Вкус рая
Шрифт:
– Прежде чем я найду констебля, я хочу знать, что этот мерзавец с тобой сделал.
– Ничего, – коротко ответила София и гордо добавила: – А когда пытался, я так лягнула его ногой, что ему уже ничего не хотелось.
– Лягнула? – невольно улыбнулся Крис. – И куда?
– Куда надо. Тогда он запер меня в комнате и сказал, что вернется с веревкой и свяжет меня.
– Так ты врезала ему по…
– Ага. Дважды. Да так, что он еле ноги передвигал. И потом еще долго не возвращался.
– Но все же вернулся?
София
– С веревкой и злой, как черт.
– Святые угодники, как же тебе удалось сбежать? – он вглядывался в ее глаза и только сейчас заметил синяк на щеке. – Этот скот ударил тебя!
София осторожно потрогала щеку, но в это время в дверь постучали, и вошел слуга, чтобы растопить камин. Когда поленья запылали жарким огнем, он удалился, оставив их вдвоем.
– Скажи мне, что с тобой сделал Ригби, – сказал Крис.
– Он ударил меня – а больше ему ничего не удалось сделать.
Лицо Криса посветлело.
– Как тебе удалось сбежать? Ты же сказала, что он вернулся с веревкой.
– Дальше до смешного просто. Я спряталась за дверью. В комнате было темно, и, когда он вошел, я проскользнула у него за спиной и заперла его в комнате. А потом побежала к дороге.
Крис обнял ее за плечи.
– Поразительно. Ты просто чудо. Я летел спасать тебя, а ты сама себя спасла. Ты храбрая женщина, София, и это одна из причин, за что я люблю тебя.
– Что? Что ты сказал?
В дверь снова постучали, и Крис поднялся.
– Потом, – сказал он. – А сейчас тебе надо вымыться.
Он открыл дверь, и слуги внесли ведра с горячей и холодной водой, а один приволок ушат.
– Ты пока освежись, а я поскачу в ближайшую деревню и подниму с постели констебля. Ригби сгниет в ньюгейтской тюрьме за то, что сделал сегодня.
София смотрела, как уходит ее любимый мужчина, но на этот раз знала, что он вернется, чтобы остаться с ней навсегда.
Она разделась и, наконец, опустилась в ушат, который слуги, перед тем как уйти, наполнили водой.
Крис любит ее! Он сам это сказал, и эти слова до сих пор серебряными колокольчиками отдавались в голове. То, что произошло за день, сразу забылось, а перед глазами стояло лицо Криса, когда он сказал ей те самые слова, которые она так давно хотела услышать.
Дверь отворилась, и вошел Крис.
– Все еще нежишься?
– Дай мне полотенце.
Крис взял полотенце и, когда София поднялась, закутал ее и, подняв на руки, усадил на постель.
– Я тоже успею ополоснуться до ужина, – сказал он и, быстро раздевшись, сам уселся в воду.
Он мылся, а София смотрела на него. Ее губ коснулась легкая улыбка. Мужчинам нельзя быть такими красивыми. Его мускулистое загорелое тело очаровывало ее. Его окружала аура силы, сексуальности, уверенности и мужественности.
– Если будешь так смотреть на меня, ужин придется отложить до утра.
София хотела сказать, что может
В комнату вошел хозяин, который принес ужин.
– Поставьте поднос на стол.
Хозяин поспешил выполнить распоряжение.
Они вдвоем с удовольствием съели все, запивая еду вполне приличным красным вином.
– Ты нашел констебля? – спросила София.
– Да, он был не слишком рад вылезать из постели. Но все же пообещал найти несколько человек и взять Ригби под стражу.
София рассеянно кивнула. Ригби уже не представлял для нее угрозы. Сейчас уже ничего не имело значения, кроме Криса, их будущего ребенка и счастливого будущего. Настало время сказать Крису, что скоро он станет отцом.
– Ты уже поела, любимая? – спросил он, и его глаза потемнели от желания. – Я отнесу тебя в постель.
– Кристиан Рэдклифф! Ты наконец-то сказал мне, что любишь меня, и думаешь, что я после этого усну? Нет, милый, так просто ты не отделаешься.
У Криса загорелись глаза.
– А я думал, ты устала.
– Ты ошибся. Знаешь, сколько я люблю тебя?
– Сколько?
– Целую вечность. С того самого дня, когда впервые увидела тебя.
– И я тоже, – признался Крис. – Ты разбила мне сердце, когда выбрала Десмонда. Сейчас я понимаю причину, но тогда… Годами я не желал даже произносить вслух твое имя. И не хотел думать о тебе, потому что сразу вспоминал смерть Десмонда.
София вздохнула.
– Надо уметь забывать прошлое, если мы хотим жить семьей.
Крис подошел к ней и обнял.
– Я уже понял это. Понял, что нельзя всю жизнь жить прошлым. Нас ждет будущее. Счастливое будущее, правда?
– Да, милый. Поцелуй меня…
Его поцелуй был долгим, страстным и жадным, и она покорилась его молчаливому приказу. Он стянул с нее покрывало, обнажив тело, покорное его чувственным прикосновениям. Его руки ласкали ее, исследуя все изгибы и ложбинки, а она только вздыхала и стонала от наслаждения.
– Не знаю, как тебе это удалось, но мне нравится, как изменилась твоя фигура, – прошептал Крис, сжимая ее сосок. – Эта грудь великолепна.
Подхватив Софию на руки, он положил ее на кровать и лег рядом с ней. Он доказал, как ему нравится ее грудь, покрыв соски нежными поцелуями и лаская их языком. Она охнула, когда его рука опустилась ниже, а палец нашел чувствительную точку в складках ее лона. София вскрикнула, изгибаясь к нему навстречу. Ее тело жаждало большего, а он играл с ней, опуская голову и сладостно пытая языком влажные складки. Задрожав, София почувствовала приближающийся оргазм. Крис, должно быть, тоже ощутил, что она уже на вершине блаженства, – он поднялся и впился жадным поцелуем в губы. Она страстно ответила, обвив свой язык вокруг его языка.