Власть пса
Шрифт:
Пылающие красные цветы, пылающее красное пламя.
Только в аду, думает Арт Келлер, цветы расцветают пламенем.
Арт сидит на гребне горы над горящей долиной. Смотреть вниз — все равно что заглядывать в кипящую кастрюлю с супом — толком сквозь дым ничего не разглядеть, но то, что видно, напоминает картину ада.
Если бы Иероним Босх написал такое полотно — «Война против Наркотиков».
Campesinos — мексиканские крестьяне-фермеры — бегут, опережая языки пламени, прижимая к груди те немногие пожитки, какие успели схватить, прежде чем солдаты подожгли деревню. Подталкивая перед собой детей, campesinos тащат пакеты с едой,
Если б не одежда, думает Арт, то все как тогда, во Вьетнаме.
И он даже удивляется, мельком взглянув на рукава своей рубашки и обнаружив, что это синий хлопок, а не армейское хаки. И напоминает себе: это не операция «Феникс». Это операция «Кондор», и перед ним не заросшие бамбуком горы «Корпуса I», a маковые поля в долине Синалоа.
И выращивают тут не рис, а опийный мак.
Арт слышит глухой рокот — хуп-хуп-хуп — винтов вертолетов и переводит взгляд на небо. Как и у других парней, воевавших во Вьетнаме, рокот этот вызывает множество воспоминаний. О чем? — спрашивает он себя и решает, что, пожалуй, иные воспоминания лучше не вытаскивать на свет со дна памяти.
Стервятниками кружат над головой «вертушки» и самолеты. Самолеты производят опыление; вертолеты защищают самолеты от одиночных автоматных выстрелов тех уцелевших gomeros — «маководов», которым все еще неймется воевать за свои поля. Арту слишком хорошо известно, что точный выстрел из «АК-47» запросто сбивает вертолет. Если угодит в хвостовой винт, то вертолет рухнет на землю, будто капризный ребенок отбросил сломанную игрушку. А если в пилота... Пока что им везет: ни одну «вертушку» еще не сбили. То ли gomeros — стрелки никудышные, то ли просто не пристрелялись.
Формально все самолеты — мексиканские. И «Кондор» — шоу мексиканское, совместная операция Девятого армейского корпуса и полиции штата Синалоа, но куплены самолеты на деньги Управления по борьбе с наркотиками, и летчики на них — контрактники оттуда же. Почти все они — бывшие служащие ЦРУ, из старой команды Юго-Восточной Азии. Такая вот злая ирония, думает Келлер, парни из «Аэр Америки», которые когда-то перевозили на самолетах героин для тайских военачальников, теперь распыляют дефолианты на мексиканские маковые поля.
Наркоуправление хотело использовать «Эйджент Орандж» [3] , но мексиканцы не согласились. Тогда стали распылять новую смесь «24-Д», против которой они не возражали оттого, — внутренне посмеивается Келлер, — что gomeros уже пользовались ею для уничтожения сорняков вокруг своих полей.
Так что и запас был наготове.
Да, думает Арт, операция эта мексиканская. Мы, американцы, здесь просто в качестве консультантов.
3
Дефолиант, использовавшийся США в войне против Вьетнама. (Здесь и далее прим. перев.)
Как во Вьетнаме.
Только в других кепи.
Война Америки против Наркотиков открыла фронт. Теперь десятитысячная мексиканская армия ворвалась в эту долину близ города Бадирагуато, помогая копам муниципальной федеральной полиции, известным как federales, и десятку консультантов из Управления по борьбе с наркотиками вроде Арта.
Основная масса солдат пешие, другие верхом, будто vaqueros [4] ,
4
Пастухи (исп.)
В Западной Сьерре самое благоприятное в этом полушарии сочетание высоты, дождей и кислотности почвы для выращивания papaver somniferum, то есть мака опийного, а опиум в конечном счете превращают в «мексиканскую грязь» — дешевый коричневый забористый героин, который наводняет улицы американских городов.
Н-да, операция «Кондор», думает Арт.
Настоящих кондоров в небе над Мексикой не видели уже лет шестьдесят. Еще раньше они исчезли в Америке. Но у каждой операции должно быть название, иначе мы не поверим в ее реальность. И вот эта — «Кондор».
Арт немного почитал про эту птицу. Самая крупная из хищных, хотя термин несколько неточный, потому что питаться она предпочитает падалью. Большой кондор, узнал Арт, может поднять мелкого оленя, но больше всего кондору нравится, когда настоящий хищник настигнет выбранную жертву, отобедает, а тут он — не утруждаясь, планирует на остатки туши.
Мы тоже охотимся на мертвых.
Операция «Кондор».
И снова вспышкой — воспоминание о Вьетнаме.
Смерть с Небес.
И я опять сижу, как там, скорчившись в кустах, дрожа на влажной прохладе горного утра, устраиваю засады.
Все повторяется...
Только теперь моя цель — не солдат-вьетконговец, возвращающийся в деревню, а старый Дон Педро Авилес, наркобарон Синалоа, Эль Патрон [5] . Дон Педро уже полвека переправляет отсюда опиум, еще до того орудовал, как в горы явился Багси Сигел в обнимку с красоткой Вирджинией Хилл, чтобы прибрать к рукам для мафии с Западного побережья неиссякаемый источник героина.
Сигел заключил сделку с Доном Педро Авилесом, а тот использовал его как рычаг, чтобы стать patron самому, стать боссом, и статус этот он удерживает и по нынешний день. Но власть мало-помалу утекает от старика: в последнее время молодые нахрапистые парни начали оспаривать его авторитет. Таков уж закон природы, раздумывает Арт, подросшие львята потихоньку одерживают верх над старым вожаком. Не одну ночь Арт пролежал без сна в своем номере в кульяканском отеле под треск пулеметных очередей на улице; перестрелки стали таким обычным делом, что город даже получил прозвище Маленький Чикаго.
5
Хозяин (исп.)
Но после сегодняшнего дня, возможно, им больше станет нечего делить.
Арестуй старого Дона Педро, и ты положишь конец этому.
А заодно станешь героем, думает он, испытывая легкое чувство вины.
Арт — истый фанатик Войны против Наркотиков.
Вырос он в Сан-Диего, в баррио [6] Логан, и собственными глазами видел, что творит героин с людьми, особенно с бедняками. Так что все-таки операция проводится для того, чтобы очистить улицы от наркотиков, напоминает он себе, а не способствовать продвижению твоей карьеры.
6
Район большого города, где живет преимущественно испаноязычное население