Власть пса
Шрифт:
— Не за убийство, — поправляет Арт. — Я хочу, чтобы ты похитил его. Запихнул в мешок и погрузил на самолет в Штаты, где я смогу отдать его под суд.
— Ну видишь, вот про это я и говорил. Ты слабак. Желаешь мести, но кишка тонка, чтоб взять и отомстить. Тебе непременно требуется замаскировать ее этим своим mierda [79] «справедливым судом». Куда проще было б застрелить его.
— Мне не надо, чтоб проще и легче. Я хочу засадить Доктора в какую-нибудь адову федеральную дыру до конца его дней, чтобы он тяжко и долго мучился. И надеюсь, что проживет он там очень-очень долго. Это ты слабак,
79
Дерьмовый (исп.)
— Ну не знаю...
— Ты мягкотелый и усталый. И не говори мне, будто ты не устал. Сидишь тут день за днем, стряпаешь тамали [80] для туристов. Ты же слушаешь новости. И знаешь, Мэтти и Фуэнтеса я уже захватил. А следующим будет Доктор, с тобой или без тебя. Потом на очереди Баррера. С тобой или без тебя.
— Сто тысяч баксов?
— Сто тысяч.
— Мне потребуется несколько человек...
— Я даю тебе сто тысяч баксов за эту работу, — перебивает Арт. — А уж ты дели их, как желаешь.
80
Мексиканское блюдо из кукурузной муки с мясом и специями.
— Ох, ох, какой крутой парень.
— И тебе лучше в это верить.
Рамос долго затягивается сигарой, выдыхает идеальными кольцами дым, следя, как они поднимаются к небу. Потом роняет:
— Черт подери, все равно я тут никаких денег не делаю. О'кей, acuerdate? [81]
— Мне он нужен живой, — говорит Арт. — Доставишь труп — и твои денежки усвистели.
— Si, si, si...
Доктор Умберто Альварес-Мачаин заканчивает прием: галантно провожает свою последнюю пациентку до дверей, желает доброй ночи секретарше и заходит напоследок в кабинет привести в порядок бумаги перед уходом. Он не слышит, как семеро входят в приемную. Ни о чем не догадывается, пока в кабинете не появляется Рамос. Он приставляет электрошокер к щиколотке доктора и нажимает.
81
Согласен (исп.)
Альварес, свалившись на пол, катается от боли.
— Твой последний funciete [82] , Доктор, — говорит Рамос. — Там, куда ты отправишься, никаких chocho не будет.
И ударяет шокером снова.
— Что, больно, да, ублюдок?
— Да, — стонет Альварес.
— Будь на то моя воля, я б всадил тебе пулю в голову. Но, к счастью для тебя, не я тут распоряжаюсь. А теперь сделаешь все, что я скажу, понял?
— Да.
82
Прием (исп.)
— Вот и прекрасно.
Ему надевают на глаза повязку, связывают телефонным шнуром запястья и выводят через заднюю дверь к машине в проулке. Заталкивают на заднее сиденье, потом заставляют лечь на пол. Рамос, забравшись в машину, ставит ноги на шею Альваресу, и они едут в надежное убежище в пригороде.
Доктора вводят в темную комнату, где снимают с глаз повязку.
Альварес начинает плакать, увидев человека, развалившегося в кресле перед ним.
— Знаешь,
83
Как брат. Роднее кровного (исп.)
Альвареса бьет крупная дрожь.
— Ты был его палачом, — продолжает Арт. — Ты глумился над ним. Ты делал ему уколы, чтобы он не терял сознания и подольше мучился.
— Нет!
— Не надо врать. Так ты только еще сильнее злишь меня. У меня есть магнитофонная запись.
На брюках Доктора впереди проступает пятно и ползет вниз по ноге.
— Он обмочился, — замечает Рамос.
— Разденьте его.
С него сдергивают рубашку и оставляют болтаться на связанных запястьях. Сдергивают брюки и трусы на щиколотки. Глаза Альвареса наполнены диким ужасом. И ужас его растет, когда Клейндейст говорит:
— Ну-ка, нюхни. Чувствуешь запашок?
Альварес кивает.
— Это из кухни, — продолжает Клейндейст. — Напрягись-ка, тебе ведь этот запах знаком? Нет? О'кей — это нагревается металл. Железный прут над плитой.
Входит один из людей Рамоса, держа рукой в рукавице раскаленный, малиново отливающий металлический прут.
Альварес теряет сознание.
— Ну-ка взбодрите его! — бросает Арт.
Рамос стреляет ему из шокера в голень.
Альварес приходит в себя и заходится криком.
— Наклоните его над диваном.
Они перегибают Альвареса через валик. Два человека держат за руки, широко разведя их. Двое других удерживают на полу ноги. Еще один подносит к его лицу раскаленный прут.
— Нет, пожалуйста... нет!
— Мне нужны имена всех, — требует Арт, — кого ты видел в доме, когда вы убивали Эрни Идальго. И нужны они мне сейчас.
No problema.
Альварес принимается частить комической скороговоркой, точно на ускоренной записи.
— Адан Баррера, Рауль Баррера, — перечисляет он. — Анхель Баррера, Гуэро Мендес.
— Кто?
— Адан Баррера, Рауль Баррера...
— Нет, — перебивает Арт. — Последнее имя.
— Гуэро Мендес.
— Он тоже был там?
— Si, si, si. Он был главным, сеньор. — Альварес шумно втягивает воздух. — Это он убил Идальго.
— Как?
— Слишком большая доза героина. Случайность. Мы намеревались освободить Идальго. Клянусь. La verdad [84] .
— Поднимите его.
Арт смотрит на рыдающего доктора.
84
Правда (исп.)
— Ты напишешь показания. Расскажешь все про свое участие. Все про Баррера и Мендеса. De acuerdo? [85]
— De acuerdo.
— А потом напишешь еще заявление, что тебя не пытали и никак не принуждали давать показания. De acuerdo?
— Si. — Потом, чуть опомнившись, Альварес начинает торговаться: — Но я получу хоть какую-нибудь компенсацию за мое сотрудничество?
85
Согласен? (исп.)