Власть
Шрифт:
— Вчера от купцов, которые уехали в Абрегорию, прилетел голубь. Мы так сильно увеличили спрос на шерсть, что цена выросла почти в два раза. Сроки договоров, заключенных три года назад, закончились. И фабриканты, которые все это время торговали с нами по старым ценам, сговорились с остальными и подняли цену для наших купцов еще больше. Хотят возместить убытки, — управляющий вздохнул. — Если мы закупим сырье по таким ценам, то останемся без прибыли...
Захотелось выругаться... или разодрать все перья. Я вскочила и забегала по кабинету... Как же все опять не вовремя! Ну, что мне стоило подумать об овцах на пару лет раньше?
Управляющий с беспокойством следил за моими передвижениям. Он впервые видел такое открытое проявление моих чувств. Надо будет в следующий раз принести корзинку со своими перьями. Не дело, если подчиненный видит, как его начальник мечется в поиске решения и не находит его... А я на самом деле не представляла, что делать.
Чтобы создать продуктивное стадо уйдет, я полагаю, несколько лет. Если я пойду на поводу у абрегорианцев, то мне несколько лет придется работать впустую. Но я не могла себе это позволить! Мне нужны деньги. Много, очень много денег.
Мне нужно создать свой форпост в Республике Талот на случай неудачи. Через год должен вернуться мой «засланец» Митка.
А еще я стала задумываться о том, что нужно выкупить большое поместье в окрестностях Яснограда. Устроить центр заговора против Грегорика прямо в сердце замка Третьего советника звучит конечно, заманчиво. Это была бы изощренная месть. Но успех важнее эмоций. Мне нужно место, где будут жить мои люди, где будет готовиться моя личная маленькая армия, где будут собираться только мои сторонники, чтобы без лишних глаз и ушей обсудить свержение с трона действующего короля.
Да мне просто нужны деньги, чтобы устроить это самый заговор!
Поэтому я должна была придумать, как провернуть все так, чтобы мои предприятия всегда приносили мне прибыль... И я металась по кабинету, меряя шагами расстояние от одного угла до другого, и мучительно пытаясь сообразить, как заставить абрегоринских фабрикантов-прядильщиков уступить мне шерсть по прежним ценам хотя бы на следующие три года.
— Ваша светлость? — попытался отвлечь меня управляющий. Но я только махнула рукой, заставляя его замолчать. Но он меня проигнорировал, — я тут подумал... может быть мы в этом году закупим шерсть в Аддийском султанате?
— Тогда можно не мучиться и купить шерсть в Грилории, — возразила я. — В Аддии нет такого количества тонкорунных овец, чтобы обеспечить нас нужным количеством пряжи...
— Но у них есть тонкорунные верблюды...
Я споткнулась... Медленно повернулась к управляющему, который смотрел на меня вопросительно.
Тонкорунные верблюды... Слава и гордость Аддийского султаната... Их верблюжьи одеяла, были известны по всему миру. Мягкие, теплые, легкие, несмотря на приличную толщину войлока.
— Но шерсть аддийских верблюдов используют для валяния... Никто и никогда не прял из нее нити...
— Она почти ничем не отличается от шерсти абрегоринаских овец. Просто в Аддии традиционно шерстяную одежду шьют из войлока. У них даже ткачество из шерсти не особенно развито, все больше хлопок и шелк. Но мы можем закупить там шерсть-сырец. И изготовить пряжу уже здесь, в Грилории.
При
Это был риск. Но сейчас я готова была рисковать. В крайнем случае убытки будут не на много больше, чем при покупке абрегоринской шерсти втридорога.
— Хорошо, — кивнула я управляющему, — давайте рискнем. Отправляйте купцов в Аддию за верблюжьей шерстью. И набирайте прядильщиц. Нам нужно обеспечить фабрику пряжей.
Глава 17
Я не собиралась так быстро доставать из рукава свой козырь — основание гильдии промышленников. Я планировала оставить его на то время, когда смогу говорить с главами гильдий на равных, как самый настоящий промышленник. Пока же у меня в активе была только одна крошечная фабрика. Мы производили, конечно же, больше, чем самая крупная семейная мастерская ваязальщиц, но все равно недостаточно, чтобы о нас узнали за пределами Яснограда. Чтобы увеличить охват раньше мне не хватало средств, а сейчас времени.
Но сейчас мне пришлось задуматься, как превратить верблюжью шерсть в пряжу, и по всему выходило, что лучший способ — открыть прядильную фабрику. Раздать сырую шерсть мастерам-прядильщикам, а потом собрать с их готовую пряжу было бы идеально, но по нескольким причинам невозможно.
Во-первых, нужно было уговорить мастеров взяться за совершенно новое и непривычное сырье в ущерб своей основной работе: овечьей шерсти в Грилории меньше не стало. К тому же гильдия не регулировала цену за переработку верблюжьей шерсти, значит хорошие мастера запросили бы неимоверно дорого, и при этом не дали бы никаких гарантий, что качество пряжи будет достойным. Гильдия же не требовала.
Во-вторых, даже самая большая семейная мастерская не смогла бы обеспечить фабрику нужным количеством и качеством сырья. Мастера в большинстве своем работали вручную, значит погрешности в толщине и равномерности нити были неизбежны. А это привело бы к увеличению брака уже у меня.
Мы уже знали, даже при полумеханизированном способе вязания на моей фабрике, качество пряжи играет первостепенную роль. Из плохой пряжи не связать хороший носок. Все мои сотрудницы вязали не глядя, механически. Это давало очень высокую скорость работы, но снижало внимание.
И в-третьих, реши открыть свою мастерскую под крылом существующих гильдий, патента мастера-прядильщика мне не видать, как собственных ушей. Гильдии прядильщиков и ткачей были самыми крупными, сильными и закрытыми сообществами мастеров в Грилории. И пробиться туда чужаку было бы сложнее, чем в гильдию вязальщиц, куда меня тоже не взяли.
Поэтому нам с господином Элдием пришлось в срочном порядке запускать гильдию промышленников. Общались мы только письмами, но бывший секретарь гильдий был страшно доволен тем, что в самом ближайшем будущем нам придется схлестнуться сразу прядильщиками-ткачами, не размениваясь на более слабых вязальщиц. Каждое послание господина Элдия было наполнено торжеством и предвкушением.