Власть маски
Шрифт:
– Вы так ненавидите социализм?
– А почему я должен его любить? – спросил Моргунас. – Я сбежал оттуда еще до развала Союза. Вы знаете, сколько я там получал? Моего деда отправили в Сибирь, и он там погиб, моего дядю расстреляли за то, что он хотел жить в независимой Литве. И вы хотите, чтобы я их любил?
– Не хочу. Но вам не кажется, что система не всегда виновата в том, что происходит с людьми. Диктатуры могут порождаться любым режимом, как и отклонения в демократическом обществе. Но нельзя все сваливать на систему, которая изначально задумывалась в качестве альтернативной
– Вы, наверное, апологет системы? – понял Моргунас. – Вам она нравилась?
– Мне не нравился идиотизм социалистической системы, – признался Дронго, – но я не вижу ничего плохого в принципах, которые она проповедовала.
– Тотальную нищету, формальное равенство, диктатуру чиновников и беспредел государства?
– В таком случае вам больше нравится современное американское общество? Бездуховность, пропаганда успеха любой ценой, отсутствие цели, явное разложение и дебилизация общества. Вам не кажется, что люди должны искать несколько другие пути для развития цивилизации?
– Ничего лучше пока не придумали, – вздохнул Моргунас, – и в любом случае наш спор носит несколько отвлеченный характер. Я выбрал Америку, вы остались у себя. Каждый выбирает то, что ему больше нравится.
– Кто еще знал о болезни Кристин? – спросил Дронго.
– Никто. Я думаю, знал Барнард. Возможно, Агнесса, хотя нет, Кристин не стала бы ей говорить. Они и так очень переживают после смерти Сильвии. Может, Линдси. Он мог догадаться, видел, как она похудела в последнее время. Не знаю. Я, во всяком случае, никому и ничего не рассказывал. Так просила сама Кристин.
– Хорошо. Тогда договоримся, что вы и дальше будете молчать. Во всяком случае, пока вас не спросят об этом сотрудники полиции.
– Я не очень рассчитываю на этих местных пинкертонов, – признался Моргунас. – Вы видели их лица? Полное отсутствие признаков интеллекта на лице. Боюсь, что, кроме вас, здесь просто некому будет искать убийцу. Возможно, Кристин поэтому и привезла вас сюда, уверенная, что именно вы поможете в розыске преступников.
– Вы знали, что ей угрожали?
– Она говорила, что ее предупреждают, угрожают. Но я не придал этому такого значения.
– Но вы отговаривали меня от поездки?
– Да. Только из-за ее болезни. Я не думал, что здесь могут произойти такие события. Даже не предполагал.
– После смерти Кристин и ее мужа единственным наследником остался Юхан?
– Я не знаю. Нужно посмотреть ее завещание. Но возможно, что там упомянуты Агнесса и ее сын. Больше у Кристин не было родственников. Прямых родственников, – поправился Моргунас.
Он немного задумался, а затем сказал:
– Кажется, я вас понимаю. Подозрение в таком случае падает на наследников. Юхан и Агнесса. Но ведь рядом с ними есть люди, которые выигрывают гораздо больше, чем эти двое. И ничего не теряют. Если сын и сестра Кристин любили ее как родную, то эти двое могли игнорировать подобные чувства. И умело просчитать выгоду от смерти Кристин и ее мужа. Я вас начинаю понимать. И тогда главные подозреваемые – Юрий Горлач и Алиса Гиндина. Поэтому вы здесь? Кристин подозревала кого-то из них? – ошеломленно спросил
– Их двоих и врача, который прилетел из бывшего Советского Союза, – напомнил Дронго, – и который знал ее тайну. Но мне кажется, что она позвала меня не для того, чтобы я обвинял этих людей, а, наоборот, защищал их. Тем более что Горлача, по-моему, ненавидят все здесь присутствующие за его несносный характер. Да и Алису многие недолюбливают.
– Надеюсь, что в отношении меня у остальных нет подобных предубеждений? – хмуро спросил Моргунас.
– Полагаю, что пока нет. Но нам лучше вернуться обратно в гостиную. Рауль уже, наверное, позвонил в полицию, и они скоро будут здесь. А мне нужно еще поговорить с Агнессой и Алисой.
– С Агнессой не нужно, – возразил Моргунас, – она в таком состоянии. С ней сейчас лучше не говорить.
– У меня нет времени, – возразил Дронго, – кто-то сегодня уже обманул меня, вызвав в поселок. Звонила какая-то женщина. На вилле, кроме нашей кухарки, которая находилась рядом с горничной и не могла ей позвонить, были только три женщины. Кристин погибла. Остались только две. Я обязан узнать, кто из них звонил, пытаясь удалить меня из дома.
– Тогда это Алиса, – уверенно сказал Моргунас. – Кристин ее недолюбливала. Вы знаете, что эта молодая женщина приехала не так давно из России? И уже успела сняться в эротических фильмах. Или порнографических, я точно не знаю. Ради своих интересов эта молодая особа не остановится ни перед чем. Я думаю, что это была именно она.
– Как легко вы выносите свои приговоры, – возразил Дронго. – Между прочим, вы тоже приехали из бывшего Советского Союза. Не нужно считать всех выходцев оттуда людьми, готовыми на все, что угодно. У Алисы была трудная молодость, но она пытается хоть как-то устроиться в этом безумном мире. Возможно, совершая ошибки.
– Вам нужно работать адвокатом, а не сыщиком, – заявил Моргунас.
Они вернулись в гостиную. Агнесса уже перестала плакать и сидела рядом с телом сестры, беззвучно шевеля губами. Алиса по-прежнему держала руки Юхана, пытаясь успокоить его. Увидев Дронго, Рауль подошел к нему.
– Я уже позвонил в полицию, – сказал он, – они будут здесь через полчаса.
– Алиса, – позвал Дронго, и все присутствующие вздрогнули, словно он назвал имя убийцы, – можно вас на одну минуту?
Юхан нахмурился.
– Может, вы оставите нас наконец в покое? – раздраженно сказал он. – Нам уже хватает ваших забот.
– Я еще не закончил, – хладнокровно парировал Дронго, – и пока я не узнаю истину, я не остановлюсь. Извините меня, Юхан, я понимаю ваше состояние, но это моя работа. Алиса, давайте выйдем.
– Ничего. Ничего, – прошептала она Юхану, поднимаясь со стула и выходя из гостиной.
– Что вы хотите? – гневно спросила она, когда они вышли в соседнюю комнату. – Что вам нужно? Почему вы меня дергаете? Теперь все будут думать, что вы подозреваете именно меня. – Она явно нервничала.
– Какой у вас размер ноги? – спросил Дронго.
– Тридцать девятый, – испугалась она. – А почему вы спрашиваете?
– У вас есть мобильный телефон?
– Есть.
– Дайте его мне. У вас только один аппарат?