Вкус рая
Шрифт:
– Мы одни в доме, так что никто не услышит вас, милочка, – сказал Ригби и, чиркнув спичкой, зажег свечу у ее постели.
София, не веря своим глазам, смотрела на него. Губы Ригби кривились в похотливой усмешке, а глаза горели от возбуждения.
– Убирайтесь!
– Ну, нет, я заплатил за вас большие деньги и не собираюсь от них отказываться.
– Если вы говорите о какой-то грязной сделке с моим сводным братом, то я не имею к этому никакого отношения. Рэй может сгнить в долговой
Ригби взялся за одеяло и сдернул его с постели.
– Никуда я не уйду, милочка. Давай, сними эту рубашечку, чтобы я видел, за что заплатил.
На секунду сознание Софии помутилось, но она быстро пришла в себя и лихорадочно прикидывала, как ей избежать той участи, которую готовил для нее сэр Оскар. Они были одни в доме, и можно было полагаться только на саму себя.
– Подождите! – воскликнула она. – Я буду сопротивляться, если вы собираетесь изнасиловать меня. Какое же от этого удовольствие? Гораздо приятнее, когда это делают по собственной воле.
Ригби уставился на нее:
– И вы это сделаете?
«Да ни за что на свете!»
– Конечно, – ей даже удалось улыбнуться. – Это ведь спасет мою семью.
Зато следующие слова дались куда труднее.
– Знаете, я ведь так люблю брата.
– Признаюсь, я поражен, – ответил Ригби. – После разговора с Колдуэллом я решил, что вы будете против.
Он снял сюртук и галстук и уже собирался снять штаны и башмаки, когда София подняла руку, останавливая его.
– Погодите, давайте я вам помогу.
Пытаясь выглядеть соблазнительно, хотя смутно представляла, как это делается, она встала с постели, позволив ему увидеть голое колено. Заметив, что он еще глазеет на ее ноги, она подошла и начала расстегивать пуговицы на его рубашке. Глаза у него едва не вылезли из орбит, когда она расстегнула все и приспустила рубашку с плеч так, что его руки оказались связаны.
– Присядьте, сэр Оскар, я сниму ваши башмаки.
Он позволил усадить себя на стул, но все же спросил:
– А рубашку?
– Пока нет, – промурлыкала она. – Мы сделаем это по-моему, или не будет вообще ничего. Сидите и позвольте мне доставить вам удовольствие.
Ригби уже просто изнемогал от желания.
– Я просто сгораю от страсти.
– У нас впереди целая ночь, – напомнила ему София, думая о том, что бы она сделала на самом деле и с Ригби, и с Рэем.
Она зашла за спину сэру Оскару, и он попытался повернуться.
– Что ты там делаешь? Стань так, чтобы я смог видеть тебя.
– Отвернись, пока я не сниму ночную рубашку. Если будешь подглядывать, я не буду раздевать тебя.
Ригби совершенно обалдел.
– Не знал, что ты любишь
– Рэйфорд знает обо мне далеко не все, – заверила София, закатывая глаза. – А теперь отвернись.
Ригби уже едва мог сидеть на стуле от возбуждения, но все же неохотно отвернулся.
– Только побыстрее, милочка, я уже твердый, как скала, и вот-вот кончу.
Едва он отвернулся, София схватила витой шнур, которым были подвязаны шторы, и, мгновенно обмотав Ригби, привязала его к стулу, завязав узел сзади так, чтобы он не смог дотянуться до нее.
– Что за шутки? – возмутился Ригби. – Мне не нравятся такие игры.
– Мне тоже, сэр Оскар. Поверить не могу, как у вас хватило ума подумать, что я соглашусь на вашу с Рэйфордом сделку. Я не продаюсь, сэр. Можете сказать это Рэю, когда он утром освободит вас.
София начала быстро одеваться. Она не собиралась оставаться здесь, когда утром вернется Рэй. Ригби громко ругался, пытаясь освободиться. Наверное, ему нужно было заткнуть рот кляпом, но София решила не делать этого. Пусть себе ругается.
Она выволокла из-под кровати чемодан и побросала туда самое необходимое. К сожалению, основную часть гардероба пришлось оставить, иначе чемодан был бы слишком тяжел, чтобы его унести.
София очень сомневалась, что Рэй оставил хоть какие-то деньги в сейфе своего письменного стола, а если и оставил, то вряд ли их хватит на дорогу домой. Но она знала, где взять их. Взглянув на ругающегося Ригби, она прикидывала, насколько трудно будет вытащить его кошелек. Как бы трудно это ни было, ей придется сделать это.
– Что ты собираешься делать? – спросил Ригби, когда она подошла к нему.
– Мне нужны деньги, – прямо заявила София. – В каком кармане вы носите кошелек?
И в тот момент, когда Ригби рванулся вперед, она поняла, что недооценила его силу и переоценила свое умение завязывать узлы. Шнур развязался, и работорговец вскочил на ноги.
София не стала дожидаться, пока он освободит руки от рубашки, и ринулась из комнаты, уже не думая ни о чемодане, ни о деньгах, а только о том, как бы ускользнуть от разъяренного мужчины.
Она распахнула дверь и побежала к лестнице, преследуемая Ригби. Он схватил ее за рукав, и рукав затрещал.
– Ах ты, сучка! – проревел Ригби. – Теперь не уйдешь! Теперь я вызову городскую стражу. Тебя посадят за нападение и грабеж!
Софии оставалось молиться, чтобы случилось чудо, и оно случилось. Рукав оторвался, и Ригби, потеряв равновесие, загремел вниз по лестнице. София побежала вслед за ним и, схватив вазу, стоявшую у лестницы, обрушила ее на голову Ригби, который начал было подниматься.