Власть пса
Шрифт:
— Разреши тебе напомнить, что мы, между прочим, и твою задницу спасаем из огня. От этого ханжеского выражения морального превосходства на твоей роже, откровенно говоря, с души воротит. И нет у тебя на него оснований, могу добавить. Ты ведь участвовал в...
Арт предостерегающе поднимает руку:
— Баррера уже предлагал мне сделку. Я отказался. Я передам Адана в окружную прокуратуру, и пусть правосудие вершится своим чередом. А потом я намерен рассказать все. О том, что происходило во время операций «Кондор», «Цербер».
Хоббс бледнеет:
— Артур, ты не сделаешь это.
— Погоди, увидишь.
Бледность Хоббса переходит в мертвенную белизну привидения.
— Я считал тебя патриотом.
— Я и есть патриот.
И Арт поворачивается, чтобы уйти.
Весна и правда наступила: деревья в парке взорвались зеленью, и воздух теплый, лишь с легким намеком на зиму, придающим ему свежесть. Арт окидывает взглядом стайки школьников, приехавших на прогулку, которые окружают учителей; на скамейках сидят, угощаясь сэндвичами, молодые пары; туристы, увешанные камерами, изучают карты парка; неторопливо прогуливаются старики, наслаждаясь воздухом и только что наступившим весенним теплом.
Тут низко над головой с оглушительным ревом пролетает самолет, готовясь приземлиться в аэропорту Сан-Диего, и Арт едва расслышал слова Джона Хоббса:
— Нора Хейден.
— Что?
— Она у нас, — говорит Хоббс. — Мы готовы обменять ее.
Арт поворачивается к нему.
— Ты не сумел спасти Эрни Идальго, — продолжает Хоббс, — но еще можешь спасти Нору Хейден. Все очень просто: привези мне Барреру. Иначе...
Заканчивать угрозу ему ни к чему.
И так ясно: они всадят ей пулю в голову.
— На мосту Кабрилло, — сообщает Хоббс. — Не в полночь, слишком отдает мелодрамой. Пусть будет, ну, скажем, в три ночи? После того как закончатся свидания геев, но еще не начнется бег трусцой. Ты привозишь Барреру с западной стороны, мы подъезжаем с мисс Хейден с восточной. И, Артур, если тобой по-прежнему владеет необоримая потребность во всем признаться, могу предложить тебе: наведайся к священнику. Потому что если ты думаешь, что кто-то поверит или кому-то нужна эта твоя «правда», то ты глубоко заблуждаешься.
И Хоббс снова безмятежно утыкается в книгу.
Скэки сквозь темные очки разглядывает бесконечное пространство перед собой.
Арт уходит.
— Хочешь, чтобы я все организовал? — осведомляется Скэки.
Хоббс кивает. Печально, конечно. Арт Келлер — такой хороший парень, но ведь это аксиома: на войне чаще погибают хорошие люди.
Арт возвращается на тайную базу, где прячет Адана.
— Ты добился своего! — бросает ему Арт.
— Всего одна последняя работа.
Так говорит Скэки Кэллану.
Ага, всегда так: одна и последняя.
Но у тебя нет выбора, придется поверить и на этот раз, думает Кэллан, шагая через Бальбоа-парк.
Сделать работу. Или они убьют Нору.
Он
Последняя работа будет легкой, даже ночью.
Кэллан возвращается и досматривает спектакль до конца.
Поднявшись на парадное крыльцо, Арт нажимает на кнопку звонка.
Элсия выглядит потрясающе.
Удивляется тому, что он пришел.
— Артур...
— Можно войти?
— Конечно.
Она ведет его к диванчику в гостиной и садится с ним рядом. Это мог бы быть мой дом, думает Арт, должен бы быть мой дом. Да только я отказался от него ради погони за тем, что и ловить-то не стоило.
И от тебя отказался, думает он, глядя на Элсию.
Очень немногие женщины хорошеют с возрастом. Но она от морщинок, прочерченных смехом и улыбками, стала еще привлекательнее. Арт замечает, что она подкрасила волосы. На ней черная блузка и джинсы, на шее золотая цепочка. Арт вспоминает, что цепочку ей подарил он, но не может вспомнить: то ли на день рождения, то ли на Валентинов день. А может, и на Рождество.
— А Майкла нет дома, — говорит Элсия. — Он ушел в кино с друзьями.
— Повидаюсь с ним в другой раз.
— Арт, у тебя все нормально? — вдруг встревожившись, спрашивает она. — Ты не болен или...
— Все отлично.
— У тебя такой вид...
— Очень давно, — перебивает он, — ты хотела, чтобы я рассказал тебе правду. Помнишь?
Она кивает.
— Теперь я каюсь, что не рассказал. Жалею, что оттолкнул тебя.
— Может, еще не поздно...
Нет, думает он. Поздно, да еще как. Арт встает с дивана:
— Ладно, я пойду.
— Было приятно повидать тебя.
— Мне тоже.
У дверей Элсия обнимает его. Целует в щеку.
— Арт, береги себя, ладно?
— Само собой.
Он выходит за дверь.
— Арт?
Он оборачивается.
— Мне очень жаль.
Да все нормально, думает он, я только зашел попрощаться.
Он знает, что это ловушка. Что они задумали убить на мосту Кабрилло и его, и Нору. У них нет другого выбора.
Нора забирается на заднее сиденье к Джону Хоббсу.
Он держится с ней подчеркнуто любезно — старый джентльмен в костюме, в белой рубашке и галстуке бабочкой. И в плаще, хотя ночь очень теплая.