Власть молнии
Шрифт:
Читрадрива пожал плечами.
– В общем, как водится между нашими народами, мы ничего не знаем друг о друге. Как я сказал сегодня твоему гонцу, гохем вэс анхем ло'хит'рарколь бо-игэйах ло'шлохем. Хотя кое-что мы всё же должны знать. Если мастер Ромгурф произносил при тебе эту фразу, он наверняка сказал и вторую. Поэтому отвечай: мэс'ншиум?
– Да-да, ответь ему, Карсидар, – попросил Пеменхат, который отнюдь не был в восторге от перспективы намечающейся разборки между мастером и гандзаком. – В его-то колдовскую башку ты ложкой не стрелял.
– Ответь, – попросил также Сол, глядя на Карсидара с надеждой.
– Мэс'ншиум, ан'хевлишт? –
«Ишь выкаблучивается, колдовское отродье! – раздражённо подумал Пеменхат. – Воображает, что так-то легко запомнить его чёртову тарабарщину…»
Карсидар поднял глаза к потолку, наморщил лоб, пошевелил губами и наконец неуверенно произнёс:
– Ба… базийдур?
– Босидур. И что это значит?
– «Как дела?» – «Всё в порядке», – по-прежнему неуверенно ответил Карсидар. – Правильно?
– В общем да, – кивнул Читрадрива. – Такое приветствие принято среди наших. Покойному Ромгурфу оно очень понравилось, и я его научил.
– Значит, можно считать, что опознание состоялось?
– Взаимно.
К несказанному облегчению Пеменхата и радости Сола, Карсидар вложил меч в ножны, опустил левую руку и пошёл навстречу гостю. Читрадрива также шагнул к нему.
Они стояли рядом и внимательно изучали друг друга. Трактирщик занялся тем же, благо имел теперь возможность посмотреть на эту в высшей степени примечательную парочку со стороны. Мастер и гандзак – первый не очень высокий, но статный, с коротко остриженными тёмно-каштановыми волосами, украшенными невероятной пятнистой сединой, костюм небогатый, дорожный, однако пошит добротно, из отличных материалов, а в правом ухе поблескивает голубая капелька серьги (интересно, что за камень такой странный?); второй высокий светловолосый и синеглазый иноплеменник, похожий на остальных гандзаков разве что одеждой… Нет, конечно, – ещё и умением колдовать. Бр-р-р-р!!!
– Ладно, – сказал Карсидар. – Хозяин, подавай на стол. Да проследи за приготовлением мяса, чтобы не случилось, как в первый раз.
Он послал Пеменхату многозначительный взгляд, и тот понял, что под благовидным предлогом его просто-напросто выставляют вон. Ясное дело: ехать старик отказался, вот и нечего ему подслушивать, о чём будут шептаться заединщики.
Пеменхат вздохнул, коротким взмахом руки подозвал мальчишку и направился в кухню. Честно говоря, старому трактирщику было чертовски досадно. Где-то в глубине его души шевельнулась некая надежда… неизвестно на что. В самом деле, он так долго твердил всем (и в первую очередь, самому себе), что мастера Пеменхата больше не существует, что он исчез, сгинул бесследно, превратился в легенду, что в это поверили все. И сам он тоже поверил. Во всяком случае, думал, что поверил…
Но на поверку оказалось, что дело обстоит гораздо сложнее. В действительности мастер Пеменхат никуда не исчезал. Просто его образ дремал в глубине души трактирщика, а вот теперь, похоже, начал пробуждаться. Вероятнее всего, виной тому было неожиданное появление Карсидара. Либо вынужденный ночной визит в гандзерию и сопряжённое с ним чувство опасности. Или эта подозрительная тень, метнувшаяся в узенький проулок… А может всё вместе? Скорее всего так. Как бы там ни было, Пеменхат чувствовал, что начинает заводиться. Ему уже мерещились опасности, вечно подстерегающие людей вольной профессии, стычки с врагами, кровавые побоища, короткий отдых на привале, долгие ночёвки под открытым
Обуреваемый этими мыслями, Пеменхат до того раззадорился, что в конце концов не вытерпел. Когда Сол в очередной раз появился на кухне и передал просьбу гостей насчёт вина, он не дал кувшин мальчишке, а вынес его сам. И едва вошёл в зал, понял, что старался напрасно. При его появлении оба гостя как по команде умолкли и пристально уставились на хозяина заведения. Он успел расслышать лишь последнее произнесенное Читрадривой слово: «Риндария». То было название Ральярга, проклятой страны, по-тарабарски переделанное колдунами на их манер.
Это произвело на Пеменхата отрезвляющее действие. Он моментально вспомнил, куда и с кем намеревался отправиться Карсидар. Не хватало влезть в эту авантюру почтенному пожилому содержателю заведения на Нарбикской дороге! Вот ещё…
Но как только он повернулся и с независимым видом направился на кухню, Карсидар позвал:
– Эй, почтенный!
Внешне мастер сохранял полное спокойствие, но в его голосе чувствовалась некоторая напряжённость, пусть очень легкая, почти незаметная. Пеменхат замер, потом медленно отступил на шаг и наконец осторожно скосил глаза вбок. Неужели позовут?..
– Что за история приключилась с вами на обратном пути?
Ах вот оно что!
Пеменхат вздохнул. Значит, дурак Читрадрива всё же не удержался и разболтал. А Карсидар тотчас насторожился. Ещё бы: голову лучше иметь на плечах, чем отдельно от плеч, как невесело поговаривают мастера. Паникёр несчастный!
– Да так, мелочи, – нехотя пояснил он. – Герцогский лазутчик, кажется, за нами увязался. Ерунда.
– Не ерунда. Расскажи подробнее.
Пеменхат послал невозмутимому Читрадриве сердитый взгляд и скороговоркой оттарабанил:
– Когда выходили из гандзерии, заметил я, что прячется кто-то за мусорной кучей. Ну, нож-то у меня за плечами, чего бояться, ведь я любому кишки проветрю.
– Не в том дело, – перебил его Читрадрива. – Следили, и это плохо. За тобой следили, почтенный, потому как люди герцога не станут специально пересчитывать, сколько человек и когда заходит в наш район. Значит, поджидали именно тебя. И потом, у городских ворот…
– У ворот? – переспросил Карсидар. – А какими воротами вы вышли из города?
– Нарбикскими, какими ж ещё, – удивился Пеменхат.
– Ай, другими надо было, – досадливо обронил Карсидар.
– Это несущественно, – возразил Читрадрива. – Другими воротами, может, было бы ещё хуже. Получилось бы, что Пеменхат хочет скрыть, что ведёт меня в свой трактир. Значит…
– Значит, действительно всё равно, – согласился Карсидар. – Но и у ворот следили?
Пеменхат кивнул и заметил с философским видом:
– А что такого! Как-никак, официально мне запрещено объявляться в городе. Я же кровный враг здешней герцогской фамилии! Не хочешь, чтобы моим визитом заинтересовались, – не посылай меня среди ночи в гандзерию. Надо было дождаться дня и отправить с поручением Сола.