуть его к столу.
Джейкоб и Джиллиан вошли в комнату.
— Вы ведь поедите с нами? — спросила Аманда Джейкоба, думая, что этот поклонник сериалов расстроит неизбежную попытку Джиллиан замучить Аманду вопросами о ее возможной беременности.
Его плохо скрываемое восхищение Голливудом было бы идеальной темой для беседы за обеденным столом. Одна седая бровь
— Вы хотите, чтобы я ел с вами? Я думал, вам будет неловко разговаривать о ребенке в моем присутствии.
— Мы не собираемся обсуждать детей или возможность беременности, — сурово заявила она.
— Разве не собираемся? — переспросила Джилл.
— Нет, — твердо ответила Аманда, когда Саймон сел рядом с ней. — Ты можешь рассказать нам все о своем шоу. Все закончится женитьбой с твоим возлюбленным?
Взгляд, которым она одарила Джиллиан, сказал ее подруге, что лучше плыть по течению.
Джиллиан согласилась, но с недовольным видом.
Саймон не удивился, когда Джиллиан пришла искать его в гимнастический зал. Аманда работала над срочной электронной почтой, которую получила от «Икстант корпорейшн», и это был первый раз за день, когда Джиллиан могла поговорить с ним наедине.
— Так какому из них больше ста лет? — спросила она, указывая на стену, где была развешана коллекция мечей.
Он показал на один из центральных.
— А вот этому триста лет.
— Ух ты! В Голливуде если вещи больше десяти лет, она уже считается антикварной. — Ее глаза смотрели на меч с явным благоговением.
Саймон улыбнулся и продолжил упражнения.
Она обернулась к нему с решительным выражением лица:
— Я беспокоюсь об Аманде.
Ему понравилась ее прямота.
— Я тоже, — признался он, разворачиваясь на одной ноге, чтобы начать следующую серию упражнений.
Похоже, это удивило ее, и она стала лениво водить пальцами по рукоятке одного из мечей.
— У нее немного опыта общения с мужчинами. Вряд ли она хотела бы, чтобы я говорила это тебе, но ты должен знать.
— Она сказала, что я единственный ее любовник, если не считать того ублюдка, за которым она была замужем.
Джиллиан рассмеялась:
— Он действительно ублюдок, и ты наверняка не знаешь и половины всего о нем, но я рада, что она сказала тебе, что не спит со всеми подряд.
— Она сказала. — И ему понравилось услышать это. Он выполнил полную серию быстрых движений, после которой его кожа покрылась испариной.
Когда он остановился, Джиллиан пристально смотрела на него.
— Ты просто развлекаешься с ней?
— Это что, перифраз извечного вопроса «каковы твои намерения»? — Он взял полотенце и вытер лицо. — Разве не родители должны спрашивать об этом?
Джиллиан скрестила руки на груди и зло посмотрела на него.
— Может быть, и так, но родителям Аманды наплевать на все, что касается ее. Они отвратительно обращались с ней, пока она росла, и полностью вычеркнули ее из жизни, когда она оставила Ланса.