Власть
Шрифт:
Не умея смирять свои страсти, Джан понимала, что это самое настоящее рабство, но ничего не могла с собой поделать. Она желала обладать всем, что представало перед ее взором, тем более, если это был чувственный соблазнительный мужчина. Такие мужчины неизбежно делали ее несчастной, но это никак на нее не влияло. «Мне все время кажется, что знаю, чего хочу», – говорила она Фрэнку.
Они оба понимали, почему Фрэнк не бросил ее. Он боялся, что кроме Джан никого больше не сможет полюбить.
Стоя напротив красивого дайто, ДиПалма поднял руку и провел пальцами по
– Я так и знала, что ты здесь.
ДиПалма повернулся к ней. Джан стояла возле двери, обхватив себя руками, чтобы согреться. На ней был красивый фланелевый халат и отделанные мехом тапочки, лицо ее припухло от сна. Он протянул руки, и она подошла к нему, спрятала лицо на его плече.
– Тебя все еще беспокоит желудок? – спросил он.
– Уже лучше. Я даже смогла заснуть часа два назад.
– Когда я уходил, ты спала беспробудным сном. Я тебя не разбудил?
– Нет. Ты двигался с грацией газели или летящей птицы. Выбирай, что тебе нравится. Я не слышала, как ты уходил.
ДиПалма погладил ее волосы.
– Тогда как ты здесь очутилась?
– Соскучилась по тебе. В такой большой кровати холодно спать одной. Еще я подумала, что можешь беспокоиться о том и о сем, и пришла, чтобы успокоить твой тревожный дух.
Он сжал ее ягодицы.
– Ты уже сделала это.
Она легонько укусила его грудь.
– Жизнь, это, конечно, не только секс, но в данный момент я не могу думать ни о чем другом.
Они простояли обнявшись почти минуту, потом Джан сказала:
– Ты беспокоишься из-за Берлина?
ДиПалма покачал головой.
– Нет. Я полагаю, он знает о дискете. Люди Линь Пао в Маниле, вероятно, сообщили ему о ней. Похоже, информация на дискете ценная, но я не смогу ей воспользоваться прежде, чем уточню кое-что и посоветуюсь с дюжиной адвокатов. Моя компания потребует неопровержимых доказательств, особенно относительно того, что Берлин изнасиловал и убил родную сестру.
ДиПалма вздохнул.
– Мне кажется, они изо всех сил постараются помешать мне. Я передам им отчет, а они отправятся к Берлину, чтобы услышать его версию тех событий. Я имею в виду, что этот человек является крупнейшим владельцем акций компании. Короче говоря, не следует рассчитывать на то, что эта информация в ближайшее время попадет в телевизионные каналы. По крайней мере, в течение ближайших двух недель. К сожалению, за это время Берлин может совершить какой-нибудь маневр.
– А как идут дела у твоего следственной группы? Они обнаружили что-нибудь?
– Пока нет. Но я велел им продолжать работу. Они отложили все другие дела, чтобы сосредоточиться на Берлине и Линь Пао. Сейчас они занимаются убийством Роуды Берлин и казнью ее жениха. Они также пытаются получить информацию в Министерстве сухопутных сил и от пекинского руководства.
ДиПалма поцеловал волосы Джан.
– Чарльз Суй сказал Тодду, что к этому делу приложило руку правительство Чан Кай-ши. Сейчас это означает Тайвань, но я сомневаюсь, что они пожелают оказать нам какую-либо
Продолжая прижиматься лицом к груди ДиПалмы, Джан опустила руки в карман халата.
– Ты узнал что-нибудь новое о смерти Чарли-Снейка? Чарли-Снейк. Кто им дает такие имена?
– Барри Оменс сказал, что покойному мистеру Снейку сделали вскрытие. Еще он сказал, что теннисиста все еще не нашли.
– Кажется Рафаэля?
– Да. Видимо, он пришел к Чарльзу Сую, чтобы дать урок в теннис. Он исчез сразу после начала бури. И вслед за этим молния превратила бунгало в кучу пепла.
Она подняла на него глаза.
– Вслед за тем, как Тодд и Чарли-Снейк закончили свой короткий разговор. Ты разговаривал с Тоддом о смерти Чарли-Снейка?
ДиПалма покачал головой.
– Нет. Парень очень устал. Он проспал весь вчерашний день и не выходил из своей комнаты. Бенджи с ним, охраняет его, как сторожевой пес.
Джан вздрогнула.
– Может быть, это вернулось к нему?
– Ики-ре? Она кивнула.
– Возможно. Я думаю, поэтому он такой уставший. Эта штука высасывает из него все силы. Он не хочет об этом разговаривать, но это его право. Скажем так, возможно, что Тодд имел какое-то отношение к молнии, уничтожившей дом. Он действительно посетил Чарли-Снейка, чтобы поговорить о сестре Берлина. Сначала я никак не мог понять, каким образом Тодд и Бенджи прошли незамеченными мимо охраны Снейка. Но затем я вспомнил, что Рафаэль Амандо профессиональный теннисист. Чарли-Снейк сгорел рано утром, примерно в то время, когда у него обычно проходили уроки тенниса. Поэтому Амандо был единственной возможностью для Тодда и Бенджи встретиться со Снейком.
Они сказали мне, что были в доме Снейка. Каким-то образом они вынудили его признать, что Берлин изнасиловал свою сестру. Очевидно, Пао и правительство Чан Кай-ши скрывали это. После беседы со Снейком у Тодда и Бенджи пропала охота разговаривать много.
– Как Чарли-Снейк мог признать такое?
ДиПалма покачал головой.
– Я не знаю. Вообще-то, знаю, это Тодд заставил его сделать признание. Как, я не знаю, но заставил.
– А Джоун? Почему она должна была погибнуть?
– Тодд сказал, что это карма. Четыреста лет назад она была его рабыней. Она хотела искупить грехи прошлых жизней. Пожертвовав собой ради находившихся в самолете людей, она приблизилась к богам. Тодд говорит, что теперь она свободна.
– Бедная девочка. Но если бы не она, самолет бы упал в океан, и вы бы погибли. Я думаю, для этого она и поехала с вами в Манилу. Тодд ничего не говорил, чтобы ты не чувствовал себя виноватым. Ты всегда приходишь в эту комнату, когда у тебя появляется желание размышлять о вселенских проблемах. Что сейчас тебя беспокоит?
– Ван Рутен.
Она напряглась в его руках. ДиПалма задумчиво покачал головой.
– Я думал о певице-китаянке, с которой он встречался. Она пропала. Мне кажется, он ее убил.