Владыки Севера
Шрифт:
– Ты же говоришь, что и так все знаешь? – ехидно прищурился Хаташ.
– Все знаю, все! Но хочу посмотреть! Стручку скучно, да, очень-очень скучно одному! Стручок пойдет с вами!
Мы начали медленно спускаться. Многие ступени раскрошились и частично обвалились от времени, и идти приходилось очень осторожно, в любую минуту рискуя сорваться и рухнуть вниз. Лестница казалась бесконечной. Периодически нам без всякого порядка попадались каменные площадки, на некоторых из них мы останавливались на привал. Чем ниже мы спускались, тем теплее становилось вокруг, и вскоре нужда
– Нужно выбрать место для ночлега, – предупредил отряд я.
Мы спустились еще на несколько десятков ступеней и обнаружили очередную укрывшуюся в тени скал площадку. На ней виднелись остатки костра. Похоже, Кан тоже останавливался здесь на ночлег. Я пинком ноги подшвырнул прогоревшие деревяшки. Судя по всему, на растопку пошли высушенные солнцем корни незабудочника, густо оплетшие окружающие лестницу скалы, а в качестве дров использовались усеянные шипами ветки сухого терновника.
– Эй, малыш, подсобишь? – указав подбородком на угли, спросил я по-прежнему восседавшего на моем плече лилея.
– Не думаю, что нам стоит разжигать костер, – отрицательно покачал головой Петавиус.
– Почему? – удивился Шактар.
– В этом месте огонь скорее притянет к нам неприятности, чем оградит от них. Не забывайте, теперь мы на Севере, не стоит привлекать к себе лишнее внимание местных жителей.
Я вздрогнул. Происшествие на мосту до такой степени выбило меня из колеи, что я совсем перестал думать о том, куда мы идем и где теперь оказались. Эти земли принадлежали некромагам. Об их ужасающей, потусторонней мощи слагали легенды, а матери до сих пор пугали их именем непослушных детей. Мы едва ушли живыми от одного-единственного некромага, и это при том, что он не мог атаковать нас напрямую, а лишь все время подстраивал ловушки на нашем пути. А теперь мы сами пришли туда, где эти жуткие существа были полноправными хозяевами. Таинственный и загадочный, наводящий ужас Север. От одного только этого слова сердце сжималось от дурных предчувствий, а по спине бежали ледяные мурашки.
– Вы правы, магистр, чем меньше мы будем привлекать к себе внимание, тем лучше, – кивнул я, опустившись на каменную площадку у нагретой за день солнцем скалы.
Орки прекрасно видели ночью, но другие похвастаться этим не могли, и я распределил дежурства между нами с Даларом, Шактаром и Хаташем.
– Спите, будем надеяться, что никакая тварь нас не потревожит, – со вздохом проговорил я, вглядываясь в окутавшую нас ночную тьму.
Жаль, что с нами нет больше бессмертного Хикса, вот уж чья помощь нам бы тут пригодилась…
Время тянулось оксовски медленно. Над головою сияли яркие звезды, ласковый ветер мягко трепал мои волосы. Я глубоко вдохнул напоенный незнакомыми терпкими ароматами воздух и поглядел на темную громаду леса и выглядывавшую из-за него серебристую гладь. Она сверкала и переливалась в свете звезд, навевая мысли о зеркале.
– Эй, Стручок! – тихо позвал я сидящее рядом существо.
Маленькая, похожая на сучок голова повернулась ко мне.
– Что
– Это вода! Большая, большая вода! – с готовностью ответил лилей.
– Да ну тебя, где ты видел так много воды в одном месте? – не поверил ему я.
– Это море Витт, – открыв глаза, негромко проговорил лежавший неподалеку Петавиус.
Я удивленно посмотрел на старого мага:
– Море? Что такое море?
– На Юге их нет, а с того времени, как появились Великие горы, прошло уже очень много веков, и большинство южан забыло, что это такое. В распоряжении Совета магов есть несколько древних книг, описывающих географию Севера… – Петавиус мгновение помолчал, обратившись к полузабытым воспоминаниям. – Я все чаще и чаще думаю, мой мальчик, что наша встреча была не случайной. Когда-то я посвятил немало времени изучению этих книг…
– Зачем? – с интересом спросил я.
– Знания – сила. А знания о врагах превращают эту силу в оружие, – с усмешкой ответил маг.
– Так что такое море? – вернулся к первоначальному вопросу я.
Петавиус на мгновение задумался.
– Море – это очень большое озеро.
Я вновь пригляделся к привлекшей мое внимание поверхности. Она была такого размера, что мне и в голову не пришло связать ее с водой, по крайней мере, с такого расстояния. Но теперь, чем больше я смотрел на нее, тем больше убеждался в справедливости слов строго магистра.
– Говорят, далеко на самом севере находится огромное ледяное море, оно протянулось от самого запада до востока, а что находится за ним, никто не знает. Вода в нем до того холодная, что ни одно живое существо не сумело его преодолеть, – между тем продолжал рассказывать Петавиус. – Южане забыли, что такое море, но историческая память народов все еще хранит это загадочное древнее слово, но мы перестали связывать его с водой, просто подразумевая под ним что-то очень большое: море фруктов, море травы…
Я задумчиво уставился на серебристую гладь большой воды.
– Магистр Петавиус, а вы знаете северный язык? – вновь поглядев на мага, вдруг спросил я.
– Немного, лишь по старым книгам, – уклончиво покачал головой старик. – Зато многие северяне знают южный.
– Почему? – с любопытством спросил я.
– Южный язык – это язык людей Лагарона, – напомнил магистр. – Некромаги живут очень долго, и многие из них до сих пор помнят времена, когда Великих гор еще не было и Вергилия была единой. Но за свое долгожительство они расплачиваются тем, что у них редко рождаются дети.
– Понятно, – вздохнул я.
– В природе все устроено сообразно, мой мальчик, и глобальный закон равновесия нарушить практически невозможно, он лежит в самой основе нашего мира. А если это все-таки происходит, значит, что миру приходит конец…
– А что же компенсирует чудовищную мощь некромагов? – не выдержав, перебил старого мага я.
– Должна была бы совесть, но на деле выходит, что Барьер Всемогущего и Великие горы, – вынужден был признать Петавиус.
– Ясно, только нам от этого не легче, мы-то по эту сторону Великих гор, а не по ту…